Русич. Кольцо зла - Андрей Посняков

Обстановка таверны вполне соответствовала представлениям Раничева о злачных местах – полутемное, обшарпанное, с обсыпавшейся штукатуркой, помещение, грязный, заплеванный пол, усыпанный огрызками, из-за которых, рыча, дрались две облезлые собачонки. Собравшаяся в «Русалке» публика по внешнему своему виду – а наверняка и по внутреннему содержанию тоже – вполне соответствовала любимому слову г-на Жириновского – подонки! Гнусные, несущие печать всех возможных пороков, лицо… не лица даже, а рожи… недоверчиво уставились на новых посетителей.

– Пшел! – Ансельм спихнул со скамьи у крайнего столика какого-то пропитого старика в лохмотьях и гостеприимно пригласил Ивана.

– Присаживайся, дон Хуан. Сейчас узнаем новости, а заодно и перекусим.

Усевшись, Раничев щелчком сбил с плеча огромного рыжего таракана и невозмутимо спихнул на пол объедки:

– Пожалуй, я бы выпил вина.

Подозванный конокрадом служка – огненно-рыжий золотушный парень с сопливым носом – живо притащил глиняный кувшин и кружки.

– Неси еще и рыбу, – швырнув на стол мелочь, приказал Ансельм.

– Здорово, Лошадник! – какой-то забулдыга за соседним столом, осклабившись в улыбке, помахал конокраду рукою.

– Похоже, у тебя здесь есть знакомые, – усмехнулся Иван.

– Да есть, – рассеянно отозвался Ансельм. – Иначе б я сюда и не сунулся – чревато.

Служка принес несколько хлебных лепешек и рыбу на большом деревянном блюде, очень даже недурную рыбу, жирную, вкусную, зажаренную на вертеле до золотистой корочки.

– Вкусную рыбу жрете? – подойдя, осведомилась вдруг какая-то замарашка в рваном платье из мешковины. – Привет, Лошадник. Как делишки?

Замарашка, небрежно оттолкнув Аникея к стене, уселась за стол, словно только ее тут и ждали. Впрочем, Ансельм разбухать не стал, а даже подвинул девчонке кружку, правда, не свою, а все того же Аникея.

– Здравствуй, Беатрис. Делишки ничего себе. Шершня давно ли видала?

– Н-нет… Вообще не видала, – глотнув вина, покачала головой замарашка. Засаленные волосы ее, темные и густые, дернулись, попав в кружку.

– Все работаешь на тетку Гаидду? – с усмешкой осведомился Ансельм.

– А на кого ж еще-то? – поставив кружку на стол, усмехнулась девчонка – лицо ее неожиданно оказалось довольно-таки миловидным и даже приятным, блестящие глаза словно ошпарили синью так, что Раничев даже поежился – не ведьма ли девка?! Да если б ее отмыть да приодеть… или, наоборот, раздеть…

– Что смотришь, мой господин? – скосив глаза на меч, Беатрис нахально взглянула на Ивана. – Не нравлюсь?

– Почему? – усмехнулся тот. – Вполне.

– Как-то он странно говорит, Ансельм, – девчонка обернулась к Лошаднику. – Ни черта не понятно.

– Он издалека. Впрочем, для тебя это не важно. Так, говоришь, не видала Шершня? – конокрад недоверчиво уставился на Беатрис.

– Да не видала, честно… Слушай, говорят, ты к маврам попался?!

– Ах вот как? – Ансельм вдруг резко схватил девчонку за руку и, вытащив кинжал, приставил в ее бок. – Вот ты и проговорилась, дурочка. Кроме Шершня, тебе про мавров сказать было некому! А ну признавайся, где он?

– Пусти, – Беатрис неожиданно разревелась. – Пусти же…

– Говори, не то проткну печень!

– Ой, больно… Да видала, видала я Васко, только он строго-настрого предупредил, чтоб никому не рассказывала.

– С-сучонок! Небось он теперь богат и пускает пыль в глаза?

– Да, – вытирая слезы, кивнула девушка. – Богат, это так… Со мной расплатился щедро и звал еще…

– Куда?! Ну, говори же!

– Он на постоялом дворе отдыхает, у хромого Родригеса.

– Шикарно живет! – убирая кинжал, удивился Ансельм. – Тварь лупоглазая. Ну да, он же теперь богат, сволочь. Думаю, он теперь стережется?

– Да уж, – Беатрис кивнула. – Вообще хочет немного отсидеться да свалить обратно в Толедо. Кого-то боится.

– Кого-то? – Лошадник хмыкнул. – Идем.

– Ой, нет, нет, – замахала руками девчонка. – Он ведь меня убьет.

– Авось не успеет.

Постоялый двор хромого Родригеса располагался на другом конце города, у самых ворот. Коновязь, возы, просторный двухэтажный дом под красной черепичной крышей.

– Хозяин, нам нужны покои на два дня.

– Вот. Пока за день.

– Мигель, проводи господ постояльцев.

– Да мы и сами найдем.

– Ну как знаете…

Беартис – а куда ей деваться? – подошла к дальней двери, постучала.

– Кто? – послышался настороженный голос.

– Я. Не узнал, что ли?

– Зачем явилась?

– Так ты же сам звал… Да и заколку забыла.

– Ладно, входи…

Дверь приоткрылась… и выглянувший из-за нее шулер улетел внутрь от хорошего удара Ансельма.

– Ну здравствуй…