Маг, связанный клятвой - Кристофер Сташеф

— Что это значит, Маг?

Мэт взглянул на Нарлха:

— Я почти начинаю понимать все это.

— Но ты еще не совсем врубился?

Мэт помотал головой.

— Ну что, пойдем, лорд Мэтью? — К нему подошли Фадекорт и Иверна.

— Пойдем в лес или прочь от него? — спросил Мэт.

— А разве призрак не дал нам понять, что мы должны идти в лес? — спросила девушка, нервно поглядывая на шелестевшую листву.

— Я и этого не смог понять, — покачал головой Мэт. — Его поднятая рука могла означать, что нам следует остановиться, потому что он хочет поговорить с нами, а может, он хотел сказать, что мы должны повернуть и не входить в лес.

— Но он же напугал тогда Иверну и заставил ее бегать от него весь день. — Фадекорт стиснул зубы и глянул на лес. — И что же, мы теперь должны позволить ему помешать нам? Я говорю: нет! — С этими словами Фадекорт сделал шаг в сторону леса. — Да пусть этот лес сделает самое плохое, на что он способен!

Мэт протянул руку и удержал Фадекорта за плечо:

— Подожди, друг. Самое худшее может оказаться таким страшным, что нам и во сне не снилось. Ты обратил внимание на желтые глаза, вспыхивающие в листве повсюду? Они так и горят злым огнем. И мне совсем не нравится, как вон то дерево уставилось на меня.

— Глупости, лорд Мэтью. Дерево не может... — Тут Фадекорт посмотрел на дуб, на который ему указывал Мэт. Некоторое время он молча рассматривал его, а потом сказал: — Теперь я понимаю, что ты имел в виду. Он действительно смотрит на нас, да?

— Бесспорно, — заверил его Мэт. — И у него, совершенно очевидно, не самые благие намерения.

— А как нам может навредить дерево? — спросила Иверна.

Перед Мэтом пронеслись видения деревьев, валившихся на дома, корявых веток, хватавших кого-то за горло.

— Не забывайте, что это волшебный лес, лес, сотворенный злым колдовством, замешенным на злобе. Такие деревья могут сотворить все, что угодно!

По-видимому, у Иверны было богатое воображение, судя по тому, как она задрожала.

— Вот об этом-то я как раз и подумал. — Мэт повернулся направо. — Давайте-ка посмотрим, не сможем ли мы обойти этот лес справа?

Все утро они видели одно и тоже: слева стена леса, справа — горы. Когда прошло около получаса с момента, как они тронулись в путь, Мэт обратился к Иверне:

— Вы очень благородная девушка и... прочее-прочее, но, похоже, нам предстоит долгий путь. Не лучше ли будет, если вы поедете верхом на Нарлхе?

— Нет, мне очень нравится шагать! — запротестовала Иверна.

— До сих пор, может быть, и нравилось, но я не хочу дожидаться того момента, когда вы скиснете. Даже верхом ехать и то утомительно.

— Да, но бедный зверь...

— О, да вы почти ничего не весите, — ухмыльнулся Нарлх, — это все равно что везти легонькое перышко на спине, а вы сами видите, у меня перьев и у самого предостаточно.

— Но это несправедливо: я буду ехать верхом, а вы будете идти пешком.

— У каждого свои привилегии: вам — скакать верхом, а мужчинам — шагать пешком. Давайте-давайте, миледи, мы уже отшагали немало длинных миль, и еще несколько не составят для нас никакого труда. А вы к таким упражнениям не привыкли, да и туфельки у вас для этого дела не самые подходящие.

— Нет смысла дожидаться, пока ваши туфли развалятся окончательно, — согласился с ним Мэт.

— Конечно, на мне нет сапог, — согласилась Иверна. Им пришлось потратить еще немного времени, чтобы уговорить девушку ехать верхом.

И слава Богу, что она согласилась, потому что их пеший поход все продолжался и продолжался. Наконец к середине дня они решили остановиться. Иверна с трудом слезла с дракогрифа. Сам дракогриф выглядел не намного бодрее: чешуя не блестит, в глазах печаль. Фадекорт старался казаться бодрым, но это явно давалось ему с трудом. Что касается Мэта, так он просто исходил негодованием:

— Будь оно проклято! Да когда же наконец этот лес кончится?

— Все в конце концов кончается, лорд Мэтью, — со вздохом сказал Фадекорт. — И этот лес кончится тоже.

— Меня волнует, сможем мы его пройти или нет. — Мэт посмотрел на угрюмые деревья. — Я мог бы поклясться, что в четвертый раз проезжаю мимо этого мрачного дерева. Помнишь, то, которое уставилось на меня?

— Да. И все же этого не может быть. — В голосе Фадекорта звучала страшная усталость. — Это, наверное, какой-то очень похожий дуб.

Но Мэта пронзила страшная догадка, и он почувствовал нечто похожее на ужас.

— И все же это возможно. Для магии возможно все. Ну или почти все. — Он махнул друзьям рукой. — Отправляйтесь вперед и начинайте ужин. А я посмотрю, что мне удастся состряпать здесь.

Иверна оторвала взгляд от открытой седельной сумки:

— Но тебе тоже надо отдохнуть.

— Я не задержусь.

Его действительно не пришлось долго ждать. На самом деле он потратил совсем немного времени на то, чтобы отыскать в траве палку дюймовой толщины и фута полтора длиной. Он достал свой кинжал, сделал зарубку, воткнув палку в землю, и вернулся к своим спутникам очень довольный своей работой.

Иверна раздавала хлеб и сыр.

— Ну и какой прок от того, что ты сделал?

— Угу, — согласился Нарлх. — Пытался установить дурацкую ловушку для тех, кто идет по нашему следу?

— Вовсе нет, я даже не заострил конец палки. — Мэт взял протянутые ему хлеб и сыр.

— И какой от нее прок? — спросил Фадекорт.

— Ну, скажем так, я очень надеюсь, что не увижу ее снова.

Прошло много времени, не менее четырех часов, и Мэт подумал было, что ошибся, что у него, видимо, разыгралось воображение и что лес на самом деле такой огромный. Потом солнце стало клониться к закату, собираясь па покой, а Фадекорт начал ворчать:

— Я восхищен твоим упорством, лорд Мэтью, — всегда отрадно видеть такое рвение, но, если мы в ближайшее время не устроимся на ночлег, темнота застанет нас врасплох.

— Если бы это была только темнота, — мрачно заметил Мэт. — Нет, Фадекорт, мы должны узнать, что же нас ожидает, прежде чем...

И тут он увидел ее.

Он остановился как вкопанный. Иверна подняла на него усталый взгляд, и только она собралась спросить Мэта, почему он остановился, как тот опрометью бросился вперед. Он вырвал из земли палку и выкрикнул:

— Будь ты проклята!

Иверна побелела как полотно, Фадекорт застыл, как каменное изваяние, и даже Нарлх что-то пробурчал.

Мэт зашагал обратно, потрясая палкой, словно это был трофей:

— Ну что скажете? Нет, вы только на это посмотрите!