Игрушка демона - Юлия Риа

— Разве Кеорсен не объяснил тебе?

Тина качнула головой.

— Он лишь сказал, что я нужна вам и что следует держать язык за зубами.

— И ты согласилась? Даже не зная, на что?

— Он сказал, я нужна вам, — повторила она с робкой улыбкой.

Я кивнула и проглотила подступивший к горлу ком. Доверие, слепая преданность Тины казались чем-то невероятным — ценным даром, которого я хотела быть достойной.

— Для всех остальных ты умерла, — произнесла, совладав с голосом. — Искать тебя не станут. Этот дом невидим для окружающих, тут ты в безопасности. Твой сын тоже.

Тина замерла, не сводя с меня полного неверия взгляда.

— Вы серьезно, махра? — наконец произнесла она тихо.

— Более чем, — настал мой черед улыбаться. — И обращайся ко мне по имени, хорошо? Раз уж мы теперь…

Девушка качнула головой, не дослушав.

— Мое обращение к вам не дань традициям, махра. Это знак уважения. Вы спасли Двадцать-шестую, теперь меня и моего сына…

— Кстати, что стало с Двадцать-шестой? Я не видела ее с того случая.

— Ее отослали в Северный замок. Говорят, там холодно, а в некоторых залах едва ли не ветер гуляет, но зато и работы меньше. Махры Артенсейры редко наведываются в свои северные владения.

Я вздохнула. Что ж, было глупо надеяться, что Кеорсен спустит рабыне проступок. Но, по крайней мере, он сдержал слово.

Тряхнув головой, словно пытаясь выкинуть беспокойные мысли, я снова посмотрела на Пятиану.

— Пойдем, покажу тебе комнату. В соседней, если захочешь, можно будет обустроить детскую.

Тина позволила увести себя на второй этаж, где долго и растерянно смотрела по сторонам. Ходила из одной спальни через смежную ванную в другую. Часто бросала на меня вопросительные взгляды, будто ждала, что сейчас я хлопну в ладоши и скажу: «Шутка». И снова курсировала из комнаты в комнату.

— Так много места… — наконец выдохнула она.

Я улыбнулась, вспоминая собственную реакцию на выделенные Амарелией покои.

— Ты привыкнешь, — заверила я. — И вам здесь будет удобно.

Тина кивнула и, глотая слезы, поклонилась.

Я просматривала стоящие на полке в гостиной книги, когда ощутила напряжение защитного купола. Прислушалась к себе, стараясь понять причину магического беспокойства, а поняв, поспешила к главному ходу. Сердце против воли затрепетало.

Я успела как раз вовремя, Кеорсен только опустился на поляну.

— Приятно, когда тебя встречают, — с усмешкой заметил он, ныряя под защитный купол.

Я вспыхнула. Вот только не яростью, а скорее смущением. Щеки опалило румянцем, заметив который, демон хмыкнул, но, к счастью, комментировать не стал.

— Сядь в гостиной, — распорядился он, едва мы вошли в дом. — И рабыню возьми с собой. Обеим не шевелиться.

— Она больше не рабыня! — попробовала возразить я, но меня перебили:

— Сати, мне неинтересно, как ты относишься к этой человеческой женщине. Просто сделай, как я сказал. Для того, что мы задумали, этот дом мал. Мне придется его расширить. И бегать по нему я вам крайне не советую. Еще вопросы?

Я молча качнула головой и позвала Тину. Увидев Кеорсена, она испуганно охнула, но тут же взяла себя в руки и низко поклонилась. Гораздо ниже, чем я видела раньше. Высший прищурился, но, как мне показалось, с одобрением.

— Когда я закончу, приготовишь мне ванну. Потом подашь ужин, — распорядился он, и Тина вновь поспешно поклонилась.

Потом поравнялась со мной и поглядела вопросительно, не зная, что ей делать дальше. Я увлекла девушку на диван в гостиной. Кеорсен остался стоять в коридоре.

В груди закопошилось странное чувство. Неясное беспокойство…

Внезапно дом затрещал, точно ломаемая с хрустом ветка. Стекла задрожали, на кухне зазвенела посуда, подпрыгивая на полках. По полу и стенам прокатилась тягучая волна. Треск стал громче, тряска усилилась. Пятиана испуганно схватила меня за руку и крепко сжала ее, с ужасом следя за происходящим.

Я же наконец поняла, что именно меня взволновало. Маорелий говорил, что пространственная магия слишком трудна. Ему самому пришлось прибегнуть к помощи еще пятерых. А Кеорсен пытается изменить дом… в одиночку?!

В этот момент треск прекратился. Пол и стены замерли. Окна больше не дрожали.

Сорвавшись с места, я выскочила в коридор и на мгновение замерла, точно налетев на невидимую преграду. Кеорсен стоял, опираясь на лестничные перила, и тяжело дышал. При виде меня его лицо перекосило от бешенства.

— Ушла! — низко прорычал он.