Одной ногой в могиле - Джанин Фрост

— Котенок, ты до сих пор охотишься за вампирами безпанталон? — спросил он с тем же странным выражением лица.

— Когда играю роль наживки, да. А когда приказано найтии уничтожить — нет. А что?

У него дрогнули губы.

— Поговорим об этом позже, — заявил он.

Я напряглась. Этот странный вид что-нибудь да значил.

— Говори сразу!

Пять пар глаз с ожиданием уставились на Кости. Только Донкак будто не заинтересовался. Его взгляд был прикован к мешку капельницы,наполнявшемуся красной жидкостью.

Губы Кости дрогнули сильнее.

— Просто ты можешь дополнить свой гардероб, милая. Нето чтобы меня это обрадовало, но я ведь пристрастен. То, что я тебе говорил овоздействии на вампиров отсутствия трусиков… Вероятно, я немножко отклонился отистины.

— Что? — ахнула я, не веря своим ушам.

Хуан уставился на Кости с небывалым восхищением:

— Ты уговорил ее все эти годы ходить без трусов? Madrede Dios! Вот это да! Мне есть чему у тебя поучиться, amigo.

— Ты меня обманул!

Не обращая внимания на восторги Хуана, я подошла и уперласьпальцем в грудь Кости, содрогавшуюся от еле сдерживаемого смеха:

— Ну, Котенок! Это была не совсем ложь. Я лишьприукрасил истину — сказал тебе, что вампиры находят это совершеннонеотразимым. Для некоторых так оно и есть. Например, для меня, когда я рядом стобой. А ты помнишь себя в те времена? Ты так ломалась и жеманилась, чтоневозможно было удержаться от подколок. Честное слово, я никогда бы не подумалзатягивать это так надолго…

Мой голос дрожал от ярости.

— Ты, извращенный, ненормальный ублюдок! Как ты мог?!

— Какая грязная шутка, — тут же поддержал меняТэйт.

Кости, хихикая, потянулся ко мне, но я шлепнула его по руке:

— Не тронь меня. Ты — покойник.

— Давным-давно, — согласился он, продолжаяухмыляться. — Я люблю тебя, Котенок.

— И не надейся легко отделаться. Проверим, как ты меняполюбишь, когда я отыграюсь.

— Даже тогда я буду тебя любить! — крикнул Кости,в то время как я, топая ногами, ушла прочь. — Даже тогда…

Я сочувственно смотрела на трясущегося Тэйта. Белая кружка,в которой только что было полпинты крови Кости, выпала у него из руки. Костипридерживал его за плечи, пока остекленевший взгляд не сменился нормальным.Тэйт перестал дрожать и задыхаться.

— Пусти! — прорычал он, едва смог говорить.

Кости выпустил его. Тэйт несколько раз глубоко вздохнул иокруглившимися глазами взглянул на меня.

— Господи Иисусе, Кошка! Это совсем не похоже на то,что было в пещере. Что за чертовщина в крови этого пидора?

Пропустив оскорбление мимо ушей, я ответила на вопрос:

— Сила. Раньше ты пил кровь слабых, ссохшихся вампиров,а она не идет ни в какое сравнение. Ты уже в порядке?

— Все так громко и ясно… — Он встряхнулся, каквылезший из воды пес. — И запах! Черт побери, Хуан, ты воняешь. Ты что,сегодня душ не принимал?

— Иди на хрен, — проворчал обалдевший Хуан. —Был я в душе, только у меня мыло закончилось. Откуда мне было знать, что менябудут обнюхивать!

Я-то знала, как ошеломляет внезапный переход к обоняниювампиров. Все равно что родиться слепым и вдруг прозреть. Невозможно поверить,как многого ты был лишен.

— Ладно. Хуан, ты следующий.

После того как все трое выпили кровь, мы перешли втренажерный зал. Все прошло хорошо, хотя мои парни, конечно, иначе смотрели нато, как с ними обошелся Кости. Дон нервничал, но и он заметно расслабился, когдаКости оживил Тэйта после схватки и отпустил его, дав несколько практическихсоветов и даже похвалив.

Тэйт сел рядом со мной и оценил свой опыт одной фразой:

— Попасть под удар этого ублюдка — хуже, чем подтоварный поезд!

Я только улыбнулась:

— Знаю.

— Ты блестяще их вышколила, Котенок.

Кости только что глоточком крови вернул к жизни Купера и,сияя, смотрел на меня.

— Они, несомненно, самые крепкие из живых, с какими ясталкивался, — обратился он затем к Дону. — А подкрепившись кровью,сравняются силой с молодым вампиром.

При этих словах Кости поцеловал меня в лоб. Отодного-единственного прикосновения, после того как он пару часов без рубашкиисполнял передо мной свой хищный балет, я среагировала совершенно инстинктивно.Лоно сократилось, жадно требуя внимания.

Ого! Надо поскорее убираться отсюда, пока ребята не учуялиаромата моей похоти.

— Я пошла мыться. Вспотела. Скоро увидимся, —сказала я и выскочила из зала, спасая достоинство.

— Куда это ты собрался? — услышала я жесткий голосТэйта. — Ошибся, Кости. Мужской душ на другой стороне.

— Я сохраню это вместе с прочей ненужнойинформацией, — прозвучал насмешливый ответ Кости.

Не слушая их, я добежала до своей раздевалки, захлопнуладверь и мгновенно сорвала с себя одежду. Холодный душ, вот что мне сейчастребуется!

Через дверь до меня доносился голос Тэйта.

— Стесняешься что-то нам показать, вампир? —съязвил он.

Кости только рассмеялся. Судя по звуку, у самой двери.

— Просто я не так уж глуп. А ты бы где предпочел быть?

— Не отвечай, — предостерег Тэйта Хуан, а Костиуже входил в мою раздевалку.

Я успела встать под холодные струи. Когда взгляд Кости упална меня, я задрожала, но холодная вода была тут ни при чем.

— Не здесь. Это… неприлично.

Кости снял штаны и сбросил ботинки движением, от которого уменя перехватило дыхание. Он подошел ко мне, потянулся за спину, включаягорячую воду.

— Пошли они! — отозвался он, опускаясь передо мнойна колени. Его губы гладили мне живот. — Я хочу тебя, Котенок, а ты хочешьменя. — Его язык безошибочно пробрался ниже. — А до остального мнедела нет.

Я стиснула его плечи. Колени ослабли, а мысли о приличияхвылетели в несуществующее окно. Горячая вода окатывала нас как кровь, чтобешено стучала в жилах.

— Я сейчас упаду, — задыхаясь, предупредила я его.

— Я тебя удержу, — хрипловато пообещал он.

И я ему поверила.

Когда час спустя мы вышли из душевой, мое лицо пылало отсекса, горячей воды и от взгляда, который бросил на меня Тэйт, как только явошла в свой кабинет. Он ждал меня там. Кости по просьбе Дона задержался влаборатории, чтобы еще сдать кровь.