Звёздный камень - Шеннон Мессенджер

– Ох, что-то случилось? – спросил Фитц, когда вернулся в зимний сад с черным ящиком, который явно весил не меньше его самого. – Грейди с Эдалин что-то написали?

Софи перепроверила передатчик.

– Нет, ничего.

Фитц поставил ящик в центр креста из спальников и присел на тот, что был ближе к Софи.

– Тогда почему ты выглядишь так, словно хочешь выдернуть ресницу?

Софи вздохнула.

– Биана рассказала о разговоре Алвара, который она подслушала. Я пытаюсь понять, что это значит.

– Что за разговор? – спросил Декс, внося второй огромный ящик и ставя его рядом с первым.

Пока Биана повторяла рассказ, Декс занял единственный свободный спальник между двумя Вакерами.

– Так… ты боишься, что «Лунный жаворонок» провалился? – попробовал угадать Фитц.

Софи, не смея поднять глаз, кивнула.

– Ну, даже если так, – протянул Фитц, – тебе ведь самой не нравилось быть чей-то марионеткой?

– Да, но когда понимаешь, что страховки может и не быть, становится страшно, – пробормотала Софи. – Мне не нравилось, что меня контролируют, – но нравилось, что у них был план.

– Ну, не знаю. Было бы странно, если бы «Черный лебедь» знал обо всех ужасах, которые скоро произойдут, но ничего не предпринял, – сказал Фитц.

– И то, что поменялась часть плана, не значит, что изменилось все, – добавила Биана. – У тебя до сих пор остались твои способности. И у тебя есть мы. Мы справимся!

– Ну да, – согласилась Софи. – Просто жалко, что мы вообще не понимаем, что «Незримые» собираются делать и что такое инициатива «Путеводная звезда». Вот зачем твоему брату говорить о «подопытных» и о «критериях»? Такое ощущение, что они проводили какой-то эксперимент.

Декс судорожно вздохнул.

– Так, прозвучит безумно, но послушайте. А вдруг «Путеводная звезда» – это попытка воссоздать проект «Лунный жаворонок»?

– Не совсем понимаю, о чем ты, – нахмурилась Биана.

– А я понимаю, – произнес Фитц. – Прошу, только не говори, что ты действительно считаешь, что они пытаются сделать еще одну Софи.

– А почему нет? – спросил Декс. – Они давно знали о ее существовании. По-твоему, они не попытались бы что-нибудь предпринять?

– Так они попытались, – возразил Фитц. – Они хотели ее найти. Потом похитили. А теперь пытаются ее контролировать.

– Может, и так, – кивнул Декс. – Но они могли делать все это и вместе с тем пытаться ее воссоздать.

– Может, хватит говорить обо мне так, будто я чудовище Франкенштейна? – проворчала Софи.

– Это кто-то из мира людей? – спросила Биана.

– Ага, большой страшный мужик с болтами в шее, которого собрали из мертвых людей, – буркнул Фитц. – Помню, видел его изображения, когда был в Запретных городах. Он из фильма, да?

– И из книги, – буркнула Софи.

– Прости, – смутился Декс. – Я не это имел в виду. Но… это бы объясняло, о каких «подопытных» говорил Алвар. И я слышал, что при работе с ДНК и генетикой используют «критерии».

Софи так крепко сжала Эллу, что весь наполнитель собрался у той в голове.

– Эй, – Биана похлопала Софи по плечу. – Даже если он прав, это никак не влияет ни на тебя, ни на Кифа.

– Я сомневаюсь, что он прав, – добавил Фитц. – Мама Кифа помогала при создании проекта, а она явно не ученая. И даже не пытайтесь убедить меня, что Киф – это их версия Софи. Он старше ее. И его не вырастили люди. И способность у него только одна. И он далеко не так крут.

Широко улыбаясь, Фитц поглядел на Софи, но она слишком паниковала, чтобы улыбнуться в ответ.

– Но у него фотографическая память, – напомнила Биана, отчего стало только хуже. – И эмпатия у него сильнее, чем у остальных. Может, его мать сделала что-то с его генами после рождения?

– Думаю, можно спросить у Форкла, – предложил Декс.

– И он ответит, что это ерунда, – заверил Фитц.

– Может быть. Но над воспоминаниями Кифа они точно поработали, – возразил Декс. – Они могли просто заложить в его голову секреты, как «Черный лебедь» сделал с Софи. Это возможно, согласитесь.

Софи не собиралась ни с чем соглашаться.

Это было слишком странно.

Слишком неправильно.

Слишком… нет.

Просто нет.

Она постаралась откинуть тревожные мысли, похоронить их вместе с другими вещами, о которых она не хотела думать.

Но идея успела пустить корни.

Как и ужасный вопрос, снова и снова звучащий в голове.