Век золотых роз - Анна Клименко

Дар-Теена разбудило вполне мирное потрескивание костра. Он осторожно огляделся из-под полуприкрытых ресниц: в трех шагах весело плясали огненные саламандры, пожирая очередное поленце. А дальше, за языками пламени, замер неподвижно большеголовый силуэт синха.

– Элхадж! – позвал было Дар-Теен, но тут же осекся, прикусил губу.

Пальцы сами собой легли на рукоять меча. Да и вспомнилось, что уж кого-кого, а противного синха здесь быть не может. Он остался в стойбище кочевников, в то время как сам Дар-Теен… Вспышкой мелькнуло воспоминание: спокойное лицо Эйх-Мерола, неведомо как вернувшегося из трапезной Фэнтара и обретшего плоть, его тяжелый меч, исчерканный светящимися рунами, зеленоватое свечение и – напоследок – амулет, подаренный кочевником.

«А может, привиделось?»

Усомнившись, Дар-Теен быстро пощупал кошель, куда сунул маленький птичий череп. Само собой, его там не оказалось.

– Фэнтар, не оставь меня хотя бы сейчас, – пробормотал ийлур.

Меч с тихим шелестом выполз из ножен. Силуэт по ту сторону костра не шевельнулся – скорее всего, неведомый враг попросту не услышал за треском смолистых сучьев, и не понял, что пленник проснулся.

Пленник?..

Дар-Теен двигался плавно, бесшумно.

Но пленнков обычно связывают.

Или неведомый друг, который выволок бесчувственного ийлура из страшного подземелья?

Боги не оставили Дар-Теену времени для сомнений. В тот миг, когда ийлур поднялся во весь рост, и был готов к решающему броску, загадочная фигура на границе света шевельнулась и отбросила за спину капюшон. По узким плечам рассыпалась копна рыжих волос, и пламя отразилось в черных глазах.

– Лиэ-Нэсс.

Дар-Теен даже не понял, что выронил меч. Так и остался стоять изваянием, а в голове суматошно билась одна-единственная мысль. О том, что всего ЭТОГО не должно быть на самом деле. Ни Эйх-Мерола, ни Лиэ-Нэсс… Ведь, покинув единожды Эртинойс, уже никто и никогда не возвращался! Или же – или же все, чему учили жрецы Фэнтара, было сущей чепухой?

– Да, это я, – сказала ийлура, поднимаясь.

Дар-Теену померещился слабый аромат поздних хризантем, запах осени и светлой грусти по всему уходящему.

Она была одета в удобные штанишки, по бокам отороченные беличим мехом, и в курточку с пушистым воротником; ийлур вдруг вспомнил, что Лиэ-Нэсс носила эту одежду при жизни. К горлу подкатил горький комок.

«Но этого не должно быть», – упрямо подумал Дар-Теен.

И едва не захихикал, как безумец. Точно также он думал, когда Эйх-Мерол заносил над ним свой меч, а ведь, получается, спас от вернувшегося маленький птичий череп. Второго амулета не было… А вот Лиэ-Нэсс – она была. Вполне настоящая ийлура, не прозрачный призрак.

– Не стой столбом, – устало произнесла ийлура, – я могла сделать с тобой все, что хотела, пока волокла из тоннеля наверх. И не делай таких круглых глаз, Дар-Теен. От Эйх-Мерола ты избавился чудом, но это вовсе не значит, что ты в безопасности.

– Но ты же… – только и смог пробормотать ийлур.

– Но я же, – протянула Лиэ-Нэсс и скривилась, – вот об этом я и хочу с тобой поговорить, мой дражайший возлюбленный, меня предавший. Ты, надеюсь, и сам видишь, что здесь как-то все не очень правильно? Хватит на меня пялиться, Дар-Теен. Надо поговорить, а потом я отведу тебя к этому, как бишь его…

Тут она наморщила лоб, словно вспоминала что-то важное.

– К Черному Убийце? – несмело подсказал Дар-Теен, – откуда ты знаешь?

– Я много чего знаю, – ийлура подмигнула, – слишком много, Дар-Теен.

…И он подчинился. Подошел к Лиэ-Нэсс, осторожно коснулся ее ледяной ладошки.

– Ты когда-нибудь сможешь меня простить?

В черных глазищах мелькнуло непонимание.

– Простить? О чем ты, Дар-Теен? Я оставила все это на площади перед Храмом Фэнтара. Здесь и сейчас со мной нет ни обиды, ни желания отомстить, и это правильно, поскольку только тот, кто оставил весь груз за порогом, может обрести покой.

Она слабо улыбнулась и хлопнула оторопевшего ийлура по плечу.

– Да и с какой стати ты раскис, как тряпка, а? Ну же, взбодрись. Эйх-Мерол тебя пока не тронет, я – тоже. Сядем, обсудим кое-что.