Застава - Сергей Лукьяненко

Это был тюремный вагон, и оборудован он был со знанием дела. Вместо купе вдоль одной стены тянулись десять металлических клеток, нигде не соприкасавшихся друг с другом. Двери, выходящие в общий коридор, были из решетки с ячейками в кулак размером, а вот между собой клетки разделялись совсем мелкой сеткой – палец едва просунешь. В деревянном полу каждой клетки имелась дырка для слива нечистот и кран над ней. Хочешь – пей, хочешь – умывайся, хочешь – дерьмо смывай. Никаких коек, одеял или матрасов нам не полагалось.

Небольшая часть вагона, где располагалась охрана, была обставлена побогаче – у охраны хотя бы были полки для сна и столик. Там сейчас сидели трое крепких молодых парней в пограничной форме. А еще трое шли вдоль клеток, разговаривая с такой невозмутимостью, словно в вагоне везли скот, а не пленных.

Странно – Эйжел говорила, что по нашу душу приезжали пятеро… Уже тогда врала? Или нет – и один пограничник присоединился здесь? Вот этот самый, «инспектирующий» наш вагон? Похоже было на то…

«Инспектором» был пожилой мужчина очень породистого вида – такие в европейских фильмах играют аристократов или, на худой конец, преуспевающих банкиров. Судя по полковничьим погонам, он и в Центруме вполне преуспевал. На полевого офицера он не походил, скорее – крупная штабная шишка. А вот двое идущих с ним рядом офицеров, капитан и лейтенант, были типичные оперативники – накачанные, поджарые, смертоносные.

– Это начальник их заставы, господин Поллен, – сказал капитан по-французски. – Александр Бобриков, Россия. Рабочий по специальности. Двенадцать лет назад научился ходить в Центрум, сразу же попросился в пограничники. Имеет чин капитана.

Старик сидел на полу своей клетки, руки у него были скованы наручниками. На господина Поллена и его эскорт он даже взгляд не поднял. Поезд еще стоял на иртанском вокзале, и разговор был слышен всему вагону.

– Портал? – поинтересовался Поллен.

– Короткоживущий, но стабильный, около двух метров в диаметре, дистанция около метра спереди. Время создания – около тридцати секунд. Вызывается комплексом движений рук и медитацией. Впервые возник, когда Александр занимался цигун.

Поллен вопросительно поднял бровь.

– Китайская оздоровительная гимнастика, – пояснил капитан.

– Он китаец? – неожиданно спросил Поллен.

– Нет, он русский, – терпеливо сказал капитан. – Они тут все русские, мононациональная застава.

Поллен поморщился:

– Свойственный русским изоляционизм, верно, Грегор?

– Совершенно верно, – подтвердил Грегор. – Наручников в его случае вполне достаточно.

– Александр, вы имеете жалобы или просьбы? – спросил Поллен с достоинством.

Старик не ответил. Поллен едва заметно пожал плечами и проследовал дальше.

– Ирина Баринова, – продолжал капитан. – В Центрум ходит не менее пятнадцати лет, в пограничной страже – десять лет. Звание – штабс-капитан. Портал крайне короткоживущий, не более десяти секунд, диаметр около метра, дистанция пятьдесят сантиметров спереди. Создается при чтении сентиментальной литературы. Вероятнее всего, ей необходимо при этом прослезиться.

Ведьма стояла, прислонившись к стене своей клетки. Руки у нее тоже были скованы.

– Есть ли необходимость в наручниках при таком типе портала, Грегор? – осведомился Поллен. – Мадам немолода…

– Мадам всю жизнь работала в русских спецслужбах, – сказал капитан. – Я бы предпочел проявить осторожность.

– Мудак ты, Гриша, – негромко сказала Ведьма. – Совсем оскотинился в Центруме. Надо чаще на родине бывать.

У капитана едва заметно дрогнуло лицо, но он промолчал. Они прошли дальше.

– Галина Розанова, подпоручик, – продолжал Грегор-Григорий. – Портал длительный, стабильный, полтора метра диаметром, переднее расположение, дистанция полтора-два метра. Возникает, когда мадемуазель Галина слышит оскорбления в свой адрес.

Калька была не в обычных «браслетах». Она была прикована только за одну, правую руку, но зато кольцо наручников было мощным болтом прикручено к стене. Знаю я такую штуку. Наручники с веселым названием «Прикол».

– Да, разумная предосторожность, – согласился Поллен. С любопытством осмотрел Кальку. Та сплюнула на пол.

– Роман Дедюлин, звания не имеет, числится «воспитанником заставы», – капитан кивнул на Деда. – Портал долгий, два с половиной метра диаметром, переднее расположение, дистанция три метра. – Он запнулся, потом приблизил голову к Поллену и что-то прошептал тому на ухо.

– Понятно, – сказал полковник. Иронически улыбнулся.

Дед был в наручниках, а еще – кисти у него были закрыты брезентовым мешком.