Его дурман - Яна Филин

— Это ты в меня зелье вливала! — вспомнила, наконец, и постаралась улыбнуться. — Спасибо.

На мою благодарность Лара кивнула и похлопала по дивану рядом с собой. Отказываться не стала, тем более мне была необходима помощь сильной ведьмы. Остается только надеяться, что они знают подходящее заклинание.

— Ник, у меня к тебе будет просьба, — начала издалека и смяла в руках край сарафана, за что Лара больно шлепнула своей ладошкой по ним.

— Ну чего ты вечно мямлишь, словно барышня кисейная? Веди уже себя достойно будущей главы трех видов. — холодно отчитала сестра Ники.

Мне до зуда в кулаках захотелось ударить чем-нибудь эту невоспитанную девицу. Если бы не необходимость в их помощи, то ответила бы что-нибудь этой ведьме.

— Так в чем тебе помощь нужна? — поспешила встрять подруга. Она взяла со столика большой бокал с водой и практически разом его осушила.

— Я хочу узнать жив ли мой биологический отец, и если да, то кто он. — произнесла на выдохе и подскочила с дивана.

Я до сих пор не могу принять тот факт, что мама родила меня от оборотня, а не от человека, которого я привыкла считать своим отцом. Как это получилось? Почему она в какой-то момент оставила нас и при каких обстоятельствах погибла? Слишком много вопросов и ни одного ответа.

— Нам будет сложно через тебя найти ответы на эти вопросы, но мы попытаемся найти их с помощью магии крови. — обнадежила Ника, на что Лара подорвалась со своего места и закричала на младшую сестру.

— С дуба рухнула? Или душа для тебя уже ничего не значит?

На крики Лары Вероника лишь поморщилась.

— Тональность сбавь и начни рассуждать логически. Поля должна стать нашей главой, к тому же ее туманное прошлое может дать нам больше шансов свергнуть Марка с его поста и заставить следующую главу ищеек подчиниться ей. — холодно отчеканила Вероника и поднялась.

— Ты осознаешь все риски данного заклинания? — чуть спокойнее спросила Лара.

— Да. К тому же ты будешь на подстраховке, и если я начну уходить слишком глубоко — вытащишь. — подруга не стала спрашивать или уговаривать, поставила сестру перед фактом и переключила все свое внимание на меня. — Пойдем.

Я удивленно наблюдала за тем, как Ника пододвинула ковер вплотную к не горящему сейчас камину и прислонилась спиной к холодному декоративному кирпичу. На этом странности не закончились. Девушка поманила к себе рукой и попросила положить свою голову ей на колени.

Для меня все это было дико странно, но послушалась и осторожно легла.

— Расслабься, если ты продолжишь изображать из себя натянутую струну, то у нас ничего не выйдет. — подруга стянула с моих волос резинку и стала перебирать пряди так, как это когда-то делала моя мама.

Против воли на мгновение погрузилась в счастливое детское воспоминание, когда у меня была полная, любящая семья. Грустная улыбка сама тронула мои губы, и в этот момент я открыла глаза.

Передо мной стоял красивый мужчина, он ласково провел по щеке и нежно прижал к себе словно самую важную драгоценность. В этих объятиях было до того приятно находится, что по щекам потекли слезы. Непонятное чувство затопило всю мою душу, это была я и одновременно не я, но очень близкий, родной человек.

— Я не могу ослушаться, понимаешь? Иначе убьют за неподчинение приказа.

Мягкий баритон заставил меня сильнее сжать объятия. Я не хотела отпускать его, не хотела расставаться даже на минуту, потому что когда он где-то там, далеко, выполняет чужие приказы, рядом с ним не я, а смерть.

— Давай сбежим? Давай уйдем туда, где нас никто не найдет? Я не хочу больше так жить, я боюсь.

Родной незнакомец глубоко вдохнул аромат моих волос и улыбнулся. Чувствовала, что улыбнулся. Мне не хотелось его отпускать, потому что знала — он не вернется.

— Прости, но не сейчас. — ответил он с нежностью.

Мужчина осторожно поцеловал в носик, и я почувствовала, как руки стали погружаться в его тело. В страхе открыла глаза и начала понимать, что он исчезает, будто утренний туман. В какой-то момент понимаю, что забыла его лицо, забыла как он пахнет, и какие у него объятия, остались лишь мутные обрывки фраз и ощущение чистой, искренней любви.

Следующий фрагмент был в ЗАГСе, я стояла напротив сильно избитого мужчины, надевающего мне на палец обручальное кольцо, его же уже было на месте. Черное серебро с темно-красным камнем в центре выглядело слишком строго в этом месте, но почему-то это украшение не давало мне покоя, словно я где-то видела его, но где?

— Прости меня. — тихо прошептал незнакомец перед теткой с фиолетовыми волосами, и я кивнула, словно по сценарию.

— Ты уверен? — спросила у него тихо, а сама сжала руку до такой степени, что часть стеблей розочек в букете не выдержали и сломались.

— Да, это была его последняя воля. — мужчина вновь повернулся ко мне и грустно улыбнулся. — Давай станем самыми лучшими родителями? Я хочу, чтобы этот ребенок узнал другой мир, это будет как плата за то, что ее родной отец умер.

Я чувствовала влажные дорожки на своих щеках, сердце готово было разорваться от адской боли, но пришлось натянуть на губы улыбку и поставить лживую подпись от чужого имени.

«Мы начнем новую жизнь, родная, мы справимся, и дядя Сережа нам в этом поможет.» — это была моя мысль и одновременно не моя. Я рукой ощутила небольшой животик, и это начало погружать меня еще глубже, в подсознание.

В реальность меня выдернули резко, заставляя скрутиться на полу от боли. Голова разрывалась так, будто мне в виски вставили раскаленные спицы, надеясь таким образом расплавить мозг. Чьи-то руки бесцеремонно заставили выпрямиться, а его подельник больно нажал на скулы, из-за чего непроизвольно открыла рот. Горькая жидкость заставила закашляться, но после того, как меня отпустили, головной боли как не бывало.

— Наконец-то, — прошипела Лариса и грузно упала в кресло. — Вы две дуры, краев совсем не видите? И ладно Поля, она в магии как котенок слепой, но ты-то за каким рожном настолько глубоко полезла?

Ника на слова сестры поморщилась и встала с пола.

— Оно того стоило. — отмахнулась подруга и в один присест осушила графин с водой. — А теперь будем разбирать увиденное. С помощью магии крови я погрузила тебя в воспоминания твоего близкого родственника, подозреваю, что матери. Так?

Я на некоторое время задумалась, а потом поняла — все эти воспоминания были моей матери. Она безумно любила мужчину, который погиб, оставив ее беременную одну.

— Так.

Вероника сузила глаза, выжидая, когда я выложу еще парочку фактов.

— Ее возлюбленный погиб, но она достаточно быстро вышла замуж за другого, и этот мужчина хорошо знал погибшего.

— Поль, детали, вспоминай детали, в этом заклинании основную информацию дают именно они.