Рейтар - Андрей Круз

Через недолгое время подавальщица вылетела с кухни, топоча по плитам пола и поднимая ветер широкой юбкой, с лязгом поставила кастрюлю на стол и опять сноровисто запалила под ней спиртовку.

– Извольте, владетельный мастер! – польстила она излишним титулом Арио, поклонилась и хотела убежать от греха подальше, но он ее остановил, щелкнув пальцами.

– Ты, дева, хозяина нам позови, хорошо? А сама иди милостью богов, отдыхай, – и посмотрев ей в глаза, уточнил: – Совсем иди, домой, мастер Вайт нас сам обслужит дальше, не развалится. Поняла?

– Как не понять, – часто закивала она. – Сейчас и пойду.

– Вот и иди… – Арио задумался, снова придержав ее жестом, подумал, затем сказал: – Ладно, сегодня в городе спокойно, иди смело, ничего с тобой не случится.

– А мне и недалеко, – с готовностью ответила девка, неуместно при этом поклонившись. – Дойду, владетельный мастер.

– Вот и иди, – вполне искренне и даже обаятельно заулыбался ей Арио. – Мастера Вайта кликни только.

Немного настороженный, но улыбающийся трактирщик подошел к нашему столу в тот момент, как за задастой подавальщицей захлопнулась входная дверь. В зале стало тихо, все прислушивались к разговору.

– Чем служить могу? – спросил, чуть склонившись, Вайт.

– Да ничем уже, пожалуй, – небрежно сказал Арио, оглядывая стол. – Все было замечательно, вкусно и здорово. Рассчитаться хочу с тобой.

– Ну-у… – даже развел руками трактирщик, – какие меж нами могут быть счеты, мастер Арио? Ни гроша медного с вас не возьму, мне только в радость вас потчевать. Всегда рад, всегда!

Звучал голос трактирщика не очень искренне, но он всячески старался скрывать это за радушной улыбкой.

– А с чего ты взял, – медленно заговорил Арио, – что «рассчитаться» – это я тебе платить буду? На сколько мы тут наели-напили… золотых на десять, если с походом? А ты мне сколько золотых должен?

– Простите, мастер Арио? – согнулся в поклоне явно испуганный Вайт. – Не пойму вас, простите, о каком долге речь-то идет?

– Забыл? – с сочувствием спросил Арио. – Это плохо, это старческое слабоумие к тебе подкрадывается, ум твой ясный мутит. Сперва о долгах забудешь, потом имя свое, а потом ближних узнавать перестанешь. И закончишь тем, что вместо помощницы своей на свинью влезешь, так? Прискорбно, прискорбно.

Он побарабанил пальцами по столешнице, явно задумавшись. Из-за соседнего стола встали Тесак с Голодным и тихо подошли к трактирщику сзади, им незамеченные, встали в паре шагов, то ли на всякий случай, то ли ожидая команды «старшего приказчика».

– Не помнишь за собой долгов, значит, – задумчиво сказал Арио, глядя трактирщику в глаза. – Так я не в обиде, забывчивость дело такое, с каждым бывает. Так я напомню, не возражаешь?

Ответа не последовало, но Круглый в нем и не нуждался, похоже. Все тем же спокойным и даже доброжелательным голосом он продолжил:

– Года три назад, примерно, когда я к тебе в гости заглядывал во время ярмарки, сказал ты мне, что завербовал десятника из интендантской роты в форте Речной. Звали десятника… напомни?

– Вилем, – ни жив ни мертв пискнул трактирщик. – Десятник Вилем.

Похоже было, что тут не так все просто. Что трактирщик работал на Арио – это не удивило, что-то подобное я уже заподозрил еще по началу разговора. А вот что дальше будет…

Арио достал из кармана жилета маленькую записную книжку вроде тех, которыми все приказчики пользуются, записывая нужное им, полистал, сказал:

– Верно, Вилем. И этот самый десятник Вилем обязался снабжать мастера Вайта всеми новыми сведениями из форта, тем более, со слов мастера Вайта, встречаться им было легко – интендантский взвод везде ездит, закупает всякое у оптовых торговцев, а в тех же местах и наш друг бывает. Мастер Вайт, я все правильно говорю, ничего не путаю? – уточнил Арио, опустив при этом в кастрюлю с маслом очередной кусочек мяса.

Масло вскипело бурно, трактирщик испуганно дернулся.

– Ну так? – напомнил о себе Круглый.

– Верно все, владетельный мастер, – пробормотал трактирщик. – Все так и было, чистая правда.

– Ага, правда, – оживился допрашивающий. – И брал этот Вилем от нас… – Арио заглянул в свою записную книжку, потом поднял глаза на Вайта, – брал от нас… ну?

– Сто золотых. В месяц, – сипло ответил тот.

– Сто золотых! – поднял указательный палец Арио. – Помесячно. Куда больше, чем его взводный получал на службе, и даже больше, чем получал командир его взводного. Большие деньги. Так?

– Все так, так, – кивал Вайт. – Жадный он, скотина такая, на меньше никак не соглашался.

– Верно, очень жадный, – согласился Арио. – И всего-то ему надо было нам вовремя сообщать, что в форте меняется, какие там подкрепления, какие новшества. Для него – никаких секретов. Так?

– Так, так.

– Заладил… – поморщился Круглый, махнув рукой. – И как так вышло, скажи мне, мастер Вайт, что сей десятник ни единым словом не обмолвился про то, что в цитадели батарею бомбометов установили, а? Как же так?

– Знать того не могу, – жалобно просипел Вайт. – Обманул, в доверие втерся.

– Змею на груди пригрел, да? – вроде бы с сочувствием спросил Арио.

– Именно так, владетельный мастер, – частил трактирщик, – пригрел. Только деньги давал, а он вот как, молчал про важное. А проверить-то и никак, у них там в форте строгости – о-го-го, никак, значит, не проверишь, владетельный мастер.

– Верно, строгости, – согласился Арио. – Скажи мне, мастер Вайт, а как так вышло, что ты забыл нам сообщить о том, что десятника Вилема на кражах интендантского имущества поймали еще два с половиной года назад да на каторгу отправили? Это ты как, запамятовал? – вроде как подсказал он трактирщику.

Цвет лица у того сменился с красного на бледный, руки дрожали, и он, явно уже не очень соображая, вновь закивал:

– Так, так и было, запамятовал, владетельный ма…

– А деньги для него брать не запамятовал? – прошипел Арио, неожиданно ловко, как-то по-змеиному вскочив со стула и оказавшись вдруг рядом с вконец ошалевшим от страха Вайтом. – А когда ты по сто золотых в месяц брал, ничто тебе не напоминало о том, что об этом сказать бы надобно?

Вайт шагнул назад и вдруг обнаружил себя крепко схваченным за руки двумя верными помощниками «господина старшего приказчика», головорезами Тесаком и Голодным. А Круглый шагнул к нему вплотную, вглядываясь в глаза и ухватив за ворот, накручивая его на кулак так, что воротник врезался в толстую красную шею Вайта.

– Деньги ты для него брал, а вот они… – Арио тряхнул трактирщика, заставив его посмотреть в нашу сторону, – они под бомбометы попали, когда уверены были, что их там нет и интендантский десятник Вилем нам обо всем сообщает. И они потеряли людей, – добавил он уже спокойней, размеренно роняя слова. – Они потеряли людей из-за твоей жадности и лживого языка, мастер Вайт.