Лед и Гром - Алекс Кош

— А вот боги Арктании дают своим последователям конкретные преимущества, а главное, отлично знают, как именно возник их мир, и кому за это следует быть благодарными. — Эйделон похлопал меня по плечу. — Да, он создан вами. Но как только в него вступил первый, как вы их называете, игрок, Арктания начала становиться самостоятельной. Чем больше к игре подключалось игроков, тем дальше развитие мира уходило от того, что изначально планировалось разработчиками. Я думаю, это стало результатом того, что каждый из вас оставлял в Арктании частицу своей души.

Я озадаченно смотрел на бывшего демона.

— Откуда ты всё это знаешь?

— То, что один из богов Арктании выдал квест на моё убийство, вовсе не значит, что у меня нет контактов с другими представителями пантеона. К тому же, я всё-таки и сам бог, и мне по умолчанию доступны многие знания.

— Значит, каждый, кто хоть раз подключился к Арктании, оставил там частицу души? — уточнил я.

— Именно, — подтвердил Бог Мёртвых. — Но не переживай, душа — это не торт, отрезав от которого кусочек, ты нарушишь его целостность, там всё устроено несколько сложнее. Я бы сказал, что это тот случай, когда ты делишься и делаешь лучше себе самому. — Увидев скепсис на моём лице, он махнул рукой. — Ой, всё. Это сложно. Главное, что в Арктании растворена частица души каждого игрока. И, если повезёт, то можно её найти и объединить с копией личности, которая воссоздаётся при определённых условиях.

— И что мне для этого нужно сделать⁈

Эйделон задумчиво потер один из своих рогов, видимо, для него это был аналог нашего «почесать затылок». Хотя, судя по тому, что они стали меньше с нашей прошлой встречи, скоро ему от этой привычки придётся избавляться.

— Для начала ответь мне на один очень важный вопрос — какого уровня был персонаж твоего друга?

— Когда я его встречал последний раз, то сто третьего, — немного подумав, ответил я.

— Тогда ему повезло, — кивнул Эйделон. — Ты знаешь, что в Катаре периодически проходит эвент «Мертвые Бессмертные»? Над городом пролетают гробы, внутри которых спят мёртвым сном легендарные герои.

— Видел их, — подтвердил я. — Даже близко познакомился с одним из обитателей гробов.

— Это мёртвые легенды Арктании. Мёртвые не потому, что погибли, а потому что никогда и не жили. Всё-таки история мира началась с запуском серверов, а в легендах упоминалось множество сильных личностей, ушедших в страну мёртвых. И вот самые легендарные из них закрыты в этих гробах, чтобы в будущем оставалась возможность призвать их или воскресить при соблюдении определённых условий. Изначально разработчиками планировалось укладывать в подобные летающие гробы ещё и выдающихся игроков, набравших сотый уровень в игре, и погибших в реальности. От этой идеи позже отказались, поскольку использование образов людей признали неэтичным, но мир Арктании решил иначе и поэтому теперь в некоторых гробах всё-таки будут погибшие игроки.

— Да откуда ты всё это знаешь⁈ — не выдержал я.

— Как бы тебе объяснить, — всерьёз задумался Бог Мёртвых. — Вот у вас в философии есть понятие инфосферы человеческого общества, как некой абстракции. А в Арктании инфосфера — это вполне реальное поле информации, к которой имеют доступ все боги, там-то и хранятся знания об устройстве мира, правилах, эвентах и многом другом.

Так стало немного понятнее, хотя, откуда ему известны принципы нашей философии? Такого в Арктании точно нет. Ответы бывшего демона порождают только новые вопросы.

— Ладно, сделаем вид, что я всё понял, — вздохнул я. — Значит, в одном из гробов теперь спрятан персонаж Артёма?

— Его копия, — подтвердил Эйделон. — Без той самой души, о которой мы только что говорили. Нечто похожее создаёт моё проклятие в случае смерти игрока — оболочка со всеми навыками, поверхностными воспоминаниями и простейшими рефлексами оригинала.

— И мне нужно её как-то найти? — логично предположил я.

— Найти, победить и затем вернуть в неё душу…

Сказать, что я был воодушевлён — это ничего не сказать. Вот это уже похоже на план!

— Отлично! Как мне из всех гробов вычислить тот, в котором лежит мой друг? И где взять его душу?

— Душа придёт сама, если ты приложишь к его руке один небольшой артефакт. Он создаст что-то вроде татуировки возрождения, как у обычных жителей Арктании, и превратит твоего друга в моего эмиссара.

— И как я получу этот артефакт?

— Это не проблема, я распоряжусь, и тебе его доставят сразу, как ты появишься в Катаре.

— Вот так просто? — удивился я. — У тебя даже сейчас есть какая-то связь с Арктанией?

— Я же всё-таки Бог Мёртвых, конечно, я могу передавать свою волю мёртвым через свои храмы. Метку ты получишь в игре от одного из моих созданий, это не проблема. И вот тут мы подходим к самому интересному вопросу — насколько сильно ты любишь своего друга?

Я подозрительно посмотрел на бога.

— Прям люблю?

Честно говоря, не припомню, чтобы мужчинам вообще было свойственно применять это слово относительно друзей. Девушки — да, они могут признаваться подругам в любви постоянно, но вот чтобы один мужчина сказал другому без сарказма — «чувак, я люблю тебя», это довольно редкий случай, во всяком случае, в моём окружении.

— Только любящий человек сможет найти погибшего в одном из гробов, это было заложено в событие Мёртвых Бессмертных изначально. Нет никаких артефактов, заклинаний или иных способов. Ну, и, помимо этого, нужно разбить гроб, победить мёртвого игрока, наложить метку и применить Большую Эссенцию Крови, только она может сделать Мёртвого Бессмертного живым. — Он задумчиво посмотрел на меня. — Ах да, ещё обязательное условие — эссенцию должен создать игрок, получивший проклятье одного из богов Арктании.

Так вот зачем Айсхёрт Бладштейн понадобилась моя эссенция! Она хочет воскреснуть! Хотя, это и так было логично. И значит, воскрешение Артёма тоже вынудит меня потерять двадцать уровней? Хотя, о чём я? Плевать! Двадцать уровней — это такая мелочь на фоне возрождения к жизни человека.

— А при чём тут проклятье? — всё же решил уточнить я. Айсхёрт тоже упоминала его, и было совершенно непонятно, почему нужна кровь именно проклятого богом игрока.

— Такое вот условие. Я так понимаю, это было придумано как один из способов избавления от божественного проклятия. При создании Большой Эссенции Крови проклятие