Перстень альвов. Пробуждение валькирии - Елизавета Дворецкая

– Садись, йомфру! – Вигмар указал девице место на скамье напротив себя, движением брови согнав оттуда племянника Ранда. – Ты можешь быть уверена, что тебе не будет причинено никакой обиды и все твои просьбы, в границах разумного и возможного, будут нами исполнены. Могу я спросить, кто ты?

– Можешь. – Девица пристально посмотрела на него. – Ведь это ты Вигмар Лисица? Не скажу, что ты похож на оборотня, но я тебя сразу узнала. Смотри, не забудь своего обещания!

– Я никогда не забываю своих обещаний! – заверил Вигмар. Его недоумение все росло: девица держалась довольно дерзко, но он легко угадывал, что за дерзостью она скрывает страх.

– Но ведь как знать, что ты почувствуешь, когда узнаешь, кто я!

Это было сказано так многозначительно, словно весь свет только о ней и думает. Вигмар подвигал бровями, переваривая эту детскую самоуверенность; мужчины вокруг переглядывались и ухмылялись, на полном лице фру Аудвейг отражалось беспокойство.

– Я – Гейрхильда дочь Вебранда! – надменно вскинув голову, произнесла девица, убедившись, что все вокруг с нетерпением ждут разгадки. – И я – сестра Бергвида конунга по матери.

По гриднице пролетел изумленный гул, даже Вигмар охнул. Девица хранила невозмутимость, но, несомненно, наслаждалась произведенным впечатлением, которое так искусно сумела подготовить.

– Впервые слышу об этом! – воскликнул Вигмар. – Сестра Бергвида! Не знал я, что у него есть сестра! Откуда ты взялась? Какой еще Вебранд? Что за человек твой отец?

– Вебранд Серый Зуб, сын Ночного Волка, – с важностью пояснила Гейрхильда. – Он жил в Граннланде, пока не погиб в битве с фьяллями десять лет назад – здесь, в округе Фрейреслаг, неподалеку от усадьбы Сосновый Пригорок. Это была первая большая битва моего брата Бергвида.

– Ты – дочь Даллы?

– Да. Она много лет жила в доме Вебранда.

Вигмар молчал, разглядывая сидящее перед ним чудо, наряженное в желтую рубаху с вышитым подолом и розовое платье, тоже с вышивкой, и пытался сообразить, можно ли ей поверить. А между тем если бы здесь сейчас присутствовал Гельд Подкидыш, Хеймир конунг или Даг Кремневый, словом, кто-то из тех, кто в давние времена знал кюну Даллу, то сейчас они увидели бы, как много сходства с ней в этом полудетском лице. Те же мелковатые черты, те же карие глаза, округлый маленький подбородок. Это личико было бы миловидным, если бы не бледность, не отраженная на нем растерянность вместе с мучительным усилием эту растерянность преодолеть.

– Ах, да! – Вигмар вспомнил, на каком основании Бергвида зовут сыном рабыни. Хагир Синеглазый, на свою же голову вызволивший того из рабства, рассказывал о тех событиях десятилетней давности.

– Я родилась в Граннланде, – Гейрхильда хранила горделивую невозмутимость, но крылья ее носика дрожали, выдавая скрытое напряжение. – Отец отдал меня на воспитание другим людям. Мне было всего четыре года, когда мой брат Бергвид оставил дом Вебранда, потом моя мать умерла, а потом и отец погиб. Я осталась у тех людей, и никому не было до меня дела. Только пять лет назад мой брат узнал обо мне и забрал к себе. Теперь я живу здесь.

– Вот что! – протянул Вигмар и окинул взглядом лица родичей, будто ждал, не подскажет ли кто-то, что со всем этим делать. Но все лица выражали равное недоумение. – Значит, ты дочь Даллы… и Вебранда… Да, припоминаю. Я их не знал, но немало слышал. От Хагира Синеглазого… Постой! – сообразил он. – Ведь Хагир женат на дочери Вебранда. Она, выходит, твоя сестра!

– Выходит! – с обидой подтвердила Гейрхильда. – Она старше. Она моя сводная сестра. Но она ничем не лучше, потому что ее отец и за ее мать вено не платил! Она такая же побочная, как и… И нечем ей особенно гордиться!

– А почему ты не живешь у нее? – сочувственно спросил Ормульв Точило. Он жалел молоденькую девушку, оставшуюся без родителей на попечении такого человека, как Бергвид. – Брат, конечно, первая опора сестры, но едва ли у Бергвида есть много времени, чтобы о тебе заботиться. Да и люди вокруг него неподходящие для такой девушки. У сестры тебе, наверное, было бы лучше. Неужели Хагир Синеглазый не хочет тебя принять?

– Бергвид не хочет меня отдать! Он почитает нашу мать превыше всех людей и даже богов. Он хочет, чтобы я жила при нем.

– А чего хочешь ты? – спросил Вигмар. Ему давно уже хотелось это знать, поскольку весь облик Гейрхильды дышал неудовлетворенностью. – Чтобы тебя переправили в Нагорье? Это мы можем сделать.

– Нет. – Гейрхильда резко мотнула головой. – Я не маленький ребенок, которого возят с места на место и сбывают с рук, как негодный товар! Сначала мой отец отдал меня с глаз долой, потому что девочка ему была не нужна! Потом моя мать забыла обо мне, потому что я не дочь конунга, как он! – Гейрхильда махнула рукой куда-то в сторону, и было понятно, что она имеет в виду Бергвида. – Как будто я могла выбирать себе отца, а не она сама дала мне его! Как будто я виновата, что он родился у свободной женщины и кюны квиттов, а я у рабыни!

В ее карих глазах заблестели слезы, кончик носика порозовел, в чертах возникла едва заметная дрожь, обещавшая близкий плач. Всем стало ее жаль, но Гейрхильда не добивалась жалости и изо всех сил старалась сдержать слезы.

– Потом они бранились из-за меня, как будто я коза, которую оба хотят купить! – с гневной обидой продолжала она. – Ну, Бергвид и Хлейна! Хагир Синеглазый чуть не пошел походом сюда! А меня хоть бы кто спросил, чего я хочу!

– А ты не хотела к Хагиру? – участливо спросил Хельги.

– Я хотела, чтобы меня спрашивали, чего я хочу, а не кидали друг другу, как мяч, не отбирали, как у собаки кость! А Бергвид из одного упрямства не хотел отдать меня ей! Очень он меня любит! По полгода не видит! А я ничем не хуже него! Я тоже знатного рода! По матери я из Лейрингов, по отцу – из рода Ночных Волков!

– Конечно, конечно! – пытался успокоить ее Вигмар. – Тебе не повезло, но повороты судьбы нужно переносить стойко. Скажи же нам, чем тебе помочь. Только поскорее. У нас нет времени на разговоры.

– Я не прошу у вас помощи! – Гейрхильда решительно шмыгнула носом и тыльной стороной ладони вытерла слезы с глаз. – Я сама собираюсь помочь вам!

– Как же это?

– Я слышала, о чем вы говорили! Вы хотите предложить мир моему брату Бергвиду, но не знаете, кого к нему послать. Я поеду к нему. И я склоню его приехать в Хэстирнэс, чтобы вы сами с ним говорили.

Первым ответом было недоуменное молчание. Ее появление заставило всех забыть о Бергвиде и своих замыслах насчет него, и теперь все пытались связать эти две вещи воедино.

– А ты уверена, что сумеешь с этим справиться? – осторожно осведомился Вигмар. – Ведь уговорить на что-то твоего брата Бергвида не легче, чем перевернуть гору!

Сам он совершенно не верил, что этот полуребенок сделает такое дело, но не хотел обижать ее: вошедшее в предания самолюбие Даллы ее дочь унаследовала, как видно, в полной мере.