Сокровища чистого разума - Вадим Панов

– Приятно познакомиться, – по привычке бросил Удав ничего не значащую фразу.

На чужой территории посланники Клячика старались вести себя вежливо и того же требовали от чужаков в Шпееве, однако сотник Авабр оказался дремучей и скандальной скотиной, совершенно не оценившей лицемерной манерности собеседника.

– Не верю!

– То есть? – растерялся Удав.

– В буквальном смысле, – отрезал сотник. – Не верю, что вам, ребята, приятно со мной знакомиться.

Предводитель «Сектора Правды» оказался хлипким и низеньким субъектом, и было совершенно неясно, как его тоненькие ножки выдерживали груз непомерного апломба. Наверное, от этой тяжести они и скривились, создавая впечатление, что Авабр – потомственный кавалерист.

Сопровождал же чернявого сотника высокий и худой мужчина, отчаянно походящий на ожившую деревянную куклу. Жесты «марионетки» иногда казались забавными, но Удав и Закорючка повидали на своем веку достаточно бойцов, чтобы оценить исходящую от длинного опасность.

– Вы, ребята, приехали в Триберди не для того, чтобы комплиментами сыпать.

– Предлагаешь сразу перейти к делам? – осведомился Удав, без восторга изучая слегка пережаренное мясо.

– Естественно, предлагаю, столичные мальчики. Моё время дорого.

– Больше нас так не называй, – серьёзно попросил Закорючка. – То есть «столичный» ещё туда-сюда, но мальчиком я перестал быть давным-давно.

– А вы докажите, что это не так, – прищурился Авабр.

Он не нарывался на скандал, он сам по себе был ходячим скандалом и вести себя иначе попросту не умел. Бандитам доводилось общаться с подобными типами, и только поэтому им удалось сохранить хладнокровие.

– Так получилось, что наш босс, господин Клячик, разыскивает одного человека… – О причине поиска шпеевцы решили умолчать, не желали веселить неудачами великого Уру мелкого головореза с окраины Менсалы. – И ещё так получилось, что рожу этого человека ты расклеиваешь на всех столбах Триберди.

– Я не расклеиваю, а ищу, – недовольно поправил бандита Авабр. Чувствовалось, что бордельное побоище сильно его задело. – Я поставил на уши всех осведомителей и объявил награду.

– Да-да, мы знаем.

– Слышу иронию в голосе. – Сотник зло прищурился.

– Это не ирония, а сожаление, что у вас до сих пор ничего не вышло, – округлил глаза Удав. – Но мы, так уж получилось, можем помочь.

Бандиты предполагали, что чернявый сразу же ухватится за предложение, но ошиблись.

– Почему вы всё время повторяете эту присказку? – поинтересовался Авабр, почёсывая грудь.

– У нас, столичных мальчиков, так принято.

– Твоему другу это обращение не понравилось.

– В отличие от него, я плевал на обращение, мне нужен результат.

А вот это заявление произвело на сотника куда большее впечатление, чем скрытая угроза от Закорючки.

– Какого результата ты ждёшь от нашей встречи?

– Ты ищешь троих, мы – одного, – объяснил Удав. – Ты не знаешь, где они, а мы знаем, но у нас нет сил, чтобы решить проблему. Предлагаю договориться к полному взаимному удовольствию.

– Мне двоих – вам одного?

– Да.

– Что вы сделаете со своей долей?

– Ловкачу будет очень плохо, – пообещал Закорючка.

И его веский ответ стал для Авабра последней каплей:

– По рукам! Где они прячутся?

– В Паровой Помойке.

– Дерьмо. – Это было первое и последнее слово, которое марионетка произнёс за все переговоры.

А у чернявого сотника просто вытянулось лицо.

– Вы в курсе трибердийских реалий? – кисло осведомился он, меланхолично потыкав вилкой в свиную отбивную.

– Мы знаем, что Эзра Кедо – любимчик губернатора, – подтвердил Удав. – Если ты об этом.

– Не просто любимчик, – вздохнул Авабр. – Ходят слухи, что Эзра учил маленького губернатора математике, а теперь учит следующего маленького губернатора. И если мы что-нибудь сделаем старику, то нам животы распилят и заставят сожрать собственные кишки.

– Я знаю фокусы поинтереснее.

– Может быть, и знаешь, но с тобой сделают именно это.

Потенциальными деловыми партнёрами на глазах овладевало глухое уныние, и поэтому бандиты поспешили выложить заготовленные аргументы.

– У нас есть план, – брякнул Удав.

– Догадываюсь какой: вы тут нагадите и сбежите в Шпеев, а я останусь разгребать дерьмо.

– Абсолютно другой, – шевельнул пальцами бандит. – Тебе понравится.

– Я весь внимание. – Однако энтузиазма в голосе сотника не прибавилось.

Он очень хотел расплатиться за унижение, но при этом – остаться в живых.

– Ты забыл, на кого мы работаем, Авабр, ты забыл, что Уру Клячик – это почти половина поступающего на Менсалу оружия. – На самом деле меньше, но Закорючка умел говорить веско, и сотник «проглотил» информацию. – Господин Клячик ведёт серьёзные дела с губернатором, и Эзра об этом знает. Поэтому мы просто заявимся на Паровую Помойку, обрисуем ситуацию, попросим выдать обидчиков, услышим в ответ, что эти трое уехали, поблагодарим старика и уйдём.

– А я со своими парнями затаюсь в засаде. – Губы Авабра растянулись в ухмылке. Он понял.

– Именно, – с оптимизмом подтвердил Закорючка. – Эзра поймёт, что следующим шагом господин Клячик лично обратится к губернатору, и у старика останется только один выход…

– Он попросит троицу покинуть Помойку.

– Прямо в твои лапы.

* * *

В далёком детстве, когда семья Нульчиков некоторое время проживала в Бей-Гатаре, из окон их квартиры можно было разглядеть верхушки причальных мачт. Сферопорт располагался далеко, на самом горизонте, в плохую погоду он вообще скрывался из виду, но когда светило солнце, а морской ветер разгонял облака, Сада, случалось, подолгу разглядывала швартующиеся и уходящие цеппели. Особенно – уходящие. Маленькая девочка ещё мало знала о мирах Герметикона, даже самые близкие к Галане были для неё загадкой, а потому придумывала исчезающим кораблям пункты назначения, сводила их со страшными пиратами и кровожадными дикарями, отправляла в бой со злобными адигенами и на благородный поиск несметных сокровищ. Капитаны цеппелей – загорелые, бородатые, добрые и отважные – открывали новые миры и наказывали злодеев, осмеливающихся бросить вызов великой Галане.

Уходящие цеппели несли на себе печать самого Приключения.

Сада выросла, побывала на многих планетах, стала чуть иначе относиться к миру и людям, но до сих пор при виде уходящего цеппеля чувствовала лёгкий, мимолётный запах Приключения, напоминающий о маленькой девочке у большого окна.