Ярче тысячи солнц - Александр Голодный

— Сержант, после завтрака выдам им винтовки, и можешь брать группу. Место для занятия присмотрел?

— Да, Петр.

— Отлично. Тогда с девяти до одиннадцати они твои. Ровно в одиннадцать должны стоять у учебных столов.

Забрав группу (двенадцать человек, семеро — девушки), трусцой веду к старой полевой дороге.

Прозанимавшись первый час, полностью разделил мнение командира — дети. Восторженные, старательные, ловящие каждое слово на лету и исполнительные дети. Не знаю, как командир, но у меня рука бы не поднялась посылать их в бой. Объяснив устройство засады, натренировал щелкать спусковыми крючками, как при стрельбе залпом, оставляю основную группу, а сам с Натали и тихо перемещающимся по лесу хлопцем изображаю рейнджерскую группу. Движемся… Дружный щелчок. Плохо. Объясняю ошибки:

— Вы должны стрелять, когда рейнджеры идут по открытому месту от укрытия к укрытию. Сейчас залп дали, когда наша тройка уже залегала на землю, значит, все пули ушли впустую.

— Соратник Сержант, но вы быстро перебегаете, не прицелиться.

— Рейнджеры всегда так движутся, соратница. Поэтому и нужен залп.

Объясняю про стрельбу с упреждением, тренирую. Уже лучше. Теперь маскировка. По окончании занятия, построив вспотевших, в паутине и древесной трухе, бойцов, проверяю вооружение, трусцой возвращаемся в лагерь.

Два брезентовых квадрата, ребят ждут Олег и Светлана. Врач забирает девочек. Так, посмотрим… Да, с рукопашной подготовкой у доктора все в порядке, даже замечательно. Движения экономные, отточенные, наработанные. Олег ничем ей не уступает. Приемы стандартные, несложные.

— Соратник Сержант, не хочешь что-нибудь показать?

— Конечно, соратник Олег.

— Соратник Сержант, осторожнее, не забывай про рану.

— Слушаюсь, соратница Светлана.

Скидываю куртку, достаю из кобуры револьвер, разряжаю, подаю Олегу:

— Представим, что вы почти попали в плен. Оружия нет. Дальше вас будут ждать допросная химия и смерть…

Окидываю взглядом притихшую молодежь, оцениваю их неплохое спортивное состояние, продолжаю:

— Или что-то похуже смерти. Соратник Олег, изобрази, пожалуйста, противника, наставь на меня револьвер. Обратите внимание: враг достаточно близко, еще лучше, если он нацелит ствол в лицо.

Раз — отвожу вооруженную руку, захват. Два — имитирую удар ногой, выход на болевой прием. Три — болевой, разоружаю противника. Щелкаю взводимым курком:

— Теперь у вас есть оружие и возможность дорого продать свою жизнь.

Помогаю Олегу подняться. Со страховкой, кстати, у него все прекрасно. Интересно, откуда он пришел в Реджистанс?

Зам улыбается, обращается к обучаемым:

— Вот, соратники, что значит отличный боец. Соратник Сержант, кстати, стреляет без промаха и делом доказал свою преданность идеям свободы и независимости.

Восторженные взгляды детей. Очень неудобно чувствовать себя героем. Отхожу, провожу рукой по боку. Черт, заплатка на рубце сбилась. Задрав тельник, поправляю.

— Дай я, соратник.

Светлана с кошачьей грацией возникает рядом:

— Ведь предупреждала…

Аккуратно распрямляет и переклеивает пластырь. Молодежь внимательно смотрит.

— Спасибо, соратница.

Занятие продолжается. Черт, детский сад и ни малейшего навыка конспирации. Он бы еще в открытую объявил, что «дельтовцев» завалил я. Впрочем, Олег это практически и сделал. Надо будет обсудить тему секретности.

Подходят командир с комендантом. Петр несет картонную коробку с масленками и рулон бумаги для чистки оружия, командир — древний ручной пулемет вроде Дегтярева с дисковым магазином и мой пистолет.

Занятие по устройству и обращению с вооружением. Навык в разборке и чистке оружия у обучаемых есть. Мальчишки с горящими глазами наперебой занимают очередь к пулемету.

— Соратник комендант, а гранаты на складах есть?

— Нет, соратник Сержант. Пулемет, и тот один оказался.

Странно. В той жизни участвовал в проверке службы РАВ, вооружение обычно более сбалансированно лежит, готовое для полноценной комплектации подразделения. Впрочем, могли вывезти в действующие части, когда началась оккупация.

Доходит очередь до пистолета, Петр успешно справляется с разборкой. Интересно, а он где научился?

От кухни все чаще долетают заманчивые ароматы. Глянув в очередной раз на часы, командир завершает занятие, отправляя молодежь умываться и готовиться к обеду. Пойду и я.

После полноценного обеда (вкусные полуфабрикаты молодежь принесла) и получасового отдыха стоим в тени ущелья, объясняю азы ориентирования и использование для определения сторон света стрелочных часов. Одна из девочек гордо демонстрирует туристский компас. Прекрасно. Будем ходить по азимуту, считая шаги. Хорошо, когда мало обучаемых — все побывали в парах ведущих и считающих шаги. Описав фигуру, близкую к квадрату, возвращаемся почти на место. Теперь боевое передвижение. Делай как я — лучший принцип. Перебежки, занятие укрытий, перекаты. Винтовки тяжелые, солнце палит, ребята вспотели, устали, но никто не жалуется. По дороге в лагерь делаю крюк к ключу, инструктирую, как правильно пить на жаре холодную воду. Умывшись и утолив жажду, бойцы повеселели, легко одолевают склон. Натали, по-моему, все время старается держаться рядом. У учебного стола с брезентовой сумкой ожидает группу Светлана:

— Соратник Сержант, не уходи.

Стою, жду.

— Внимание, соратники. Пули в сражении наносят человеку опасные раны. Сильная боль, кровопотеря, иногда потеря сознания — раненый боец, как правило, не может оказать себе первую помощь. Чтобы вы могли просто представить, с чем столкнетесь… Соратник Сержант, покажи, пожалуйста, свой бок.

Ну, врач, удружила! С другой стороны, может быть, и правильно — обучение на практическом примере. Снимаю куртку, пропотевшую тельняшечку. Опять заплатка сбилась, чуть сочится сукровица. Кто-то испуганно ойкает. Ага, это я неудачно на камень откатился.

— Видите, соратники, что может наделать пуля? Это почти зажившая рана, а какой она была свежей?

Судя по бледным лицам, особо впечатлительным сейчас станет плохо.

— Почему соратник Сержант сумел сам уйти с поля боя?

— Потому что он волк Реджистанса!

— Натали!..

— Это правда, соратник Сержант.

— Конечно, соратница, ты во многом права. Соратник Сержант — отличный боец. Но он еще и вовремя перевязался. Так, соратник?

— Да, соратница Светлана.

— Сейчас я покажу, чем и как правильно обрабатывать рану.

Продолжаю изображать учебное пособие. Черт, неловко неимоверно. Заметив горячее желание проводницы, Светлана передает ей медицинский тампон. Девочка нежно и сосредоточенно, осторожными короткими мазками наносит лекарственную мазь. Опять мелькнула аура? Все, наконец заплата на бок поставлена, можно идти. Используя полосы ткани в качестве бинтов, ребятишки старательно осваивают перевязки. Господь Всемогущий, только бы им этого не пришлось делать по-настоящему! Ведь дети, просто дети…