Шерше ля вамп - Юлия Набокова

— Да ты что! — горячо воскликнула она. — Мне только что отец звонил…

— Как звонил? — удивилась я. — Я только что в Москву пыталась дозвониться, и связи не было.

— Наладили, — отмахнулась Лена. — Ты послушай, что он мне сказал! Ипполит дал согласие на ментальный допрос, так что это теперь дело решенное. Если бы не какие-то срочные дела, Андрей уже был бы здесь. И уж поверь мне, как только он их закончит, то сразу сюда примчится. Ты действительно хочешь пройти, — у нее сорвался голос, — через это?

— А что, — тихо спросила я, — это так страшно?

Лена отвела глаза.

— Как я тебе уже написала, долго после ментальных допросов не живут. Но те немногие вампиры, которых оправдывают, или с ума сходят, — она метнула на меня взгляд, подобный дротику, и я невольно отпрянула, — или всю оставшуюся жизнь мучаются кошмарами. — И добила меня выстрелом в упор: — У Вацлава спроси.

— Вацлав прошел через ментальный допрос? — оцепенела я.

— А ты думаешь, он всегда был с приветом? — Лена мрачно ухмыльнулась. — Так что решайся, подруга, — она сложила руки на руле, — едешь? Или остаешься ждать Андрея? Только думай быстрей. Андрей медлить не станет, возможно, он уже в пути.

— За что ж он так на меня взъелся-то? — поразилась я.

— А ты не знаешь? — Лена взглянула на меня с удивлением и, наткнувшись на мой вопросительный взгляд, помотала головой. — Это долгая история, а у нас времени нет. Окажемся в безопасности, тогда все расскажу. Так что?

— Едем, — решилась я и достала мобильный.

— Немедленно выключи! — нахмурилась Лена. — Ты что, тебя же запросто засекут по звонку!

— Но я хотела Аристарху позвонить…

— Позвонишь после, по моему телефону.

Свет фар разорвал ночную тьму, высветив кружево снегопада. Взвизгнули тормоза, машину занесло на заледеневшем асфальте, за окном замелькали дома и деревья, и вскоре особняк Вероник остался позади.

Дороги были пусты, а дома занесены снегом, как на площадке голливудских фильмов про Рождество. Мы свернули на улицу, где ни в одном из окон не горел свет.

— Провода оборвало, — прокомментировала Ленка, прильнув к боковому стеклу. — Бедолаги.

Она бросила взгляд в зеркало и выругалась.

— Только этого нам не хватало!

— Что такое? — Я в тревоге обернулась, но успела заметить только черную машину, свернувшую в боковой переулок.

— Кажется, зря переволновалась. Мне показалось, что за нами хвост, — с облегчением выдохнула Лена, но скорость все-таки прибавила. — Не поверишь, но мне почудилось, что за рулем был мим!

— Мим? — удивленно переспросила я.

— Ну да, мим. Это такие французские клоуны с разрисованными лицами. В туристических местах их столько же, сколько в Москве уличных музыкантов.

— Знаю, я даже видела одного.

— На Елисейских полях, наверное?

— Да нет, у одной кафешки. — Я назвала улицу.

— Странно, — хмыкнула Лена. — Что он там забыл? Не иначе как заблудился. Редкий турист туда забредет. Но ты-то у нас, как всегда, исключение из правил.

Я удивленно посмотрела на нее — в голосе подруги отчетливо послышались саркастические нотки. Но Лена непринужденно вела машину, а почувствовав мой взгляд, улыбнулась мне так тепло, что все мои сомнения тут же развеялись.

Ехали мы минут двадцать, но, похоже, ездили кругами во избежание слежки. Потому что вскоре в стороне опять возникла набережная Сены, показался силуэт Эйфелевой башни — мы вернулись в центр. Если ориентироваться по башне, Лена и Вероник жили по соседству, в шестнадцатом квартале. Дом Лены находился на ярко освещенной вывесками и огнями улице. В отличие от старинного особняка Вероник, это была современная шестиэтажка с броским ярким фасадом, неоновой вывеской на крыше и швейцаром у дверей.

Притормозив за углом, Ленка перегнулась, взяла с заднего сиденья бумажный пакет с покупками и протянула мне:

— На, надень!

Я в недоумении выудила оттуда платиновый парик под каре, как у Джулии Робертс в фильме «Красотка».

— Это мне?

— Искать тебя у меня не должны, но мало ли чего. Швейцар у нас глазастый, — с озабоченным видом пояснила Ленка, наматывая мне узлом на затылке мой хвост и нахлобучивая мне на голову парик. — Покажут ему твою фотку — вдруг опознает? Я его, конечно, сейчас отвлеку, но и ты уж подыграй. — Она отстранилась, оценивающе оглядывая меня, и кивнула: — Сойдет.

Затем Лена вышла из машины, сняла пальто, оставшись в тонком шерстяном платьице, и кинула на заднее сиденье. Увидев мое недоумение, пояснила:

— Ты же в одной водолазке и джинсах. Если я буду рядом в пальто, швейцар тебя точно запомнит. А если мы обе налегке — то как будто нас кто-то подвез от подъезда до подъезда. Ну, вылезай скорей, — она поежилась на ветру, — а то я в сосульку превращусь.

Мимо бдительного швейцара мы проскользнули без приключений. Я с любопытством озиралась по сторонам. В фойе первого этажа в кадках громоздились настоящие пальмы. Между ними на изящных деревянных тумбочках стояли клетки с диковинными птицами, стрекотавшими на разный лад. Учтивый дворецкий за стойкой назвал Лену по имени и пожелал доброй ночи. Внутри лифта напротив цифр с указанием этажа поблескивали золотом таблички с названиями различных курортов — «Мальдивы», «Гавайи», «Багамы», «Доминикана».

— Рейс на «Карибы»! — объявила Ленка, нажимая на кнопку одноименного пятого этажа.

Я протянула руку, чтобы снять парик, но подруга меня остановила:

— Подожди до квартиры.

Выходя вслед за ней в коридор, я ахнула:

— У вас тут прям остров!

Справа от лифта за стеклянной витриной виднелся настоящий кусочек рая: среди тропической зелени с искусственным водопадиком порхали яркие бабочки и кружили экзотические птицы. Еще одна черная птичка с желтым клювом и любопытными глазами сидела в клетке на тумбе у лифта и приветствовала нас словом «welcome», сказанным на удивление нежным и мелодичным голосом.

— Ты еще не видела всего! — Ленка потащила меня в фойе, от которого по обе стороны расходились коридоры, ведущие к квартирам.

В самом фойе полукругом располагались аквариумы с тропическими рыбами и медузами, прозрачные тела которых загорались разными цветами, когда менялась подсветка. В ближайшем ко мне аквариуме щетинился острыми черными иглами морской еж. Такого я видела только на картинке с рекламой местного океанариума на тайском острове Самуи. Но посетить достопримечательность так и не пришлось — за нами с Вацлавом нагрянули головорезы Жана. Тогда-то я и убила впервые в жизни…

В аквариуме плеснулась какая-то яркая крупная рыба, и я очнулась от своих мыслей и увидела, что Лена стоит рядом в ожидании восторгов.