Тень - Дейв Дункан

Герцог протолкался вперед; слуги притащили Укэрреса.

— Выходи! — прошептал Найномэр; кричать он не смел. — Ты не в своем уме.

— Лучше мне остаться здесь, вице-вице-маршал, — ответил Принц Тень. — Спасибо… — Стройная фигурка в коричневом летном костюме четко выделялась на фоне темного неба; точно сияние окружало его.

— Очевидно, ты побывал в Аллэбане, — спокойно констатировал Укэррес. Старика внесли в гнездо на руках, поэтому он, единственный из присутствующих, дышал вполне ровно.

— Очевидно, — согласился Сэлд. — Насколько я понял, властитель, король Оролрон умер.

Герцог кивнул. Шаги наконец стихли. Жители замка сгрудились за спиной своего хозяина, но тишина стояла мертвая, точно все языки проглотили.

— Король Тень убил его.

— Сомнительная история. Следовало бы расследовать ее более тщательно, — заявил Принц Тень. — Бог да хранит короля Виндакса!

Тишина.

— Мне сказали, ты привез послание от… Виндакса, — сказал герцог.

Сэлд кивком головы указал на группку слуг:

— Оно у Тью Рорина.

Грум бочком пробрался к герцогу, казалось, отвести глаза от Тени — выше его сил. В руке паренек держал свиток, герцог вырвал его.

— Обсудим это с глазу на глаз. Спустись ко мне в кабинет. Безопасность я гарантирую.

Сэлд сердито помотал головой:

— Я не верю больше в ваше гостеприимство, властитель. Я останусь тут. Пожалуйста, прочтите этот документ вслух, он касается также вице-вице-маршала, да и всех остальных. Если хотите, могу процитировать по памяти.

Герцог колебался.

— Прекрасно. — Он повысил голос: — Я прочту, но, ставлю всех в известность, только прочту, не высказывая своего мнения. Вполне возможно, это подлог, фальшивка. Итак:

«Виндакс, наследный принц Ранторры, своему родичу, герцогу Фонскому… ну и так далее, а также всем, кого это касается. Обычные приветствия.

Извещаю всех, что я жив и нахожусь в надежных руках, хотя серьезно пострадал…» — Герцог осекся.

— Читайте, властитель, — настаивал Принц Тень, — все равно я расскажу, что там написано.

Герцог коротко глянул на него и продолжал:

— «…на мою жизнь было совершено покушение, и имя злоумышленника вам известно. Прошу незамедлительно переправить это письмо моим высокочтимым царственным родителям, дабы поскорее утешить их скорбь; прошу также проследить, чтобы предполагаемый убийца предстал перед судом. Я же останусь в Аллэбане до тех пор, пока не окрепну достаточно для продолжительного путешествия. Но возможно, потребуется не одна сотня дней. Власти Аллэбана заверили, что на меня не будет оказано ни малейшего давления с целью заставить признать статус этого мятежного государства и умалить притязания моих батюшки и матушки и в конечном счете мои собственные, как наследника престола. Запечатано собственной моей рукой, в Аллэбане, в день 9253-й правления Оролрона XX. Принц Виндакс».

— Бог да хранит короля Виндакса! — во второй раз воскликнул Принц Тень, и вновь молчание было ему ответом.

— Это ничего не доказывает! — огрызнулся герцог и скомкал бумагу.

— Взгляните, печать принца Виндакса, — возразил Сэлд. — По крайней мере налицо доказательство, что я нашел его — или хотя бы тело. Верно?

Найномэр взял из рук герцога смятое письмо, расправил его.

— Действительно, печать Виндакса, — подытожил он.

— Мне поручено доставить выбранного вами человека в Аллэбан для встречи с принцем, отныне королем Ранторры, — сказал Принц Тень. — Через четыре дня свидетеля доставят обратно целым и невредимым, и он подтвердит, что Виндакс жив, хотя в настоящий момент тяжко болен.

— Как вы намереваетесь перелететь через Орлиную Вышку, над ней же кружат стаи диких орлов? — спросил Найномэр.

— Я прибыл этим путем. Никаких затруднений не предвидится. Вы согласны, властитель?

— Все тот разбойник, Карэмэн! — вдруг взорвался Вонимор. — Я говорил еще вам в Счагэрне…

— Молчать! — рявкнул герцог.

— Я все знаю о Счагэрне, властитель, — слегка усмехнулся Принц Тень. Лишь сейчас его суровое лицо чуть смягчилось. — Странно, когда давно позабытые вещи приобретают вдруг такое значение, не правда ли?

Он по-прежнему спокойно стоял на стене, озаренной солнцем, и по-прежнему зрители смотрели на него, не смея вздохнуть. Почему орлица медлит, почему не нападает на него?

Найномэр шагнул вперед:

— Королем объявлен Джэркадон. Он издал указ…

— Молчать! — опять заревел герцог.

— При всем уважении к вам, ваша светлость, — твердо возразил Найномэр. «Интересно, с чего бы я так расхрабрился, — мелькнуло у него в голове. — Или это винные пары еще не выветрились?» — …при всем уважении к вам… Дело это слишком важное и касается всех. Итак, хорошо… В общем, я получил распоряжение, Виндакс отныне не считается наследным принцем…

— И вообще принцем, если не ошибаюсь, — перебил Сэлд.

Зрители взволнованно зашевелились, зашептались.

— Я также получил приказ доставить указанное лицо на Рамо, в столицу.

— Что ж, попытайтесь, — с вызовом бросил Принц Тень.

— А также там, внизу, у меня есть указ о производстве лейтенанта Сэлда Харла в чин командующего полетом.

Сэлд вспыхнул:

— Убирайся на Рамо и засунь этот указ королю в задницу!

— Тень, — спокойно заговорил герцог, — это еще не все. Король Оролрон заключил твоих родителей в тюрьму. Король Джэркадон освободил их.

Сэлд зажмурил глаза и на несколько секунд точно окаменел.

— Причиной этому вы, властитель?

— Не знаю.

— Зато знаете, как можно относиться к тирану, который держит заложниками членов вашей семьи, — с горечью вздохнул Сэлд. — Я еще не совсем рехнулся и не подумаю верить Джэркадону. Я знавал его еще мальчишкой, тогда он был маленьким негодяем, теперь же превратился в большого подонка. Сами знаете, как отзывался о нем собственный отец.

Найномэр онемел. Государственная измена, оскорбление величества!

— Укэррес! — прорычал герцог. — Ты показал ему письмо?

— Показал, — ответил за старика Принц Тень. — Нечего сказать, хитер был король Оролрон, умел взяться за дело.

И тут Ледяная Молния опять повернула голову; зрители ахнули, но ничего не случилось. Остальные птицы оставались до странности спокойными.

Герцог стал рядом с Найномэром:

— Тень, тут не до личных обид. Ты сказал, что знаешь о Счагэрне. Полагаю, другим ничего об этом не известно. Меня тоже вызывали во дворец, и я намерен раскрыть его величеству все эти тайны. Может, ты дашь мне сотню дней, чтобы съездить на Рамо и обратно, и согласишься оставить все как есть до моего возвращения?