Любишь – беги - Алиса Эмс

Мы позавтракали в ресторанчике у самого моря. Вдали на бирюзовых волнах покачивались яхты, теплый ветерок перебирал светлые прядки волос Арделла и сдувал со стола салфетки. Мы уже допили чай и теперь не сводили глаз друг с друга. Я смотрела на Арделла и не могла поверить своему счастью. Мы снова были вместе, и я считала это чудом. Любовь моих родителей, ставшая трагедией для Влада, мамы и папы, теперь подарила мне возможность быть с тем, кого я любила всем сердцем. Череда всех этих событий казалась мне невероятным стечением обстоятельств, которые я могла объяснить только предопределением свыше, и тем ценнее было для меня мое одарение, выстраданное всей моей семьей. Я не стала эльфом в прошлую ночь, несмотря на то, что мы с Арделлом не выпускали друг друга из объятий и не могли надышаться друг другом. Мы оба чувствовали, что это событие должно произойти не сразу и не в доме Элен. Это должен был быть особенный день в нашей жизни, от начала до конца прожитый только друг для друга.

— Я должен отвести тебя кое-куда, — сказал Арделл, взглянув на часы.

— Куда?

— Если скажу — сюрприза не выйдет, — загадочно улыбнулся он. — Пойдем скорее.

Заинтригованная, я поспешно встала, и Арделл повел меня по витиеватым городским улочкам.

— Мне придется съездить в Омск, Арделл, — сказала я, пока мы шли. — Нужно что-то решить с учебой…да и с папой, наконец, объясниться.

— Я поеду с тобой, Эмма. Мы вместе все ему расскажем.

— Что тут можно рассказать? — невесело усмехнулась я. Мне не хотелось обманывать отца, а правде папа никогда бы не поверил: уж я-то его знаю. Наверное, поэтому ни мама, ни Влад ничего так и не сказали ему в свое время. — Ты же не сообщишь ему, что ты эльф!

— Что мы эльфы, Эмма, — поправил меня Арделл. — Мы поедем в Россию через пару недель, и за это время, я думаю…

— Во мне умрет человек? — спросила я со смесью страха, надежды и смущения.

— Надеюсь, это тебя не печалит?

— Ну, как сказать… — Я вздохнула: — Не могу себе представить, какой я стану.

— Ты станешь только прекрасней, Эмма. Хотя прекраснее уже некуда, — заверил меня Арделл.

Я недоверчиво посмотрела на него и снова вздохнула:

— Но мы все равно не можем открыть папе правду.

— Сейчас это и не обязательно. Главное для него, что ты здорова и счастлива. Он сможет убедиться в этом и успокоиться.

— Тогда что ты собирался ему сказать? — не поняла я.

— Не сказать, а попросить. Узнаешь потом, Эмма. Завтра уедем в Париж, поживем там немного, а после отправимся в Омск.

— Может быть, стоит уехать уже сегодня? Мне кажется, я злоупотребляю гостеприимством Элен.

— Во-первых, ее гостеприимство не знает границ, а во-вторых, мы обидим Элен, если не останемся на сегодняшний праздник.

— Какой еще праздник? — удивилась я.

— Прощальная вечеринка Элен. Лето закончилось, завтра она тоже возвращается в Париж, чтобы начать подготовку к своему новому турне, Сен-Жермен также уезжает.

Я с улыбкой покачала головой:

— И все-таки вы неисправимые тусовщики, тут Интернет точно не ошибся. Праздник за праздником!

— Мы не так уж часто собираемся вместе, и эти несколько месяцев бьют все рекорды. Так почему бы не повеселиться перед тем, как расстаться?

— Ильмарэ тоже приедет? — осторожно поинтересовалась я. Мне совсем не хотелось снова встречаться с этой высокомерной королевой.

— Сожалею, но Ильмарэ не будет, — пошутил Арделл, зная наперед какое облегчение принесут мне его слова. — Они с Элен недолюбливают друг друга и без крайней необходимости не встречаются.

— Недолюбливают? — его слова искренне меня удивили. — И почему же?

— Ильмарэ в своей принципиальности порой доходит до фанатизма и считает, что Элен своим творчеством компрометирует и себя и весь наш народ. Ильмарэ не раз требовала от Элен прекратить «выставляться напоказ», как она это называет, и вести себя, как подобает королеве.

— А Элен?

— Как видишь, до сих пор поет и все больше завоевывает любовь среди людей. Ее интересует только мнение Сен-Жермена, а он является одним из самых преданных ее поклонников, чего не скажешь об Ильмарэ.

— Возможно, это зависть, Арделл, а никакие не принципы, — пожала я плечами. — И я очень рада, что не увижу ее снова.

— Я могу тебя понять, — с улыбкой сказал Арделл и остановился: — Кажется, нам сюда.