Золотой дракон - Наталья Тихая

– Ясно, – ответил за нас всех Нирой. – Только не понятно, почему такие маленькие камни дорогие, их даже никак не используешь для амулетов, да и сережки твои сильно маленькие, и только очень сильный маг смог бы из них сделать артефакт.

– А что, у вас все украшения артефакты?

– Ну да, – ответили мы, – чем он сильнее, тем и дороже. Зачем же носить на себе непонятно что, пусть и красивое просто так.

Марина надолго задумалась. А парни предложили перебраться к ним в комнату и поговорить. Так мы и сделали. Нам было весело, через какое-то время к нам в разговор «вернулась» Марина. Она изменилась, стала более спокойная. Нет, она по-прежнему, осталось веселой и непоседливой, но теперь рядом с ней не чувствовалось черной воронки затягивающей тебя, и от разговора с ней теперь оставались только приятные ощущения. Через какое-то время Кикс куда-то вышел, вернулся с бутылью и предложил выпить. Сказал, что это настоящее эльфийское вино. Стаканов и чашек ни у Нироя, ни у Кикса не оказалось, но выход нашла Марина, она сбегала к своей соседке и вернулась, неся четыре очень красивых стакана, расписанных листиками вьюнка. Вино мне понравилось, оно было сладким и имело вкус земляники. Киш на это все безобразие возился и посылал волны осуждения…

Марина призналась, что она сирота и что никаких родственников у нее нет. Нирой и Кикс оказались двоюродными братьями, жили они на юге от столицы, у их отцов там большие поместья. Я сказала, что выросла с бабушкой в лесу, и что она недавно умерла, что брата я видела не часто, так как он живет отдельно и старше меня. А еще старались никак не упоминать о прошедшей войне. У ребят погибло два брата, пока они добрались до города. Марина была, вообще, не в курсе, о чем речь, а я сказала, что бабушка стала жертвой охотников. Она меня спасала, и те ее убрали с пути, чтобы добраться до меня. Сказала, что мы как раз уходили из города, где гостили у брата и вот там нас и поймали. Мне повезло, и я успела убежать. Еще мы выяснили, что сделали за день одно и то же, и что всем еще осталось посещение библиотеки. Договорились, что пойдем завтра получать все вместе учебники. Марина сказала, что идти лучше к открытию. Во сколько открывается библиотека, никто не знал, и решили идти к половине девятого. Мы сидели и дальше бы болтали, и пили такое вкусное вино, но через какое-то время пришел вопль от злого Фира.

«Кьяра, ты где???»

«В общежитии».

«Что ты там так долго делаешь? Я думал, что ты уже давно дома».

«Мы пьем вино, настоящее, эльфийское…»

«И много ты уже выпила?» – не дал мне закончить восторгов о вине эльф.

«Три, ой, нет, уже четыре стакана…»

«О-о-о, Кьяра, давай выходи уже оттуда, хватит, тебе и так на завтра будет очень плохо. Я тебя буду ждать возле выхода из общаги».

Уходить совсем не хотелось. С ребятами и Мариной мне было весело, но злить Фира тоже не хотелось, тем более Киш тоже недовольно ворочался. Тяжело вздохнув, я все-таки решилась.

– Ладно, ребята, мне пора. Мне еще домой идти, а то дядя волноваться будет.

Ребята не возражали, они выясняли у Марины, кто такой «супермен» и почему он круче Белого Тигра – легендарного боевого мага Средиземья, так что, моего позорного ухода они все не заметили.

А позорным он был по праву. Я только с третьего раза попала в дверь, поначалу казавшуюся такой широкой. Кое-как доползя до ступенек, я поняла, что тут мое путешествие и закончилось, ступенек оказалось очень много, они прыгали и, вообще, были почти отвесные, о чем я и сообщила Фиру. Сразу же я почувствовала раздражение от него.

«Какой этаж?»

«Четвертый», – от его злости я спотыкнулась и упала, сильно ударившись локтем о стену. Хорошо, что с лестницы не свалилась.

«Сиди и жди, сейчас заберу».

Сижу. Жду. Локоть болел не сильно, но мне было очень обидно на Фира, да и жалко себя.

Через несколько минут меня поднял на руки невидимый Фир, сам нажал камень на браслете и начал быстро спускаться вниз. Я решила закрыть глаза, а то как-то оно все качалось, шаталось и прыгало… Да и меня начало тошнить, так что, так спокойней.

Когда мы спустились на улицу, Фир поставил меня на ноги, и правильно, так не тошнило. Он приобнял меня за талию и повел на выход из Академии. Идти и держаться за Фира, было очень удобно, почти не шатало. На мой взгляд, мы шли не в ту сторону, но Фиру, наверно, виднее, поэтому я не стала спорить… Он все еще на меня злился, и был очень расстроен. На мое удивление, вышли мы к воротам, да и домой добрались очень быстро. Зайдя во двор, Фир подхватил меня на руки и направился в дом быстрым шагом. Там он, не останавливаясь, спустился в бассейн и сбросил меня в воду. Так как, путешествуя на Фире, я закрыла глаза, то холодная вода для меня стала полной неожиданностью. И я попыталась закричать, но только наглоталась воды. Все странно-приятное состояние-нестояния, тут же прошло. Зато появилась головная боль. Вынырнула я очень и очень злая на Фира.

– За что? – прошипела я, хотела прокричать, но голова начала болеть от каждого движения.

– А ты считаешь, что напиться на мужском этаже общаги, до состояния: «Фир, я не могу спуститься по лестнице, она прыгает», это достойно похвалы и поощрений?

– Я же не специально, откуда я могла знать, что от вина будет такой результат, я же его ни разу не пробовала, вы с бабушкой как-то не угощали меня таким.

– А ты не подумала, почему? Да и в любом случае, специально, не специально, это не отменяет того факта, что ты оказалась на мужском этаже. Что ты там забыла? Или ты туда специально пошла? – он говорил спокойно и холодно, но я знала, что он очень зол и его чувства только усиливали головную боль.

– Ну да, специально, мы сидели в столовой и разговорились, а потом решили пойти познакомиться поближе, чтобы никто не мешал.

Меня окатило яростью. От этого голова, казалось, просто треснет.

– О-о-о, Фир, перестань, пожалуйста, я сейчас умру, – жалобно попросила я, пытаясь сжать голову и хоть как-то утихомирить головную боль.

– Мне нужно это знать, – сказал он зло, прыгнув в бассейн, сжал мою голову в руках, заставляя смотреть себе в глаза.

«Читает мысли…»– только и успела подумать я, а дальше головная боль настолько усилилась, что мое сознание решило меня покинуть, чему лично я была только рада. Очнулась я в постели. Голова уже не болела, да и одежда на мне была уже сухая. Моя голова лежала на коленях Фира, а он аккуратно перебирал кончиками пальцев мои волосы. Смотреть, да и говорить с Фиром мне совсем не хотелось. Я сползла с его колен, отвернулась и отодвинулась на самый край кровати, подальше от него. Последнее время, я стала замечать, что Фир начал меняться. В городе он стал более жестким, и порой мне стало казаться, что я не знакома с этим эльфом. Мне было грустно от этого, и я начинала уже скучать по тому, своему Фиру, и совсем не понимала этого.

Фир попытался меня обнять, но я отодвинулась. Все-таки так не правильно. Я ничего такого не сделала, чтобы так вот поступить со мной. Ведь он наверняка знал, что даже если напрямую попытается прочитать все мои мысли в голове через камень – у меня осталась бы головная боль, то в том состоянии, как мне было бы больно. Знал. Я уверена, что прекрасно все он знал.