Опасно быть студентом - Маргарита Блинова

– Да, мы такие! – не без гордости за нас, любимых, кивнула ведьмочка, вытирая полотенцем пот со лба.

Я устало опустилась прямо на пол и с жадностью начала глотать воду, вполуха слушая, как парни восторженно делятся с Крысенышем эмоциями от игры.

Вяло стряхнув с ног кроссовки, я дала вспотевшим ножкам немного свободы, довольно пошевелила пальчиками и чуть не прошляпила все самое интересное.

– Слушайте! – неожиданно воскликнула Натка. – А может, соберем свою команду по бакетболу? Эдакий микс Света и Тьмы. Что скажете?

В первый момент я подумала, что это некий изощренный прикол, но шли драгоценные секунды, ведьмочка язвить не собиралась, а в глазах трех вспотевших парней все сильнее разгоралось пламя азарта.

– Во-у! – вскочила я на ноги, надеясь, что еще не слишком поздно, чтобы вмешаться в ситуацию. – А ну-ка, тормознули и больше не кидаемся проходить повороты с такой скоростью!

Ведьмочка важно подбоченилась и глянула на меня.

– А что такого? – на полном серьезе удивилась соседка. – Соревнования начнутся только через месяц, за это время мы сыграемся…

– Ната, ну что ты такое говоришь! – попыталась я хоть немного отрезвить уже успевшую увлечься бредовой идеей ведьмочку. – Они же Темные!

Девушка нахмурилась, явно намекая, что никак не может уловить моей мысли, поэтому для пущей убедительности добавляю по слогам:

– Тем-ны-е!

– И это говорит наш куратор… – саркастично прошептал Доставала, с задумчивым видом поглядывая наверх, где все еще летали активированные платформы для бакетбола.

Проигнорировав замечание, я упрямо сжала губы и посмотрела на соседку, но та и не думала сдаваться.

– Темные, Светлые… Да хоть голубые! – громко фыркнула Натка. – Мне фиолетово, какого цвета участники, если они умеют жить игрой.

– Ната, очнись! Если ты будешь играть бок о бок с Темными, тебя не пропустят в Лигу!

Но проще было убедить гору в том, что она – маленькое облачко, чем пытаться переспорить ведьму.

– Это ты очнись! – фыркнула девушка. – Если бы я хотела играть с самовлюбленной посредственностью, то осталась бы в команде с Родриком.

Натка обвела парней горящими глазами и выдала:

– Мы будем участвовать в турнире!

– Да! – радостно воскликнул Шарги.

Светлая Богиня, такое ощущение, что популяция идиотов вокруг меня невероятно разрослась. Может, пора уже принимать какие-то меры по сокращению этой тупиковой ветки эволюции?

– Это безумие! – рассмеялась я. – Никто не позволит такой команде даже отборочный тур пройти! Да вас сольют еще при подаче документов…

– Не сольют, – широко улыбнулась ведьмочка. – Для этих целей у нас есть одна гениальная полунаемница, которая обязательно придумает, как выкрутиться.

Я схватилась за голову в надежде собрать расползающиеся во все стороны мысли.

Та-а-а-ак-с! Быстренько соображаем, что делать и на кого давить.

Одержимую бакетболом подругу переубедить не получится. Судя по лицам, Кебилу и Гафсу идея тоже пришлась по душе, Шарги…

Темного сейчас больше волнует распухший голеностоп, но и он в случае чего просто не сможет устоять под натиском и азартом Наточки. Остается только тот, кто точно меня поддержит…

– Хорст! – смотрю с надеждой на блондинчика. – Ну, хоть ты им скажи!

Блондин, наконец, прекратил созерцать летающие под потолком платформы и посмотрел на меня.

– А что? – улыбнулся парень краешком губ. – По мне – так это неплохая возможность отвоевать немного уважения для Темных.

И вот это-то и стало последней каплей, добившей во мне веру в здравомыслие.

С громким стоном я плюхнулась на пол, спрятала голову между колен и… задумалась.

Думала долго, почти всю дорогу до комнаты, потом почти час гуляла в темном парке вместе с неугомонным щенком и снова думала.

Нам нужна команда: пятерых явно маловато даже для участия, я уже молчу про игру. Нужны игроки, нужны запасные… Но для начала нужна поддержка власть имущих.

– Ната, раз ты втравила меня в эту безумную затею, значит, разгребать тебе придется наравне со мной! – в итоге заявила я, возвратившись в нашу комнату.

Ведьмочка покладисто закивала и, внимательно выслушав, унеслась выполнять поставленные перед ней задачи.

Повздыхав немного на тему ужина, вернее, отсутствия такового, я велела пустому желудку заткнуться и уселась за письменный стол. Не за горами зимние сборы в клане, а значит, экзамены опять придется сдавать досрочно.

Уверенный стук в дверь застал в самый пик напряжения: я уже была раздражена и перегружена монотонностью работы, а домашние задания были выполнены только наполовину.

Стук повторился, выдавая в ночном госте на редкость настойчивого человека. Я посмотрела на Рокки. Щенок, воинственно подняв шерсть на загривке, стоял на коврике у дверей.

Настойчивый стук раздался вновь.

– Доставала, я занята! – максимально громко крикнула, разыскивая нужную страницу. – Вставать не буду!

Но парень явно страдал от приступа невероятной наглости со стихийно приходящей вседозволенностью. Замок тихо щелкнул, дверь бесшумно открылась, демонстрируя стоящего на пороге огромного самоуверенного амбала.

– Что? – очень натурально удивился Темный, поймав мой полный негодования взгляд. – Ты же сказала, что не хочешь вставать.

Тяжело вздохнув, я покачала головой. Ну, вот как можно перевоспитать твердолобого барана?

– Гауф, – как-то очень неуверенно тявкнул щенок, подбегая к блондину и с куда большим интересом обнюхивая поставленный Крысенышем на пол пакет.

– Привет, Рокки!

Доставала наклонился и подхватил своими огромными ручищами крошечное черное тельце.

– Ты больше не балуешься? – строго посмотрел на песика Темный.

Будь я на месте щенка – давно наделала бы в штанишки, но малыш был явно не из робкого десятка.

– Гауф! – воинственно сообщил черный клубочек шерсти и попытался вторично тяпнуть Темного за палец.

Неудачный маневр был встречен насмешливой улыбкой.

– Рокки, я же тебе сказал – подрасти сначала! – ставя щенка обратно на пол, сказал блондин, подхватил пакет и уверенно пошел к столу. – Что будешь на ужин?

Я крутанулась на стуле, с удивлением наблюдая, как Доставала методично сгружает на стол продукты, и все-таки не утерпела:

– Пожалуй, из твоих рук я с удовольствием отведаю двойную порцию ненависти с долькой презрения и кисло-сладким соусом гнева.

Хорст развернулся, исподлобья глянул на меня светлыми глазами и серьезно спросил: