Секретный удар - Алекс Орлов

– Мы их не знаем. В баре познакомились, – от-ветил Байферс.

– Цены известны?

– Семьсот.

– Сколько вас?

– Трое.

– Правильно… – подтвердил голос.

Камера крутанулась еще раз из стороны в сторону, затем дверь распахнулась пошире, и в свете подслеповатого светильника предстала хозяйка убежища.

– Вы Марта? – на всякий случай спросил Эрик, стараясь не показывать своего изумления.

– Да уж заходи давай! Марта я, Марта!

Повернувшись по частям – сначала голова, потом плечи, остальное туловище и наконец ноги, хозяйка пошла в глубь апартаментов. В одной руке она держала обрез бронебойного ружья, а в другой какие-то иглы, которые все время бренчали и позвякивали.

Свое тело циклопекса, о виде которого можно было только догадываться, Марта прятала под широкой хламидой, на которой тут и там проступали пятна технической смазки.

Ее руки и ноги могли гнуться в любую сторону. Это был тупиковая ветвь развития военных единиц, которая себя не оправдала.

Одно время циклопексы производились в больших количествах, но их нежесткие схемы годились только в минном деле или в пилотировании. С развитием электронных, биологически совместимых блоков, которые подключались к бортовым чипам напрямую, через разъемы, сверхточные конечности циклопексов стали не нужны, и те из них, кто не полег в бою, были списаны на пенсию.

Бросив обрез на свой топчан, Марта снова развернулась в своем неподражаемом стиле и все так же резко произнесла:

– Деньги вперед! Две тысячи сто!

Гэри выудил из кармана ровно двадцать одну сотню и передал хозяйке. Здесь был не бар, и он не собирался давать лишнего.

Марта не считая бросила деньги на стол и сказала:

– Идите за мной, осторожно – ступеньки скользкие.

Гэри и Мелани переглянулись. Внешний вид хозяйки и самого убежища, а также упоминание о скользких ступеньках вызывали у них неприятные ассоциации.

Впрочем, ступеньки оказались просто переходом, который сначала вел вниз, а затем вверх. В конце концов они оказались в просторной комнате, где стояло несколько кроватей и было только одно окно, занавешенное чем-то вроде толстого войлока.

– Там внизу я видел боковой коридор. Куда он ведет? – спросил Байферс.

– Это запасной выход. На всякий случай, – уже более милостиво ответила хозяйка. -Дверь отпирается изнутри, и вы сразу оказываетесь в пиктовых зарослях – прямо под этим окном. В некоторых случаях это очень удобно.

– Спасибо, мэм, – уважительно произнес Бай-ферс, задев, очевидно, какие-то эмоциональные струны в металлическом теле циклопекса.

– Во время Зельдской кампании я была сержан-том… – сказала Марта.

– Я так и подумал, мэм. Военного человека видно сразу. А что это, извините за любопытство, вы делаете рукой – это пощелкивание…

– Ах это? – Губы на вполне человеческом лице Марты растянулись в улыбке. – Я вяжу. Я все время вяжу, это так успокаивает.

И Марта продемонстрировала, как она это делает. Перед Байферсом замелькали четыре спицы, которыми женщина-циклопекс ухитрялась манипулировать одной рукой. Нитка для рукоделия тянулась из кармана ее длиннополой хламиды.

Когда Марта ушла, Байферс погасил свет и, подойдя к окну, чуть отодвинул плотную занавеску. На улице было темно, однако специальное зрение ночного разведчика позволило разглядеть стену недостроенного здания с черными провалами оконных проемов.

Если бы кто-то посадил туда стрелка, он бы без труда перекрыл все выходы из зарослей.

– Что ты там увидел, Эрик? – спросил Гэри.

– Ничего, – ответил тот. – Все тихо. Давайте спать, сегодня был трудный день.