Газлайтер. Том 3 - Григорий Володин

— Откуда ты узнал? — тихо спрашивает.

— Она дворянка увидела во мне характерные черты лица Филиновых. Тогда я и понял, — не раскрываю всей правды.

— Ясно, — кивает женщина. — Правда, раньше Филиновых было много, в высшем свете часто появлялись их женщины и мужчины. Если бы ты не поднялся так высоко, то никогда бы не узнал.

— И меня бы никогда не заинтересовало кто мой отец, — соглашаюсь. — Но реальность такова, что люди вокруг узнают во мне тех, о ком я без понятия. Так кто же мой отец, мама?

Ирина глубоко вдыхает, прежде чем выдохнуть и ответить:

— Кеннер, наследник главы рода Филиновых.

Значит, самая вершина. Немудрено, что я настолько сильный телепат. Кровь сыграла свою роль.

— Каким он был человеком, мам?

— Выдающимся и невообразимо сильным, — на глазах Ирины наворачиваются слезы. — Он носил ранг Грандмастера, но сам признался мне, что перешагнул его еще в двадцать. Ты был его младшеньким сыном, и еще когда я была беременна, он мечтал взять тебя в род.

Эм, что? Наследник могущественного рода встречался по несколько раз с простолюдинкой? То есть, это была не просто интрижка на раз?

— То есть, вы виделись не единожды? — с удивлением смотрю на мать.

— Нет, — качает головой она. — Кеннер хотел дать тебе свою фамилию, как и мне, — скромно замечает она. — Одной из жен я вряд ли бы стала, конечно, но могла жить в их доме как фаворитка. У Филиновых было так принято. Своих они никогда не бросали.

Действительно, хороший род. Жалко, что погибли все…И вот стоит вопрос. Неужели мой путь — это возродить могущественную опальную фамилию?

Глава 26

Нежданная буря

— Даня, о чем задумался? -спрашивает за обедом Гриша, приобняв за талию свою невесту Адию.

Снова начались уроки. Ну для меня начались, остальные ребята-то не переставали грызть гранит науки. Я вот сильно отстал, надо догонять, но когда? Сегодня опять отправляюсь в дорогу.

— О том, что опять лечу сегодня в Москву, — вздыхаю.

— Опять? — грустно переспрашивает Лена. Большие глаза у девушки печальные-печальные.

Эх, крошка, да, мало уделяю тебе времени. Но так пока надо.

— Через три дня у меня назначена встреча с Советом директоров, — киваю. — Новому собственнику необходимо показаться своим управляющим.

— Да, всё правильно, — соглашается моя девушка, тяжко вздохнув. Всё же она отличница и староста, а значит, прекрасно осознает значение термина «ответственность».

— Удачи, Даня, — улыбается мне Камила. — Ты многого добился, но я уверена, что эти грандиозные успехи — только начало.

— Спасибо, — обвожу брюнетку внимательным взглядом. В последнее время она очень покладистая и тихая. И совсем не требует к себе внимания. Неужели нашла себе кого-то другого? — Отрадно слышать столь ободряющие слова от талантливой обладательницы двух Даров.

— Ну в том, что во мне проснулась воздушная магия, есть и твоя заслуга, — не остается в долгу красотка, обольстительно улыбнувшись.

Светка бросает на брюнетку хмурый взгляд и спешит вставить:

— Не забудь взять с собой телохранителей. Ты теперь — важная шишка, Даня. Имей в виду. А нам ты нужен живой и здоровый, правильно же говорю, Лена?

— Конечно, — соглашается с блондинкой шатенка, немного удивленно на нее посмотрев.

А у меня даже потеплело на душе от заботы девушек.

Вообще, смотрю на казаха, на его невесту и завидую тому, как у них всё просто. Один род, одна жена, одно дело. А мне вот надо определиться, Филинов я или Вещий. А если Филинов, то им, как древнему роду, вроде как разрешено многоженство, и тут опять возникает дилемма: кого мне, кроме Ленки, брать? Света явно исправилась, в нашу поездку в Тагил она показала себя замечательно. Но становиться Филиновым только ради одной Светки я, конечно, не буду. Другое дело — о моем происхождении уже знает Жанна, и баронесса может меня шантажировать раскрытием этой информации. Ей совесть позволит, я уверен. Телепатка — женщина властная и жестокая. Так не лучше ли самому объявить себя наследником? Лучше, конечно. Но сперва надо подготовить почву и разведать, как к этому отнесется Царь Борис. Как-никак Филиновы — род опальный.

Но соскучились по мне не только одноклассники. На алгебре несравненная Антонина Павловна, покачивая великолепными бедрами, проходится вдоль доски и вдруг опускает на меня взгляд.

— Даня, хорошо, что ты наконец вернулся, — мурлычет героиня моих эротических снов. — Мы по тебе скучали.

Ох, кажется, мое сердце пропустило удар. Мастерица шестовой акробатики удостоила меня вниманием.

— Я тоже безумно скучал по вашим урокам, Антонина Павловна, — улыбаюсь, как джентльмен. Светка рядом закатывает глаза. Не верит блондинка моей искренности, а зря, зря!

— Не расстраивайся, Даня. Ты умненький мальчик и легко наверстаешь, — кажется, в глазах учительницы заиграли искры. Или это мой подростковый мозг сбоит и выдает желаемое за действительное?

— Я буду стараться всеми силами, — чуть ли не бью себя кулаком в грудь.

— Нисколько не сомневаюсь в своем ответственном ученике, — учительница чуть опускает длинные реснички. — Мог бы ты выйти к доске и решить седьмой пример из шестой главы?

Ох, ее лестные речи оказались жестокой ловушкой. Но я мог бы догадаться. Эх, молодость, пора нехитрых желаний.

— Конечно, Антонина Павловна, я готов попытаться, — со вздохом встаю из-за парты и, прихватив учебник, топаю на публичную казнь. Ибо истинный рыцарь ради своей прекрасной дамы не отступит даже перед лицом невыученных уроков…

Между биологией и географией Гриша неожиданно просит отойти с ним в коридор и поговорить наедине. Я, чувствуя неладное, соглашаюсь. Особенно меня настораживает угрюмое лицо казаха.

— Надеюсь, ты не из-за Светки? — спрашиваю, когда мы встаем у окна. — Не из-за того, что мы ездили вдвоем на бал?

— Что? Нет! Я уже давно отпустил Соколову из своего сердца, да, — сразу заулыбался казах. — Она полностью твоя, друг, да.

— Хм, даже не знаю, что сказать, — грустно ворчу. — Наверное, здесь уместно «спасибо», но у меня уже есть девушка, сам знаешь.

— Знаю. И я могу тебе лишь посочувствовать. — Казах точно глумится надо мной. — Но уверен, ты найдешь решение.

— Вот так значит? Бросил друга одного, да? — стыжу Гришку, а он продолжает ухмыляться, довольный как удав. Подкинул другу проблем с блондинкой и сам свинтил под предлогом договорного брака. — А что у тебя тогда случилось-то?

— Адия, — вздыхает Гришка, резко погрустнев. — Моей невесте явно не нравится в России.

— Это она тебе сказала?

— Нет, но я и сам вижу, — Гриша поджимает губы. — Адия не признается, но ей точно некомфортно здесь. И немудрено: другие традиции, другие обычаи, более свободные нравы.

— Понятно. И что теперь будешь делать? — я бросаю взгляд в окно на резвящихся младшеклассников. — Вернешься из-за жены в Казахский стан? Обратно в родные степи? Поселишься рядом с родней Адии, с ее мамой и бабушкой?

Но моя ирония остается неоцененной.

— Может, спросить Адию? — задумывается Гришка.

— Эх, Гриша-Гриша, — качаю головой. — Я ведь пошутил насчет вернуться, а ты и не понял.

Он хмурится.

— Бросай шутить! Я же серьезно тебя спрашиваю! Как друга, да!

— А я как друг отвечаю, — пожимаю плечами. — Решать, куда двигаться, ты должен сам и не отталкиваясь от мнения своей жены.

— Но вдруг Адия будет страдать? — выпучивает глаза влюбленный казах.

— Смотрю, общение со Светкой тебя избаловало, — поражаюсь я изменениям в друге, а, казалось бы, парень из патриархальной семьи, и таких вопросов у него вообще не должно возникать. — Запомни, женщина принимает в жизни только одно решение: с каким мужчиной ей идти по жизни. Это ее последнее решение, остальные решения принимает мужчина.

— Мммм… — мычит Гришка, переваривая.

— Женщина должна выбрать мужчину, за которым она пойдет туда, куда он ее поведет, — продолжаю я вдалбливать в его голову прописные истины. — Блин, Гришка! Испанский стыд! Тебя не мог не учить этому отец!

— Он и учил… — казах краснеет пристыженно. — Давно учил. Конечно, стоило к нему пойти, но мне как-то стыдно спрашивать у него такие элементарные вещи.

Что-то он совсем раскис.

— Ну, ладно-ладно, не убивайся, я напомню тебе мужские заветы, — хлопаю парня по плечу. — В общем не морочь голову ни себе, ни бедняжке Адии. Да, ей тяжело привыкнуть к русскому городу, но ничего, невеста у тебя не только красивая, но и сильная. Она справится. Ради тебя справится. Только и ты ее не подводи, казах.

— Что ты имеешь в виду? — хлопает он глазами.

— Не позволяй женщине решать где вам жить, — строго говорю. — Часто женщина тянет