Мой любимый менталист - Ольга Шерстобитова

В том месте, где мы находились, царила зловещая тишина.

– Черти что! – выдохнула Алекс. – Должны же хотя бы служители на радарах увидеть сейсмическую активность! Как вообще можно было просмотреть сдвиг плит? И как ничего не почувствовала я?

Кажется, Алекс умудрялась переживать за все сразу.

– Может, потому и не заметила, что это не природное явление, – предположила я, отцепляя флягу от пояса и поднося ее к чудом уцелевшему роднику.

– Думаешь, кто-то подстроил… – начала Касс.

– Похоже на то. Вот чуяла, что неспроста связь с нашими мужчинами оборвалась! – вздохнула Алекс.

Я протянула воду Касс, потом встревоженной Алекс, попила сама и снова набрала полную флягу в роднике.

– Не время сейчас разбираться, кто подстроил землетресение, – выдала Касс, поднимаясь. – Если кто-то решил бить по самому уязвимому месту наших мужчин – по нам, то мы просто обязаны выбраться из этой передряги и…

Договорить Касс не успела, потому что Алекс снова снесла нас в сторону. На этот раз я не удержалась на ногах, упала и перекатилась, а Касс оказалась прижата к дереву.

Там, где находился родник, расползалась огромная трещина.

– Ника, цела?

– Да! – подскочила я, оказываясь рядом с подругами. – Вы как?

– Нормально, – выдохнула Касс, потому что посмотрели мы с Алекс на нее.

– Ника, подхватывай Касс под руки, будем перемещаться. Для начала вон на ту площадку – надо посмотреть, остался ли спуск. Та площадка, где был наш флаер, обрушилась, – уверенно заявила Алекс.

То есть летного средства у нас нет.

Мы с Алекс и Никой переместились на нужную площадку, обозрели рушившиеся скалы и ширившуюся трещину.

– Алекс, что скажешь? Есть вариант? – уточнила Касс.

Девушка оглядела пространство и, не обращая внимания на дрожащую землю, закрыла глаза. Явно сосредотачивалась.

– Крылья! – крикнула Алекс.

И Касс вдруг охнула, за ее спиной появилось два переливающихся крыла.

– На ту гору, – велела Алекс. – Живо! Счет идет на секунды!

Касс встревоженно кивнула, рывком поднялась и перенеслась на соседнюю гору. Приземлилась, правда, не очень удачно. Поскользнулась на снежном насте и чуть не упала. Крылья у нее исчезли. Алекс ей помахала рукой, показала вниз и покачала головой, давая понять, чтобы Касс оставалась на месте. Девушка кивнула и замерла.

– У нас есть семь минут, чтобы не погибнуть, – оборачиваясь ко мне, заявила Алекс, протягивая руку.

– Могу попробовать поставить щит от обломков, – предложила я, ругаясь про себя, то раньше не подумала это сделать.

– Не стоит. Уследить и за тем, что у тебя под ногами, и вокруг, не получится.

Я ухватилась за ее руку.

– Готова?

Кивнула, и мы принялись перемещаться. Рывками. Пару раз оступались и чуть не оказались под обломками скал. Реальность была смазана, и Алекс сейчас вела лишь интуиция, а я бесконечно доверяла подруге.

Откинула эмоции и чувства, не позволяла страху нарастать и просто передвигалась.

Никогда еще несколько минут не казались мне такой вечностью, когда жизнь висела на волоске. Каждое мгновение.

Наконец, мы оказались внизу, перенеслись к подножию горы, где находилась Касс. Отсюда ее не было видно, но место было безопасным. Здесь никакого землетресения не чувствовалось.

Что за ерунда? Почему одна гора колеблется и расходится трещинами, а рядом, соседняя – спокойна?

Мы с Алекс отдышались, старательно несмотря на огромные камни, катившиеся вниз, проверили связь на лиарах, но она так и не появилась.

– Чувствую, этот девичник наши мужчины будут припоминать нам долго, – неожиданно заявила Алекс.

– Запрут и не выпустят? – нашлась я.

– И это в лучшем случае.

В голосе Алекс не было ни единого намека на шутку.

– Ника, – обернулась она ко мне. – Попробуй позвать Маркуса мысленно. Может, они, конечно, уже знают, что случилась беда, направились к нам, но… рисковать лишний раз не станем.

– Думаешь, получится? Мы равны по силе, через наши щиты друг другу не пробиться. Хотя… о чем это я? Попробую, конечно!

Я закрыла глаза и мысленно представила Маркуса, потянулась к нему каждой клеточкой своего существа и позвала. Один раз, второй… Он откликнулась на четвертый зов. «Землетресение! Мы в беде!» – только и успела крикнуть, когда связь оборвалась.

– Получилось, – выдохнула я, чувствуя, как у меня кружится голова.

– Откат? – поинтересовалась Алекс, помогая сесть на ближайший валун.

– Есть такое. Я впервые так напрягаюсь. Как думаешь, с Касс все хорошо?

– Она напугана, но продержится. С ней точно все будет в порядке. К сожалению, на ту гору, где находится Касс, нам не подняться. Разве что станем цепляться руками. Но как тогда спуститься?

– А крылья у нее еще раз не проявятся?

– Нет. Все, что нам остается – это подождать, пока рядом не окажутся наши мужчины.

– Часок-другой, думаю, мы выдержим, – нашлась я, отмечая, что гора почти разрушилась, но не коснулась того места, где находились мы.

– О, я смотрю, ты совсем не знаешь ариатов с третьим уровнем способностей! – вдруг хмыкнула Алекс.

– Ты о чем?

– Смотри! – кивком показала девушка на горизонт.

Я пригляделась и вытаращилась на огненным вихрь, который несся по воздуху. Два других перемещались по земле.

Огненным оказался Шархат. Взгляд – жуткий, непередаваемый по эмоциям. За спиной распахнуты два огненным крыла. И сам Шархат, одетый в черный костюм, напоминал сейчас разгневанного бога.

– Касс наверху! Жива и в абсолютном порядке! – быстро сказала Алекс.

Мужчина не ответил, взметнулся и исчез в небе.

Не успела я прийти в себя, как по земле пополз мороз, закружилась метель, и Алекс оказалась спрятана в ней целиком и полностью. Диар был не менее ужасен, чем Шархат.

И оба мужчины не сдерживали эмоций и силу. Выплескивали ее, старательно приходя в себя и сжимая в объятиях своих женщин.

Это все происходило за какие-то считанные мгновения. И я успела обрадоваться, что Маркус не ведет себя так по-сумасшедшему, как меня смело ураганом, буквально впечатало в крепкое горячие тело моего мужчины. Я не смогла не сдвинуться, ни нормально вдохнуть, пока Маркус что-то шептал и ощупывал меня всю, словно боялся, что я ранена. Он, видимо, даже не вспомнил про быструю регенерацию, на которую я способна.

Опалял дыханием, прикосновениями и жаром этой ненормальной запредельной близости.

Да, я бы могла порадоваться, что он еще отреагировал на произошедшее нормально, если бы все это время его руки не дрожали. То единственное, что выдавало все его чувства и эмоции. Мои слова о том, что я жива, в порядке и лишь немного напугана, он не слышал.