Адепт Грязных Искусств - Анна Кондакова

– Пятеро… вроде.

Дарт без лишних слов принялся за работу. Из первой машины вытащил сначала водителя, агента в синей форме, потом – солдата, сидевшего рядом. Я взялся освобождать второй автокэб.

И пока мы возились, Купер не двигался с места.

– Ральф, какого хрена ты стоишь? Помогай! – не выдержал я.

Он сделал несмелый шаг к машинам и замер, мотнув головой.

– Я бы с радостью, Рэй… но меня немного… подстрелили…

Он кашлянул себе в ладонь и пошатнулся.

Я бросил у обочины солдата, которого последним вытащил из автокэба, и поспешил к Куперу. А тот продолжал стоять, ссутулившись и боясь пошевелиться. И только сейчас я заметил, что он прикрывает ладонью живот.

Одного взгляда на рану хватило, чтобы понять, что жить Куперу осталось недолго.

– Извини, – выдавил тот. – Рунные адепты сами себя лечить не способны, только других.

– Чёрт… – Я посмотрел ему в глаза. – Ну крепись, Ральф.

Он навалился на моё плечо, и я помог ему добраться до ближайшего автокэба, кое-как впихнул парня в салон. Он старался не стонать, шумно дышал носом и жмурился, но порой не мог сдержаться и начинал поскуливать, смачно материться или скрипеть зубами от боли.

Я привалил Купера к спинке сиденья.

– Терпи, дружище, – прошептал я в его бледное лицо.

Дарт в это время уже уселся за руль. И тут я вспомнил про чемодан, который швырнул в овраг.

– Жди! – приказал я Дарту и выскочил из салона.

– Ты куда-а-а? – выкрикнул Дарт мне вслед.

Отвечать я не стал. Понёсся прямиком через поляну, насколько хватало скорости.

Мимо нашего догорающего автокэба, по влажной высокой траве, я устремился к оврагу. Добежав до него, остановился, оглядывая мрак заросшего кустарником рва и определяя хотя бы примерно, куда бы мог зашвырнуть чемодан.

Если его найдёт кто-то другой, будет не просто скандал.

Школьная форма Сильвер выдаст адептов кодо, а уже с ними легко свяжут и нападение на солдат. Здесь ведь каждую травинку проверят, когда будут расследовать дело. Убийство военных вряд ли спустят кому-то с рук.

Так что придётся искать этот хренов чемодан, пока всю землю тут не перерою.

Я спрыгнул в ров и принялся обшаривать кусты, но без паники, методично, почти неторопливо. Нашёл я его уже минуты через три, мокрый и измазанный в комьях глины. Прижал к себе и дал волю ногам. Возле гудящего автокэба я был уже через полминуты.

Дарт в это время стоял у обочины с винтовкой в руках и целился в лежащих рядком пятерых солдат.

Я открыл дверь салона, бросил туда чемодан и обернулся на Дарта.

– Ты чего?

– Они скоро очнутся. Их придётся убить, – сказал он мрачно.

Я подошёл к нему, отвёл ствол винтовки вверх.

– Иди, садись за руль, я сам разберусь.

Дарт не двинулся с места.

– Ты сам их убьёшь, да? Думаешь, я не смогу?

– Я сказал, иди в машину, – процедил я, выхватывая у него оружие.

Дарт прищурился, но всё же подчинился.

– Проверю Купера, – бросил он мне и направился к открытому салону автокэба.

Я подождал, пока он скроется с глаз, и склонился над солдатами. Да, их следовало убить, потому что они видели каждого из нас в лицо, к тому же, знали, что мы – адепты кодо. Этого будет достаточно, чтобы начать войну с Ронстадом.

Но стрелять вот так…

Я ещё раз покосился на автокэб – проверил, не следит ли за мной Дарт. Потом присел рядом с солдатами, положил винтовку у ног и всмотрелся в умиротворённое лицо каждого парня, что передо мной лежали.

Сосредоточился, пропуская через их мозги своё кодо и считывая их вспоминания, как делал это с Софи, секретарём Чезаро и Беном Баумом. Воспоминания солдат были практически однотипными. Сидели в засаде они рядом друг с другом, видели одно и то же. Что ж, тогда и Деформацию можно будет влепить им одну и ту же. И никого при допросе не удивит их однотипный рассказ: пятеро бандитов на угнанном автокэбе оказали сопротивление и, перебив часть солдат, скрылись в лесу.

Где-то через минуту я поднялся, взял винтовку и сделал несколько выстрелов в сторону перелеска. Развернулся и быстро залез в салон автокэба, захлопнув за собой дверь.

– Поехали, у нас полтора часа, – сказал я Дарту и уселся на сиденье рядом с задремавшим Купером, чтобы, если понадобится, его придержать.

– Ты убил их? Лежачих? – громко спросил Дарт из кабины.

– Да, – коротко ответил я.

Он помолчал секунд десять и только потом добавил:

– А я бы не смог.

***

Наверняка, на этом автокэбе так ещё никогда не гоняли.

Дарт выжал из него всё, на что несчастный драндулет был способен, и даже больше. Пока мы ехали по ухабам лесной дороги, меня и Купера не хило подкидывало на сиденье, но позже, уже на грунтовке, стало заметно легче.

Купер полусидел-полулежал рядом со мной, и с каждой минутой его лицо становилось всё бледнее, но даже в таком полубессознательном состоянии он пытался шутить.

– Рэй… если я умру… мы всё равно должны отметить… – прохрипел он, еле шевеля бескровными губами.

– У тебя же ящик пива есть, так что отметим, куда денемся, – произнёс я с кривой улыбкой.

Вместо ответа Купер кашлянул, забрызгав кровью мне половину лица.

– Из… извини, брат, – выдохнул он.

Я стёр с лица кровь и оглядел Купера. Его дела были совсем плохи, интуиция подсказывала, что до Лэнсома он доедет уже мертвецом. И у меня оставался только один вариант хоть как-то попытаться его спасти.

– Слушай, Ральф, а руны, которые ты рисуешь… их сложно повторить? Например, самую простую, лечебную. Ну не знаю… которая бы остановила кровотечение, обезболила бы. Такую руну сложно нарисовать?

Купер скривился.

– Тебе поговорить больше не о чём? Лучше давай о погоде…

– Покажи мне, как рисовать такую руну, – более жёстко сказал я. – Это приказ.

– Приказ? – ещё больше скривился Купер. – Пошёл ты, командир хренов… я умираю, мне плевать…

– Давай-давай, Ральф. – Я обхватил его запястье и приподнял руку. – Рисуй, я тебе говорю. Только медленно.

– Вот достал, а… – бросил Купер, но руну всё же начал рисовать.

В воздухе, под его мерцающим пальцем, начали возникать витые синие линии и складываться в рисунок. Я усердно принялся повторять его за Купером.

Но тут у меня возник вопрос.

– А что ты при этом думаешь? Ну… когда рисуешь руну.