Таблеточку, Ваше Темнейшество? - Лира Алая

— Зачем?!

— Ну, видимо, хотела снять стресс, — наугад сказала я.

— Какой стресс? Что такое стресс?!

— Большое волнение. Нервное напряжение, — объяснила я, а потом все же аккуратно уточнила: — Эй, Шорсейн, все нормально?

— Не считая того, что я только что увидел крысу, совершающую покупки? Да, нормально. Но, пожалуйста, дай мне тоже, что ты дала ей. Кажется, мне тоже надо снять этот… стресс.

— Тебе нельзя ничего с валерьянкой, — сказала я, сочувствующе похлопав Шорсейна по плечу. — Но могу налить водички.

— Налей, — попросил оборотень. — Положусь на свое воображение, представлю, что это вальерьяново-мятный коктейль.

— Хорошее воображение, — пробормотала я под нос, доставая кувшин с водой и чашку из шкафа для личных вещей.

— Воображение? Мое воображение — ничто в сравнении с реальностью, — хохотнул Шорсейн, взял предложенную воду, выпил залпом и скривился. — Не работает воображение, не работает. А точно валерьянку нельзя? Ну очень надо!

— Увы, — ответила я, стойко проигнорировав жалобно сложенные ушки и попытку сделать умильные глазки. — Совсем точно.

— Крысе! Даже крысе можно! А мне нельзя, — горько сказал Шорсейн.

— Заметь, разумной крысе, раз уж речь зашла о моем посетителе, — ответила я, после чего улыбнулась грустному Шорсейну.

— Никогда не представлял, что крыса-посетитель, покупающая валерьянку, — такое хорошее событие в жизни аптекаря, — покачал головой оборотень, который, если судить по выражению лица, почти принял реальность. Смирился, так сказать.

— Ну, ты же сам сказал, что не работает у тебя воображение, — рассмеялась я. — И да. Приход такого беспроблемного покупателя — действительно хорошее событие.

Ну, собственно, на сегодня хорошие события и завершились, словно я выбрала лимит. Посетителей не было. То есть, вообще. Если бы сегодня ко мне с утра не пришла крыса и не порадовала своим присутствием, то я бы уже плакала. Про себя глубоко в душе. А пока где-то там глубоко было лишь сплошное недоумение: почему? Да, место не оживленное, но люди по этой улице ходят, практически во все другие здания заходят, а мою аптеку как будто обходят стороной.

Да, многие еще не знают, что за аптека такая. Но на стенде есть вся информация! Какая-то из служб, что меня проверяли перед открытием, принесла огромную доску, похожую на школьную, только светло-желтого цвета. И я подробно расписала, что, от чего и для кого продаю.

Безопасность? Так вон, прямо на вывеске после слова «аптека» висит значок в форме длинной темной башни. Его выдают, когда убеждаются, что все продаваемое тут полностью безопасно, никто не отравится.

Да и сама аптека миленькая и хорошенькая! Не зря мы с детьми столько колдовали над ее оформлением.

Тем не менее, в аптеку так и не зашел ни один человек. И если еще до обеда я была спокойна и относилась к этому довольно философски, то после обеда, посмотрев на занервничавшего Шорсейна, поняла — дело швах. Что-то пошло не так с моей аптекой. Конечно, Рэйвен не бросит, с голоду помереть не даст, да и посоветовать что-то сможет, но нельзя же быть такой нахалкой и пользоваться симпатией и положением хорошего мужчины без веских причин?

Уже под вечер, когда я решила закрывать входную дверь, спустился Мик со второго этажа:

— Что? Так никого и не было?

Я расстроенно помотала головой, после спросила:

— Вы заметили что-нибудь необычное?

Дети, которые успешно завершили все порученные им задания, были отправлены на второй этаж понаблюдать, что же происходит на улице. Мне вроде как несолидно, Шорсейном командовать неудобно, а вот Нае и Наю развлечение в самый раз.

— Почти ничего, вот только одна странность все же была. Все, кто проходил мимо нашего дома, почему-то не только не приближались, но даже и не смотрели. Может, конкуренты? — задумчиво сказал Мик.

— И обходили аптеку стороной, — добавил Най, скривившись. — На проделки конкурентов не похоже.

— А на что похоже?

— На то, что наш дом прокляли.

Я вздрогнула. Стыдно признаться, но всякая подобная мистика меня… пугала. И хотя я понимала, что в реальности ее не существует… Так, стоп. В моем прошлом мире, возможно, ничего такого и не было, но здесь-то даже магия была!

— П-проклятье? — неуверенно сказала я.

— Он шутит, никакого проклятья на доме быть не может, — фыркнул Мик. — Всем известно, что нельзя проклясть предметы. Только людей.

Э, вот именно последнего уточнения мне до полного счастья не хватало.

— Здорово, — не удержалась я от кривой улыбки.

— Они запрещены, — заметил Мик, а потом посмотрел на меня настороженно и сказал: — Сестрен, а ты чего так побледнела? Неужели проклятий боишься?

— Там нечего бояться, — заверил меня Най. — Если тебя проклянут, то ты даже не почувствуешь, пока не умрешь. Это не больно.

Я не знаю, что у меня за выражение на лице было, но Шорсейн непривычно строго рявкнул (взмявкнул? Взрыкнул? Странный такой звук):

— Давайте не будем пугать Лерию, а то она в обморок упадет!

Вот это он точно угадал. Меня аж подташнивать стало от нервов и страха, поэтому я без капли стеснения подтвердила:

— Упаду. Потом ловите.

— Ну, Шорсейн словит, — уверенно заявил Най. — Он же оборотень, а у них реакция ого-го какая, да и рядом стоит…

— Я не буду ловить, — сказал Шорсейн, испуганно глядя на меня. — Мне потом Рэйвен как словит, как словит! И по голове, и по хвосту, и по ушам, и до вызова на дуэль. А тут… падать недалеко, пол мягкий, вон шторка плотненькая на окне — как раз успею под Лерию подкинуть.

Падать в обморок мне расхотелось. А комментировать слов Шорсейна — и подавно. Что за глупости он тут рассказывает? Рэйвен абсолютно не ревнив, к тому же, как наедине (ну, почти) с Шорсейном оставить на несколько дней — так пожалуйста, а как словить — так ревность? Пф-ф-ф, кажется, Шорсейн либо слишком мнителен, либо у него человекофобия. И навряд ли последнее, иначе бы я не застала бы пару раз картины, когда Ная сидела на шее у оборотня. В прямом смысле слова.

— Ладно, если дом не проклят, я не проклята, то давайте пока чуть отдохнем, перекусим. И посмотрим, что будет завтра, — предложила я. — Все согласны?

— Я не согласен, — тут же возразил Мик. — Сейчас еще не поздно, многие лавки открыты, особенно те, где еда продается. Я пойду прогуляюсь, соберу сплетни, разузнаю, что к чему.

Что ж, хорошая и здравая мысль, если бы не одно но: в Мике легко распознать приезжего. Темные и светлые пусть и одевались похоже по фасону, но разница была как в ткани, так и способах ношения одежды. Все штаны светлые носили поверх обуви, а вот у темных было принято заправлять штанины в обувь. Мик в своей обычной одежде мигом себя выдаст, а при чужом болтать не станут. Более того, Мик выглядел почти как взрослый, а потому, если он куда-то не туда случайно вмешается, то может и пострадать. Светлые хоть и жестокие гады, но они знали, что Мик еще подросток, а потому сдерживались. А вот темные…