Злые улицы - Наиль Эдуардович Выборнов

Все было просто: Генри командовал, я рулил. Он пояснил, что сначала мы поедем на подпольную арену, потому что там все должно было оказаться проще. Квартал, где находился боксерский зал, оказался злачным местечком, едва ли не хуже того, где я недавно снимал квартиру. Крысы перебегали нам дорогу минимум четырежды, за одной из них даже гналась кошка, я бы остановился и посмотрел за симуляцией жизни от разработчиков, на деле отвлекаться было нельзя.

То тут, то там слонялись пьяницы, а в окрестных домах были заколочены окна. Я припарковал машину у фонарного столба, на котором были видны следы недавней аварии, заглушил мотор.

— Клуб у них в подвале этого дома, — указал Генри. — Надо пройти через арку, и там будет вывеска. Место для своих, плюс бои по ночам, сейчас там много народу быть не должно, так что есть шансы провернуть все без особого риска. И да, не вздумайте стрелять в Эрла, этот ирландский ублюдок нужен нам живым.

— Без проблем, — ответил я, освободился от ремня безопасности, и открыл дверь машины. Повернулся к Генри, усмехнулся и добавил. — Все будет сделано чисто, босс.

— Вот и хорошо, — покивал солдат мафии, и тоже выбрался из салона машины.

Я пошел первым, парни двигались вслед за мной. Никакого плана у меня, разумеется, не было, зато в голове играла музыка, сознанием овладело какое-то мрачное вдохновение, и появилось понимание того, что мы точно сможем сделать все красиво. А в крайнем случае, обосремся, но с шиком, не изменяя себе.

Под вывеской у входа в подпольный бойцовский клуб отирался какой-то парень, одетый в рабочую куртку, кепку, но по-настоящему выделяющейся деталью в его облике была густая и длинная борода, длиной почти в ладонь. В Питере таким года с семнадцатого никого удивить нельзя, но для Лос-Анджелеса пятидесятых, где почти все ходят гладко выбритыми, это было нетипично. Не знаю, игрок это был или НПС, но он отреагировал на наше появление мгновенно: сунул руку в карман, очевидно, нащупав рукоять пистолета, и сделал шаг вперед.

— Эй ты, дружок-пирожок! — крикнул он мне. — Ты, кажется, районом ошибся. Шавки Гвидичи рулят двумя кварталами западнее, так что нечего тебе тут делать.

— Пошел ты, — спокойно ответил я, выхватил из кобуры пистолет, взвел большим пальцем курок и всадил бородатому ублюдку пулю в башку.

Умение “Быстрое выхватывание”, которое стало доступным после вчерашней перестрелки, работало. В нашем деле оно могло оказаться реально полезным: подарить пару лишних секунд и дать возможность воспользоваться фактором неожиданности и спустить курок первым. А ведь в перестрелках на коротких дистанциях исход часто зависит от того, кто раньше выстрелил. Как сейчас, например.

Чтобы убедиться в своей правоте, я наклонился над трупом, щедро заливающим кровью из дыры в башке покрытый трещинами асфальт, вытащил из кармана куртки парня показавшийся игрушечным Colt Detective Special, и усмехнулся.

— Пошли, — приказал Генри, показав на дверь клуба.

Джо размахнулся и врезал по двери в области замка. Хлипкая створка не выдержала напора моего друга и распахнулась, через пару секунд я оказался в помещении, остро пахнущем кровью и потом.

На сколоченной из досок платформе лежали маты. Импровизированный ринг был огорожен канатами, видимо, чтобы никто из зрителей разгоряченных алкоголем, который продавали в баре здесь же, не полез в драку. Какой-то молодой черномазый парень, одетый в обноски, тер мат щеткой, видимо, пытаясь отмыть въевшуюся в ткань кровь.

Дверь в дальнем углу открылась, и в зал вошел рыжий мужчина в неплохом костюме. В руках он держал бейсбольную биту и, очевидно, собирался ей воспользоваться, но, похоже, пятеро вооруженных итальянцев стали для него сюрпризом.

— Вы кто такие?!? — спросил он, пытаясь не потерять лицо, но наткнулся взглядом на Генри и тут же как-то сник.

Понял, что по его душу пришли люди Гвидичи. Нас — рядовых соучастников — он, может быть, и не знал, а вот о том, кто такой Генри Бруни, должен быть в курсе. Я кивнул негритенку, который поднял голову, и тот продолжил заниматься своим делом. Понял, что наши разборки его коснуться не должны.

— Я думаю, ты уже понял, зачем мы здесь, Эрл, — проговорил солдат мафии.

— Генри, ты хорошо меня знаешь. Я не могу быть членом семьи, так что, давай я позвоню человеку, который приедет и решит все вопросы, — ответил ирландец.

— Неа, — помотал головой Бруни. — На этот раз тебе придется решать самому. Ты либо начнешь работать на нас, и тогда останешься управлять этим самым залом, либо мы убьем тебя.

— А если я соглашусь, то меня убьют люди мистера Тотти, — нахмурился Эрл. — Я предлагаю другой вариант — давай ты сейчас развернешься и я сделаю вид, будто ничего не было. И никто не пострадает.

— Не в твоем положении диктовать условия, — усмехнулся солдат мафии. — Нас пятеро, ты один. Или хочешь прокатиться в багажнике до побережья? Пойти на корм рыбам?

— Ты меня не пугай, я уже пуганый, — мрачно ответил ирландец.

Переговоры явно зашли в тупик. Эрл все так же стоял в дверном проеме, и не собирался уходить. Я сделал несколько шагов в его сторону, пригляделся, и увидел, что ирландец заслонял собой спуск на следующий уровень подвала.

Я вскинул пистолет и дважды выстрелил в ногу Эрла. Он громко завопил, нога подогнулась, и мужик свалился на пол, выронив биту.

— Томми, что тебе было непонятно в моих словах, что его нельзя трогать? — на удивление спокойным голосом спросил Генри.

Вместо ответа я подошел к матерящемуся сковзь зубы ирландцу, пнул в сторону спортивный снаряд, которым он так и не успел воспользоваться. Убрал пистолет в кобуру, вытащил из кармана кастет, наклонился, и изо всех сил врезал по морде Эрлу. Из рассеченных губ брызнула кровь, но своего я добился — ублюдок вырубился с глухим звуком ударившись головой о пол.

— Томми? — вновь попытался привлечь мое внимание солдат мафии.

— С ним все будет в порядке, мистер Бруни, — ответил я. — Максимум — будет хромать, зато сразу станет гораздо сговорчивее.

— Уверен?

— Мне гораздо интереснее, что за этой дверью, — я показал на лестницу. — Мне кажется, здесь находится не только боксерский клуб…

Генри уже сам заинтересовался, подошел ко мне и посмотрел вниз. Разглядеть куда вела лестница, было невозможно, видно было только один пролет. Я прислушался, пытаясь различить хотя бы звук, но в подвале стояла полная тишина. Кто бы там ни был,