Снежная леди - Надежда Соколова

— Переоденься, милый мой,

И ужинать пожалуй!

Роберт Бернс. «Мой парень»

— Где? — изумленно переспросила я.

— Дома. Ты же не думала, что я постоянно живу в гостинице?

Я вообще ни о чем таком не думала и меньше всего хотела появляться в доме у Париса. А ведь у него есть родители. Как минимум. Это что, он привел меня порталом, чтобы познакомить со своей семьей?!

Я пожалела, что чувствительность ко мне вернулась. Можно было бы лежать в постели, успешно изображать бревно и глупо улыбаться. Красота.

Как бы не так, даст мне Парис изображать бревно. Заставил подниматься, с довольной ухмылкой сообщил:

— В моем мире сейчас обед. Семья вся в сборе в гостиной.

Намек был более чем понятен. Я с сомнением оглядела свое совсем не нарядное платье, представила себе, что творится у меня на голове, и уточнила:

— Ты уверен, что они ожидают увидеть пугало?

Парис расхохотался, схватил меня за руки, поднял с кровати и потащил вон из комнаты. Я и не сопротивлялась. Пугать народ-так сразу, без предупреждения. Чтобы до сердечного приступа довести.

Спальня, в которую нас перенесло, находилась на втором этаже каменного дома. Чтобы дойти до обеденного зала, нужно было спуститься по деревянной лестнице, сравнительно шаткой, на мой взгляд.

 Обеденный зал находился в самом конце просторного холла и представлял собой небольшую комнату с прямоугольным столом, за которым сидели пятеро: мужчина с женщиной, две девочки-подростки и парень лет пятнадцати.

— Добрый день, — улыбаясь во все свои клыки, Парис широко распахнул двери, зашел сам и затащил внутрь меня. — Приятного аппетита. Позвольте представить вам мою жену Виту.

Гробовое молчание послужило ему ответом. У женщины выпала из руки ложка и зазвенела на каменном полу. Остальные застыли статуями самим себе. Отличная реакция. Спасибо, милый. Я тебе обязательно припомню эту сцену, когда вернемся в гостиницу.

— Вы что, не рады? — и снова улыбка, радостная, как у ребенка, получившего вместо карамельки большую шоколадку. — А я первым делом привел Виту сюда, познакомиться с вами.

Ну да. Правда, женаты мы почти неделю, если не больше. Но это же мелочи, дорогие родственники.

— Какая жена? — подал голос парень. — А Залина, твоя невеста?

— Невеста? — в моем голосе послышалось четкое предупреждение: убью, родной, вот окажемся наедине, и буду по частям расчленять. — Милый, у тебя есть невеста? И ты молчал?

— Ну что ты, любимая, — этот… гад… не проникся вызванными во мне эмоциями. — Мой брат ошибся. Никакой невесты. Так, подружка детства. — И уже сидевшим во главе стола мужчине и женщине. — Мама, папа, так мы присоединимся к вам? Или вы против?

Женщина медленно кивнула, не сводя с меня внимательного, изучающего взгляда, потянулась к медному колокольчику, стоявшему на углу стола, позвонила. Вбежавшей служанке был отдан приказ. И уже через минуту мы с Парисом сидели возле его родителей, и перед нами стояли глубокие тарелки с супом, по виду больше напоминавшим крестьянскую похлебку.

Голодная, я с удовольствием опустила в пищевод целых три ложки. Потом наше с похлебкой общение бесцеремонно прервали.

— Добро пожаловать, Вита, — натянуто улыбнулась мать Париса. — Извините, мы… не ожидали вашего с Парисом появления здесь.

Понимаю. Я тоже не ожидала. Совсем.

— Вы вместе работаете? — между тем начала допрос моя теперь уже свекровь.

— Вита — хозяйка гостиницы, — вмешался Парис, не позволяя мне и рта раскрыть.

На лицах родителей и брата что-то мелькнуло. То ли недоверие, то ли обреченность. Не знала бы я истории любовных дел Париса, как минимум удивилась бы. А так… Всего лишь мысленно поставила еще одну галочку в графе: «За что я буду убивать своего мужа».

— Хозяйка? Той самой гостиницы «Снежная Леди»? — уточнил свекор.

Я кивнула. Теперь, по закону жанра, должен был последовать вопрос о моих родителях. Я каждой клеточкой ощущала его, нетерпеливо ждала, но родители Париса оказались воспитанней, чем я думала.

— Наверное, тяжело занимать руководящую должность, — очередная искусственная улыбка свекрови. — Вы так молоды для этого.

Это что, теперь пытаются мой возраст выяснить таким нехитрым способом? Парис молчал, поэтому ответила я:

— Да, поначалу действительно было тяжело, с непривычки. Но теперь, хочется верить, я справляюсь.

Вот так. И ни слова про возраст.