Летос - Алексей Пехов

Она задумалась на несколько кратких мгновений:

– Я не могу сожалеть о том, чего не видела и не знаю. Мой учитель говорит, что после Катаклизма от Летоса остались лишь жалкие останки. Ведь страны и города как люди. Они рождаются, растут, набираются сил, а потом умирают.

Лавиани презрительно скривила губы:

– Неплохое сравнение, девочка. Мертвое герцогство, вот как называют нашу землю на материке.

– Мне жаль, что я вижу Летос в упадке, – задумчиво произнес Тэо, помнивший яркие сказки из своего детства, в которых страну альбатросов описывали как самое прекрасное место на земле.

– Ищи в жизни плюсы, акробат. Глупо жалеть о прошлом. – Лавиани говорила без всяких эмоций. – Теперь Летос никому не нужен, и это даже хорошо. Десяток островов, половина из которых не заселена, четыре крупных города и какое-то количество деревень на берегах фьордов. Даже соседи не желают завоевывать эту дыру.

– С этим не поспоришь, – согласилась Шерон. – Я слышала, что другие герцогства часто воюют друг с другом. Гибнет множество людей. У нас такое невозможно. Война ведет к заблудившимся. Поэтому на Летосе нет войн и практически нет убийств.

Она отметила, что свет стал более тусклым, солнце, прячущееся за тучами, медленно уползало за далекие сопки, и пошла быстрее.

– Но вы ведь привыкли к соседству с ними? Со времен Катаклизма прошла тысяча лет, – сказал Тэо.

Шерон покачала головой:

– На мой взгляд, к ним нельзя привыкнуть. Смерть, пускай ты ее и ждешь, всегда приходит неожиданно.

– Даже для указывающих?

– Даже для меня, – серьезно произнесла та. – Дар не делает меня особенной, Тэо. Указывающие такие же люди, как и все остальные.

Лавиани коротко рассмеялась.

– Что смешного? – нахмурилась девушка.

– Вы не такие же, как мы. У вас есть определенные способности. Например, умение видеть в темноте. – Сойка опустила тот факт, что и она прекрасно ориентируется во мраке. – Не так уж вы и просты.

– Это всего лишь дар. Талант. Он не делает из человека асторэ или эйва, – улыбнулась Шерон. – Просто у нас есть способности, пускай те, кто живет на материке, порой считают их темными. Указывающие появились во время Катаклизма и спасли множество людей. В том числе и тех, кто прятался от толпы нежити в замке Нимад. Во всяком случае, такова легенда.

Тэо осторожно произнес:

– Легенд много. И слухов об указывающих и о том, кем они были раньше, на материке ходит еще больше.

– Некроманты, – улыбнулась невысокая девушка, и ее улыбка никак не вязалась у Пружины с чудовищами в людском обличье, повелевавшими мертвыми. – Да. Есть такое мнение. Говорят, они служили шауттам и последние из них были пленены Скованным. Он держал их в подвалах своего замка, на Талорисе. Тион освободил их, когда уходил. Прежде, чем пришла волна. Некромантам, как и обычным людям, пришлось выживать во время Катаклизма и приспосабливаться к новому миру. Не знаю, насколько это правда, Тэо. Да и так ли теперь важно? Это далекое прошлое. Такое далекое, что не осталось никаких доказательств, кроме мутных слухов.

– Ну, если уж говорить откровенно, то указывающих нельзя сравнить с теми, кем они являлись в прошлом. Думаю, любой некромант долго бы смеялся, видя, во что превратились люди, обладавшие особым даром. – Лавиани пнула камушек, с интересом следя, как он катится по откосу вниз, в дождевую воду, собравшуюся в канаве.

Шерон пожала плечами:

– Не сомневаюсь в этом. Я не могу поднимать мертвых из могил и убивать людей силой взгляда.

– Возможно. – Ее тон говорил обратное.

– На что ты намекаешь?

– Ну, ты ведь не пробовала этого делать, да? – Улыбка у Лавиани была сама невинность. – Впрочем, о чем это я? Конечно, не пробовала. Древние знания умерли вместе с волшебниками прошлого. По мне, так в момент Катаклизма было веселое времечко. Хорошая встряска для целого мира.

Шерон переглянулась с Тэо, и они почти одновременно покачали головами. Сойка предпочла этого не заметить.

Дождь смешивался с туманом, словно два волшебных зелья в котле у колдуньи. Они навевали на Лавиани непонятную тревогу, и она мечтала о том часе, когда дорога останется позади.

Из холодного призрачного марева и серого унылого ливня, от которого не спасали даже плащи, показался острый угол чего-то большого и непонятного. Женщине пришлось пройти еще несколько шагов, чтобы понять, что это часть гигантского строения.

Круглая колонна на внушительном постаменте каким-то чудом удерживала кусок древней крыши. Та опасно кренилась, но все еще не падала. Сразу за колонной тянулась щербатая стена высотой в шесть человеческих ростов, сложенная из квадратных блоков. Дальше из тумана одна за другой стали проступать арки.

У них была необычная, немного изогнутая конструкция с выпирающими углами, и они больше всего напоминали ребра огромного кита или какого-то неизвестного мифического чудовища, успевшего основательно врасти в землю.

– Вот это да! – восхищенно произнес Тэо.

Дорога шла под арками, на бледно-розовом мраморе которых был вырезан сложный цветочный орнамент.

Акробат, чувствуя странный внутренний трепет, проходил под ними, глядя вверх, на своды, исчерченные мраморными жилами и украшенные фигурами воинов в древних доспехах, на чьих открытых шлемах красовались каменные плюмажи.

– Величественное и грустное зрелище, – сказала Шерон, следуя за ним. – Меня всегда охватывает печаль, когда я оказываюсь здесь.

Слева в тумане вырисовывались еще какие-то строения, но отсюда они казались лишь призрачными тенями, почти растворившимися в молоке. Привидениями из прошлого.

Тэо прошел немного вперед и теперь водил изящными пальцами по последней из арок, рассматривая выбитые в мраморе буквы. Его губы едва заметно шевелились, силясь прочитать написанное. Акробат увидел, что Шерон смотрит на него, и улыбнулся:

– Не знаешь, что здесь сказано?

– Ты что? Не умеешь читать?! – поразилась Лавиани.

Тот пожал плечами.

– Увы.

– Ты же умный парень.

– Чтение мне не дается. Как ни пытаюсь я складывать буквы, они не задерживаются в моей голове.

Лавиани хмыкнула, и между ее бровей пролегла глубокая складка. Затем она произнесла:

– «Хранимый милостью альбатросов город Ласорис». Вот что тут написано.

– Для большинства проезжающих это всего лишь безымянные развалины, – с печалью произнесла Шерон.

– А что там? – Он указал в туман, куда его влекло любопытство.

– В той стороне? – Девушка нахмурилась, пытаясь сориентироваться в непроглядной хмари. – Прекрасно сохранившаяся колоннада храма Шестерых, с чудеснейшими напольными мозаиками. А за ней стоит основание башни Лавьенды.