Планета луунов - Алексей Живой

Красс согласился. Он надеялся управиться быстро, но дело и впрямь могло затянуться. Как-то все здесь было подозрительно тихо, на первый взгляд. Поэтому лучше было принять легальный вид командировочного, чтобы не вызывать лишних подозрений. С другой стороны, если он все-таки наткнется на что-то стоящее, никто не помешает ему прервать командировку.

Джина вызвала свою секретаршу и велела показать ему комнату, в которой он может остановиться на несколько дней, которые ему понадобятся для ознакомления с последними данными. В ответ на удивленный взгляд Риккардо, директор центра с гордостью сообщила.

— У нас здесь отличная ведомственная гостиница, капитан. Прямо на берегу океана. Вам понравится. Осмотритесь, отдохните с дороги, перекусите, — я как раз разберусь с текущими делами. А потом, часа через два, мы с вами посетим лабораторию.

Провожавшая его до гостиницы Маша действительно производила впечатление помилованной. От радости она болтала без умолку. И не успел Красс, покачивая чемоданчиком, пройти сто метров по выложеной белой плиткой дорожке, и достичь дверей одиноко стоящего трехэтажного коттеджа на берегу обрыва, как уже знал почти все про местных жителей. Ученых обитателей научно-исследовательского центра корпорации «Золотая Орда» на Таймыре.

Их здесь было, как он понял, всего человек двадцать. Директор, секретарь, трое старших научных сотрудников, — большие зануды, — и десять младших, в основном лаборанты. Несмотря на отдаленность от большой земли, старуха не давал им расслабиться. Постоянно грузила работой так, что двое младших научных сотрудников уже попросили о переводе в другое подразделение корпорации.

— В какое? — поинтересовался Красс, открывая дверь и пропуская даму вперед.

— Да им все равно, лишь бы подальше отсюда и климат потеплее, — ответила Маша, заходя за пустующую стойку регистрации и порывшись в ящиках, отыскала нужные электронные ключи.

— А что же так, им местный климат не нравится? — уточнил Алекс, получая из ее рук пластиковую карту с личным кодом и осматриваясь в холле. Он был маленький и очень уютный.

Девушка повела его по деревянной лестнице вверх. Номер Красса располагался на втором этаже. Хотя все остальные, похоже, были пусты.

— Да, они какие-то неженки у нас, — ответила, не таясь, Маша, — любят, где потеплее. А здесь зимой так здорово. Все заметает. И можно на лыжах сколько угодно кататься.

— Любите лыжи? — с удивлением спросил Красс.

— Конечно, и горные и беговые, — подтвердила девушка, останавливаясь, напротив дубовой двери с табличкой номер двадцать пять, — а вы?

— А я не умею кататься, — соврал Красс на всякий случай.

— Приезжайте к нам зимой, научу, — предложила Маша, — ну, вот ваш номер. Располагайтесь. Обед можно выбрать из меню, — дорйд-официант его немедленно доставит. Доктор Карлайл зайдет за вами через пару часов. В номере есть пульт связи, там все подписано. Счастливо отдохнуть.

— Спасибо, — Красс посмотрел на широкий пустынный коридор, в котррый выходил немало дверей, — а что, я здесь один?

— Пока да, — кивнула русоволосая Маша, — но, через неделю приедет комиссия из центрального офиса, проверят нашу работу, и здесь будет не протолкнуться.

— Постараюсь уехать до их появления, — пообещал Алекс.

Он поблагодарил секретаршу еще раз и, приложив карту к устройству считывания, вошел внутрь. Оказавшись в номере, огляделся. Потом поставил чемоданчик на тумбу, прошелся и заглянул во все углы. Номер просторный, двухкомнатный, с отличной кроватью, целым ванным комплексом и баром с полной линейкой напитков. «А эти ученые не дураки выпить, — отметил старый службист, — впрочем, мы военные, тоже. Чего стоит один Глостер».

Вспомнив своего сослуживца по звездному флоту, Алекс ненадолго загрустил. После давнего эпизода с крейсером «Вулкан», где Алекс был командиром, его старший помощник Глостер служил еще лет десять, а потом внезапно вышел в отставку и затерялся где-то на просторах родной Ирландии. С тех пор они не виделись. Может быть, Глостер вернулся домой к родителям и живет у стариков на ферме. А может быть, и сам стал фермером. Разводит теперь длинношерстных овец, а по вечерам пьет литрами настоящий виски, которым этот прожженный пьяница всегда так гордился.