Ультиматум - Алекс Орлов

Высотомер показывал три тысячи метров. Рахим тяжело перевел дух. Судя по всему, он просто запаниковал и потерял над собой контроль.

– «Козетта-2415», почему так ведете себя в воздухе?! – прозвучал из динамика чей-то строгий голос.

Поняв, что нужно ответить, полковник откашлялся, однако ничего сказать не успел, поскольку его опередил компьютерный модулятор:

– В чем дело… диспетчер?

Выбранный компьютером голос мог принадлежать проснувшемуся утром пропойце, и Рахим не удивился, когда диспетчер повторил вопрос в еще более грубой форме:

– Ты там пьяный, что ли? Отвечай немедленно, мерзавец! Тебе что, аварийную полосу готовить?!

– Э-э… Любимый… – Этот голос принадлежал томной красотке. Видимо, поняв ошибку, компьютер включил голос энергичного мужчины с задатками спортивного комментатора.

– Видите ли, инспектор, небольшая неполадка! Прошу меня простить, поскольку из-за этих грозовых разрядов все вокруг так наионизировано…

– Понятно, – отозвался диспетчер. – А сколько же вас на борту? Самолет-то двухместный, вам это известно?

– Нас здесь – один. Да, я здесь совершенно один, – уверенно произнес модулятор, и Рахиму стало даже интересно, что на этот раз скажет инспектор.

– А баба? А старый алкоголик? Я же явственно слышал их голоса.

– Я уже говорил, инспектор, это ионизация – последствия сухой грозы. Отсюда и сильные искажения.

– Ладно, – сдался наземный страж. – Мы все равно проверим, сколько вас в кабине.

И отключился, оставив компьютерный модулятор в покое.

Полковник Рахим, вздохнув, помянул нехорошим словом адмирала Верховена.

Тем временем под крылом быстрого «мотли» проносились сельскохозяйственные угодья, постепенно переходившие в пригородные парки отдыха. Узкой лентой среди холмов извивалась река.

«Должно быть, Капузатка», – вспомнил Рахим. Поначалу он действительно поверил, что его швырнут в воду, как какого-нибудь коммандос. Нет, полковник Рахим был в хорошей физической форме, однако вот уже несколько лет поддерживал ее только партиями в гольф и покер.

– Семь минут до отключения автопилота, – сообщил модулятор.

– Спасибо, – вяло поблагодарил полковник и начал пристегивать дополнительные ремни безопасности. Посадка обещала быть не такой уж и легкой, ведь последний раз он управлял самолетом очень давно. Особенно маленьким.

Вот космический рейдер – это пожалуйста. Когда-то Джадо Рахим мечтал сталь блестящим офицером флота. Потом появился шанс попасть в разведку, и молодой лейтенант им воспользовался. Казалось, что все в его жизни шло как нельзя лучше, однако сейчас он не был в этом уверен.

– Две минуты до отключения автопилота, – напомнил бортовой компьютер.

«Качнуть вправо, потом проверка закрылков и… Нет, сначала проверка закрылков, потом качнуть… А точно качать нужно вправо?» – В мозгу Рахима пролетали обрывки давно изученных инструкций, и не было никакой гарантии, что он не путает правила пилотирования воздушных и космических судов.

– Управление в руках пилота! – полным оптимизма голосом объявил модулятор, и полковник судорожно вцепился в дрогнувший штурвал.

Впереди из мутной дымки смога показались небоскребы города. Маршрутный датчик пискнул, показывая, что пора скорректировать курс.

– Ах да, – вспомнил Рахим и начал осторожно разворачивать «мотли», пока стрелка указателя курса не сменила красный цвет на зеленый.

– «Козетта-2415», сбросьте скорость до 240, а высоту до 500 метров.

– Слушаюсь, – ответил Рахим. Он несколько раз дергал не те рычаги, но потом все-таки сориентировался и повел машину более уверенно.

– Хорошо, «Козетта», – похвалил диспетчер. – Маяк видите?

– Да, сэр! – бодро ответил Рахим.

– Вот в него-то вы сейчас и впендюритесь…

– Что?! Как вас понимать, диспетчер?!

– Да вы не дослушали до конца, «Козетта»! Впендюритесь, если не начнете немедленно снижаться. Давайте до ста метров.

– Но я не вижу полосы!

– Полоса будет, вы, главное, снижайтесь. Не то… – Рахиму показалось, что диспетчер хихикнул в сторону от микрофона. – Не то вы точно впендюритесь.

Рахиму ничего не оставалось, как начать снижаться, поскольку высокая башня маяка приближалась очень быстро.

– Давай до сорока метров! – прокричал сумасшедший диспетчер, и полковник подчинился. Скоро он уже мог различить на земле каждую травинку – так низко летел «мотли».

– А теперь – сюрпри-и-из! – выкрикнул диспетчер, и Рахим полностью уверился, что этот парень не в своем уме. Однако неожиданно травяной ковер начал расходиться в стороны, а под ним оказалась безупречная посадочная полоса из красного бетона.

– Желаете выпустить шасси? – напомнил доброжелательный модулятор.

– Ну да, ну да! – засуетился Рахим и чуть не забыл, какой рычажок отвечает за эту операцию.

Наконец все было сделано, и шасси буквально ударили в посадочную полосу, едва не подбросив самолет обратно в небо. Полковник включил реверс, двигатели оглушительно заревели.

«Тормоза!» – вспомнил Рахим и вдавил в пол первые попавшиеся педали. «Мотли» пошел юзом, коснулся крылом бетона и, изменив направление, влетел в раскрытые ворота какого-то ангара.

Люди, ящики, стеллажи и желтые погрузчики пронеслись перед глазами Рахима за какую-то долю секунды. Затем последовал удар – и груда осыпавшихся коробок почти накрыла «мотли».

Распахнув дверку, полковник выбрался из этого нагромождения и, обозрев разрушения, начал торопливо пробиваться к обозначенному синей лампочкой запасному выходу.