Искатели ветра - Алексей Пехов

– Ого! По легендам, от насланной ею заразы вымерла половина юга.

– Совершенно верно. Думаю, теперь ты представляешь, на что способен опытный Целитель. Нет, – сказала она, угадав, о чем я хочу спросить. – Шен так не может. Пока. Я же говорила тебе – его Дар не развит. Это всего лишь случайность. Парню повезло, что он смог совладать с хилссом. Еще больше повезло, что когда Шен пропустил через него свой Дар, и его «искру» не выжгло. Когда Жизнь встречается со Смертью, чаще всего они друг друга убивают. Но магия Шена иная. Переплетясь с магией некроманта, она повела себя непостижимым образом. О таком я никогда не слышала. Чистый обжигающий свет. Скорее, он и сам не думал, что получится. Даже Проклятая ничего не подозревала. Она, конечно же, выставила защиту, и я могу сказать, что ее бы не каждая Ходящая пробила. Но вот от того, что получилось в результате сплетения «искры» Целителя и магии Смерти, защита не спасает. Если честно, я не знаю, есть ли вообще средство от такого заклинания…

– Неужели ни ты, ни эта девка, ни некромант не почувствовали, кто такой наш лекарь?

– Нет. Не почувствовали. «Искру» друг друга может ощутить отнюдь не каждый носитель Дара. А уж если ее умело скрывать… Белому не хватило опыта, чтобы меня поймать. Про Дар Целителя я вообще умолчу. Тепло его «искры» в корне отличается от всего, с чем приходится сталкиваться большинству магов. Почувствовать Целителя можно, только когда он проявил свои способности. И не раньше. Так что ни я, ни Проклятая, ни сдисец не подозревали о талантах дружка Молса до самого последнего мгновения.

– Кстати о… – я поколебался, но затем все же произнес, – о Проклятой. Если ты права, и это была… которая?

– Хм… – Она подтянула колени к подбородку и, обхватив их руками, задумалась.

Я терпеливо ждал.

– Изначально мятежников в Совете Башни было больше двадцати, но только восемь из них пережили Темный мятеж, и именно их называют Проклятыми. Лихорадка и Холера погибли во время Войны Некромантов. Осталось шестеро. Двое из них – мужчины. Остается четверо женщин. По крайней мере, пара из них вполне подходит под известные описания. Так что мы столкнулись или с Корью или с Тифом.

Я поежился. До сих пор не верилось, что мы видели кого-то из тех, кто устроил Темный мятеж и развязал Войну Некромантов.

– Что понадобилось Проклятой в таком месте, как Песья Травка?

– Ответ очевиден, дорогой. Я. А точнее – мой Дар. Конечно, можно думать, что ее привело сюда чистое любопытство или надежда переманить меня на свою сторону, но мне что-то в это не верится. Некоторые из самых сильных магов умеют присоединять чужие «искры» к своему Дару и становиться сильнее.

Я видел, что эта тема ей неприятна, и перестал настаивать. Перевел разговор на другое:

– С чего это Молс прислал к нам Целителя?

– А ты уверен, что он знает, что у Шена Дар?

– Нет, – после недолгого раздумья ответил я. – Но если так, то мне вообще непонятно, что заставило его отправить вместе с гийянами обычного лекаря.

– Что или кто? – Лаэн состроила хитрую рожицу.

– Намекаешь на Йоха?

– Не знаю. Когда, по-твоему, мы выйдем на тракт?

Я прикинул пройденное расстояние:

– Послезавтра, если будем продвигаться в прежнем темпе и ничего не случится.

– Значит, как только окажемся на дороге, они станут слишком опасны для нас. Я не поручусь за Гнуса.

– А я ни за кого из троих. Вчера вечером довелось услышать разговор наших собирателей хвороста.

Я вкратце пересказал разглагольствования Гнуса и Бамута.

– Быть может, попытаемся избавиться от них сегодня же? – предложил я.

– Это будет непросто, – неохотно сказала Лаэн. – Я не уверена, что в открытую справлюсь с кем-нибудь из них. К тому же никто не знает, что выкинет Шен, если мы прижмем его к стенке.

– Но я же не прошу тебя лезть в драку. Пользы от твоего Дара гораздо больше, чем от твоего ножа.

Одну уну она смотрела на меня с удивлением, а затем тяжело вздохнула:

– Я думала, ты понял.

Последовало долгое молчание. Затем она тихо прошептала:

– Я не могу пользоваться Даром.

Мне показалось, что я ослышался.

– Ты… что?

– Я НЕ МОГУ пользоваться Даром! – потеряв выдержку, крикнула она и спрятала лицо в ладонях.

Какое-то время я ошеломленно смотрел, как она беззвучно плачет, затем подошел к ней и обнял:

– Ш-ш-ш… Тихо. Тихо. Все хорошо, – попытался я утешить ее. В какой-то мере это помогло. Плач перешел в тихие всхлипы.

– Не могу… Потеряла его… Не могу… Вот почему не отвечала на твои мысленные призывы. Просто не слышу. Собиралась тебе рассказать сегодня… Уже начала, но ты спросил про Проклятую, и я не решилась продолжать. Я уже начала тебе рассказывать про затухание «искры». Хилсс колдуна выпил меня. А заклятие Проклятой связало оставшуюся магию. «Искра» погасла настолько, что я не способна воззвать к Дару.

– Но ведь вчера ты создала «светлячок» для Шена.

– Это надо было сделать, пускай и из последних сил. В первую очередь для того, чтобы Гнус видел.

– Дар ушел не навсегда?

– Конечно. «Искра» не погасла. Но чтобы восстановиться, требуется некоторое время.

– Как долго?

– Подобного со мной никогда не бывало. Я могу только предполагать. Две недели. Быть может, месяц.

Пришлось закусить губу, чтобы не выругаться. Не думал, что все так плохо. У нас нет в запасе не то что недели, но даже трех дней. Без магической поддержки моего солнца справиться с троицей наших незваных компаньонов будет тяжело.

Из густых зарослей, ярдах в пятнадцати от нас, с возмущенными воплями вылетела пестрая птица. Я тут же оказался на ногах, готовый выстрелить. Лаэн тоже вскочила.

– Что-то ее вспугнуло, – сказала она.

Никаких подозрительных движений и шорохов. Если там кто-то и прятался, то вел себя очень тихо. Так мы простояли несколько минок, напряженно вслушиваясь в звуки леса.

– Бесполезно, – подала голос Лаэн. – Если там кто и был, он уже давно убрался восвояси.

– Или до сих пор прячется, – не согласился я с ней. – Нас могли услышать.

– Не думаю. Достаточно далеко.

– Некоторые обладают прекрасным слухом, – вновь возразил я и вскинул лук.

Танг!

Стрела ушла туда, откуда совсем недавно вылетела птица. Выждав еще минку, я взял в правую руку топорик, в левую – длинный кинжал и пошел на разведку, не очень-то надеясь, что смог кого-то задеть.

Как и предполагал, стрела воткнулась в землю. Я убрал ее обратно в колчан, осмотрел место. Трава вокруг была примята, а одна из веточек малинового куста сломана. Несколько спелых ягод, не удержавшись, упали на землю.