Ассистент для темного - Анна Рэй

— Видимо, обживаете, — любезно пояснила я и указала на начальника. — Заслуженный некромант Протумбрии вас только что призвал.

— Куда это призвал? Я вроде на умертвие не похож! — возмутился мэр.

— Помните, что с вами произошло? — приглушенно спросил лер Десмонд, прикрывая нос и рот ладонью. Пузыри лопались один за другим, источая отвратительный запах.

— За ужином костью подавился, и жена отправилась за целителем. Тот меня стазисом собирался заморозить, а сам за подмогой хотел метнуться.

— Похоже, сбежал ваш целитель, — сообщила я мэру.

— Ну и ладно. Я хоть отоспался. А какой мне снился сон!

Мужчина мечтательно улыбнулся и зажмурился, а я уточнила:

— Какой?

— Летаргический, — отрезал Десмонд и направился к выходу.

— Жив? — Окошко открылось, инспектор просунул голову в склеп, но тут же поморщился: — Чем у вас тут разит?

— Так вашего мэра оживляли, обработали специальным составом, — нашлась я. — Еще бы чуть-чуть, и разложение бы пошло!

Десмонд хмыкнул, а мэр Власек испуганно вскрикнул. Но, заметив возле стены бутыль и сало, оживился:

— Позвольте угоститься? Со вчерашнего вечера ничего не ел.

— Угощайтесь, — милостиво разрешил Десмонд и передал мэру провиант.

С улицы донеслись радостные вопли, дверь в склеп распахнулась, и в помещение вбежали жена мэра и дочери.

— Кормилец! Поилец! Ожил!

— Так я и не собирался! Это все лекарь Пжижек… — пытался оправдаться мэр, пряча бутыль в гроб и так не успев отхлебнуть живительной влаги.

Вместо этого он обнял рыдающую жену и принялся утешать.

— Значит, преступление все же было, — сделал заключение вошедший следом за семьей инспектор с почему-то подбитым глазом. — Халатность при исполнении. Пусть этот Пжижек здесь только появится!

Пока мэр Власек с инспектором Кржемеликом обсуждали недоучку-целителя, Десмонд потянул меня к выходу:

— Мартин, уходим! Здесь нечем дышать!

Мы наконец-то выбрались на улицу, а склеп окружила толпа горожан.

— Ишь как разит! Видать, разлагаться начал! — выкрикнул кто-то.

— И дым зеленый пошел… — согласился второй.

— Раз зеленый, значит, совсем плохо дело. Если бы не некромант столичный, то потеряли бы мэра…

Мы со столичным некромантом ускорили шаг и бодро продвигались к выходу, когда услышали крик вдовы:

— Держите их!

Выйти за калитку не успели, нас схватили.

— Куда их тащить?! — проревела толпа.

— В дом заносите, — приказал мэр. — Награждать будем!

Нас с Десмондом внесли в дом. В просторной гостиной уже были накрыты столы и расставлены лавки. Когда хозяйки успели, а главное, по какому поводу, можно только догадываться. Черные скатерти волшебным образом сменили на красные, портрет мэра с черной лентой убрали, а на его место повесили портрет семьи. Мэр с супругой чинно уселись во главе стола. Нас с начальником посадили рядом с хозяевами и дочерьми мэра. Позади была стена, впереди — соседи с инспектором. Одним словом, отступать некуда.

Инспектор и мэр торжественно вручили леру Десмонду орден за выдающиеся заслуги перед Тушкой. Нам на шею надели венки почетных тушкинцев. Дочки мэра облобызали нас в знак благодарности, а лира Алмаза, с умилением глядя на дочерей, поинтересовалась, не желаем ли мы здесь навеки поселиться.

— Я не могу, у меня в городе осталась невеста, — сообразил некромант.

Тоже хотела сказать, что у меня есть жених, но, вспомнив, что в образе Мартина, лишь тяжело вздохнула и сосредоточилась на еде. Краснощекая дочка мэра подлила мне в бокал розовый шипучий напиток.

— Не употребляю, — отказалась я.

— Так это ж компотик, — придвинула ко мне бокал девица. — Вы еду запивайте, а то беда может случиться, как с нашим папашей.

Пришлось отхлебнуть. Компот оказался сладким и вкусным, и за разговорами я не заметила, как опустошила третий бокал.

— Мартин! — пытался докричаться до меня Десмонд.

— Да пусть мальчик отдохнет, расслабится, — улыбнулся мэр, загораживая меня от некроманта.

А я и правда расслабилась, страх отпустил, по телу разливалось приятное тепло. Да и дочка мэра оказалась душевной собеседницей: со всем соглашалась, любезно подкладывала мне еду и подливала компот. А еще хвалила. Не то что некоторые начальники.

— Вы такой молодой, но смелый, лер ассистент, — в очередной раз произнесла девица, а женщины вокруг поддакнули.

— Это вы еще не видели, как я с умертвиями боролась… лся! — Вовремя спохватилась, что нахожусь в роли Мартина. И пожалела, что не захватила с собой усики, с ними мой ассистент смотрелся бы эффектнее.

— С настоящими умертвиями? — взвизгнула девица. — Ох, страшно!

— Да чего там страшного, — отмахнулась я. — Пришла… шел я, значит, на кладбище…

— А начальник ваш где был? — поинтересовалась дочка мэра. Кажется, Павлинка.

Или нет? Павлинка — щекастая и грудастая — возле начальника моего сидит. А эта, с лошадиными зубами и поросячьими глазками, — Боянка.

— И лер Десмонд со мной, куда ж он без меня, — подтвердила я.

Услышав за спиной возмущенное сопение, понизила голос:

— Пока лер Десмонд отмахивался от двух умертвий, на меня аж пять набросилось!

Некромант громко фырнул, но я, заметив, что меня с открытым ртом слушает не только Боянка, но и местный инспектор полиции, приободрилась. Попрошу его написать рекомендательное письмо для лера Беде. Может, примут на должность не младшего, а старшего инспектора.

— Целых пять умертвий? — уточнил лер Кржемелик.

— Нет, вру… — замотала головой.

— Так и знал, — вздохнул он.

— Наконец-то, — буркнул позади Десмонд.

— Не пять, а десять! — поправилась я.

Инспектор охнул, некромант протяжно вздохнул, а я, отхлебнув из бокала компоту и промочив горло, продолжила:

— Пришлось применить особые средства. Спеленал их липучкой, в смысле спецоружием устранил. Но это еще что! Вот недавно я упокоил самого мастера Золомона…

— Не врешь? — прищурился инспектор.

— Как есть говорю! Он ка-ак из гроба выскочил, ка-ак на меня набросился, а я его… а он меня…

Не помню, как очутилась на столе, но историю борьбы с черным отступником рассказывала уже для всех. Потом перед глазами поплыло. Как оказалась на коленях у Боянки, ума не приложу. Жена мэра в этот момент крикнула кому-то: «Горько!» — девица чмокнула меня в щеку, а я в знак нерушимой женской дружбы предложила ей желейного паучка. Девушка почему-то с ужасом отмахнулась от подарка, и коробочку с мармеладными жучками и червячками подбросило вверх. Сладости благодатным дождем посыпались на гостей. Странно, но местные не обрадовались угощению. Девицы завизжали, повскакивали с мест и ринулись к выходу. Мужчины достали оружие и принялись отстреливать паучков с воплями: «Нечисть, вон!» Мэр с супругой спрятались под столом, инспектор залез на шкаф и оттуда призывал всех к спокойствию.