Комендантский час - Вероника Иванова

— Значит, поработаю руками.

Пауза.

Ну да, да, тугодум я! Не улавливаю намеки, особенно если они относятся к области знаний, в которую меня не посвящали.

— Хватит тянуть кота за хвост, адъютант! Я могу отдать команду на отстыковку, и я ее отдам.

Опустила взгляд. На мгновение.

— Ручное управление осуществляется из базового модуля.

Так-так-так. Если правильно предполагаю, то…

— Вы должны будете остаться.

170 часов 03 минуты от перезагрузки системы

Не все так страшно, как кажется.

У меня есть аккумуляторы, запаса энергии в которых хватит аж до Судного дня, если, конечно, расходовать ее разумно.

У меня есть волшебная палочка, способная нагнать сон на все мое несчастное королевство не хуже веретена одной приснопамятной колдуньи.

У меня есть батарея фляг со спиртным из запасов Жорика.

У меня есть куча одежды, успешно сохраняющей тепло тела.

Переживу.

— Готовность — пять!

Корпус ощутимо дрожит, распадаясь надвое. Да, он сборный и, строго говоря, включает в себя кучу модулей, похожих на тот, что сейчас отсоединяется, но все равно такое ощущение, что у тебя отрывают руку или ногу. А может быть, даже сердце.

— Четыре!

Штифты и пазы, или как они там называются, расходятся в противоположные стороны.

— Три!

Когда все будет закончено, мне нужно будет пройти в аппаратную и вернуть «меч» в «камень», задав программу служебной консервации. А потом — только ждать. Возвращения.

— Два!

Конечно, они вернутся. На месте, по обстановке, как говорится, принимает решения старший офицер, а адъютант глупить не станет. И если ситуация не позволит действовать наверняка, никто не пострадает. На нашей стороне, по крайней мере.

— Один!

Нехватка энергии ощущается с самого начала процедуры отстыковки: как только процесс пошел, рабочее освещение сменилось аварийным, и база превратилась в призрак, сотканный из мутных болотных огоньков.

— Запрашиваю разрешение на вылет!

Много-много лишних слов. Трата времени. А на что? Это же всего лишь формальность. Дань традициям. Явный пережиток прошлого. Зачем так упорно держаться за него? Но раз уж просят…

— Разрешаю.

Отсюда не видно, что происходит снаружи. Не видно, как модуль отплывает подальше в пустоту, разворачивается, набирает ход и… А может, все происходит совсем не так: мне остается только фантазировать.

— Удачи.

Наверное, они меня уже не слышат. И я тоже не слышу больше ничего, кроме собственного дыхания.

172 часа 23 минуты от перезагрузки системы

Дорогой дневник!

Эта запись в тебе не появится никогда. Хотя бы потому, что, когда модуль вернется, мне будет лень вспоминать все, о чем успел подумать. И потому, что чем больше проходит времени, тем думать мне становится тяже…

Забористое питье гонит Жорик. Оно согревает, это точно, но сознание от него плывет — мама не горюй. И мысли в голову лезут странные.

Они похожи на нас. Не мысли, конечно. Люди. Инопланетные. Например, молятся богу. То есть богам, причем каждая раса — своему. И на этот случай даже имеется специальное помещение, где я сейчас и обретаюсь. Не с целью общения с небожителями, правда, а в силу того, что энергоснабжение часовни автономное. От отдельного аккумулятора.

Ничего особенного вроде: небольшая комната с лавками, выдвигающимися из пола, если захочется посидеть. Никаких икон, идолов, прочей ритуальной атрибутики. Пусто. Только окно во всю стену, треугольное, вершиной упирающееся в потолок. И когда подходишь близко-близко, кажется, что под ногами у тебя остаются только звезды. Целое море звезд. Но еще больше их там, наверху, куда твой взгляд не достает и достать не может. Все заканчивается наконечником стрелы, нацеленной в неизвестность. Или начинается?

Я им не нужен. Трем парням, одной девушке и толпе половинчиков. Шлюз откроется по любому требованию извне.

Я им…

Не нужен.

Они подыгрывают либо искренне считают меня начальником, и их это почему-то устраивает. Наверное, потому что так заведено и положено, чтобы во главе всякого бардака непременно находился кто-то один.

Я могу приказать любую глупость, и она будет благоговейно исполнена. Могу вообще ничего не приказывать, и мир не рухнет. Система отлажена, механизм работает как часы, независимо от того, какой олух волей случая окажется на вершине этой пирамидки.

Зачем я здесь? Веселить окружающих своей неосведомленностью? Что ж, раньше удавалось забавлять хотя бы адъютанта, а теперь и блондинка относится ко мне предельно серьезно. Что еще раз подтверждает непреложную истину: они вернутся.

И все начнется… Нет, продолжится с того места, на котором остановилось. Колесо снова закрутится в прежнем ритме.

Закру…

Наверное, надо немного погодить с выпивкой, а то голову заметно ведет. Так, что звезды, одна за другой…

Гаснут?

Локация: межпространственный канал

Юрисдикция: зона общего пользования

Объект: корабль

Класс: большой охотник

Режим: свободный поиск

Ожидание бывает долгим. Но всегда чем-то заканчивается.

Крупица будущего, что вот-вот вонзится в тебя, может принести многое. Может перечеркнуть планы или воплотить их в жизнь в точности до последней буквы. Может одарить счастьем или ввергнуть в бездну горя. Может убить, в конце концов, или вернуть к жизни. Но гораздо хуже, когда мгновения просто пролетают мимо, не оставляя в твоей судьбе ни малейшего следа, и начинает казаться, что на последнем перекрестке мир свернул в сторону, а ты все еще продолжаешь двигаться прямо вперед, хотя там ничего уже…

— Есть пеленг!

Ну наконец-то! Теперь можно выдохнуть.

С раннего детства Айден с неизменным успехом производил на окружающих одно и то же впечатление. Уверенный, расчетливый, хладнокровный, целеустремленный и, конечно, добивающийся успеха в любом начинании — вот что видели окружающие, считая даже самых близких и посвященных. А в действительности все было ровно наоборот.

Он считал недостатком то, чем другие мечтали бы обладать: полный и вечный штиль моря эмоций. Даже лучшие эмпаты Империи могли уловить в инфофоне лорда Кер-Кален только неразборчивое эхо, а перед прочими людьми, не приспособленными тщательно читать чужие чувства, и вовсе вставала глухая стена.

Общеизвестно, что у тех, кто слишком часто пользуется инфополем для общения с внешним миром, язык тела постепенно отмирает. За ненадобностью. Он не настолько многогранен и точен, чтобы быть полезным, а значит, самой природой должен быть отставлен в сторону, потому что эффективность — самая дорогая вещь на свете. Всего один коммуникативный квант расскажет о собеседнике больше, чем можно увидеть и услышать за целую жизнь. А заодно передаст всю гамму чувств, не требуя движений даже самой ничтожной мышцы.