Госпожа "Удачи" - Владимир Лещенко

Некоторое время я стояла в растерянности, пытаясь сообразить, что же произошло тут в мое отсутствие? Мысли колебались в промежутке от нового визита лжеполицейских, до желания окончательно слетевшей с катушек Зубейды превратить место своего пребывания в руины (где и положено проживать порядочному призраку).

– Эй, кто тут? Выходите! Что вы творите, мать вашу орочью! Это хозяйка отеля, – на всякий случай уточнила я.

Никто не ответил.

– Выходите немедленно!

Тишина.

– Я сейчас полицию вызову! – завизжала.

Неведомые мерзавцы не отреагировали и на это.

– Эй, – вне себя я нашарила в сумочке парабеллум, – считаю до десяти, потом стреляю на поражение!

Мысленно посчитала до десяти, потом еще раз.

Никакой реакции.

Да что ж это такое?!

– Ну, все! – со змеиными интонациями погрозила я разорителям моего имущества, с громким щелчком снимая пистолет с предохранителя. – Я иду! Запасайтесь гробами, недоноски!

Тут я вспомнила, что не зарядила пистолет.

Но отступать было поздно, и я прошла в глубь анфилады комнат.

Солидная мебель была грудой стащена на середину комнаты, измазана в побелке и мусоре. Шелковые обои со стен сорваны и истоптаны грубыми сапожищами.

Груда каких-то осклизлых досок в углу напоминала собой результаты кораблекрушения, выброшенные на берег владыкой морей и океанов Давдором за ненадобностью. Тут же стоял с начисто убитым видом Гарун и смотрел, как перед ободранной стеной какой-то гоблин в одной набедренной повязке с умилением разглядывал каменную плиту, на которой было выбито какое-то непонятное полусбитое изображение…

– И-ы-ы-ы, хазяина, давай пасматри, я нашел Стулкху! Старый хароший бог, однако, будет смотреть за гостиницей. У-у, хароший бог! У – и хазяйка! Хароший бог говорю!

– Откуда, во имя Аллаха?! – пробормотал Гарун. – Не иначе из каких-то старых развалин каменюку приволокли, когда строили. Неудивительно, что у них тут приведения…

– Ы-ы-ы-э-э, я нашел Стулкху!! Я нашел Стулкху!! – заблеял гоблин, приплясывая так, что колыхались его огромные уши.

– Ну щто, гаспадына? – проскрежетал появившийся в дверях орк. – Щто, будйем ламать те гнилые доски наверху? Доски совсем гнилые, упасть могут, зашибить хазяину! О и хазяйка! Это сапсем-сапсем нехорошо, если зашибать хазяйку!

– Э-э… доски, а может не надо? – глупо улыбнулась я, думая, то ли вынуть пистолет, то ли затолкать в сумочку поглубже.

– У, а я уже сломал, – добродушно прогудел орк, поигрывая мышцами на волосатых руках.

– По… па…нимаете, уважаемый, – молодой человек сглотнул, – вы… того, слишком. Может не надо так резко… Нам вообще-то больше косметический ремонт…

– Ну, извини, маладой мурза, – вздохнул лопоухий собеседник. – Панимаишь, ми так работаем. Или харащо работаем, всо делаем, или ничего не делаем! Ведь так, правильно? Или делай харащо или не делай никак?

И вздохнул.

– Вэй, и щто ви, человеки, такой непанятливое?

А потом ни с того ни с сего затянул дурным голосом залихватское:

– Эх, да елф маладой купил парасенка!

Три нэдели цылавал – думал, што девченка!!

Несчастный секретарь рассеянно мотал головой и умоляюще смотрел на меня.

Из глубины коридора послышался чей-то испуганный многоголосый вопль, грохот, яростный старушечий мат, топот множества ног. И я, и Гарун, и гоблин с орком молча вслушивались в происходящее.

Все это длилось минут пять, а потом смолкло, и послышался уже другой звук – слитный грохот множества подошв, как будто по гостинице маршировал взвод солдат в полной выкладке.

Первым вошел в номер тролль, серый от страха.

За ним цепочкой, руки за спину, словно дисциплинированные каторжники, работяги самого затрапезного вида. Один, два, пять, семь… Похоже, Гарун где-то нашел и нанял целую банду разрушителей гостиниц вместо ремонтников.

А за ними чинно вошла Зубейда.

В одной руке она держала обломанную рукоять от швабры, в другой, было нечто вроде бледной извивающейся молнии.

Гарун присвистнул.

– Это же «плеть Грозы»!

Я припомнила магические книги, какие прочла. Согласно им «плеть Грозы» годилась в основном для цирковых представлений, поскольку сила удара не превышала мощности какой-нибудь новомодной полицейской электродубинки.

– Но в наших учебниках нигде не сказано, чтобы такие фокусы могли откалывать призраки и прочая нежить! – воскликнул мажонок.

– Засунь свою магию и свои учебники, мурза, куда подальше! – уточнила бин Рух-ханум, свирепо зыркнув. – Не про меня твои умения, двоечник…

– Почему двоечник… – начал было студент.

– Потому! – рявкнула старуха-призрак. – Ты бы о деле думал, а не о хозяйкиных прелестях, а то твои обезьяны того и гляди всю гостиницу разнесут. Это ж известные мошенники – сперва все разломают, а потом втридорога за ремонт сдерут! Эх, при светлой памяти покойном Ширин Искандере-паше за такие штуки разговор был короткий – под кнут и в рабы к заказчику. А теперь? Ну, ничего, – зловеще усмехалась старуха. – Я на вас управу найду! А ты, хозяйка, не вмешивайся! Сама разберусь!

Ведьма подняла палку и погрозила сжавшимся работникам.

– Не смотрите, что мертвая! Я вот наведу на вас порчу, сглаз, да еще и прокляну? Знаете, что такое проклятие покойника?

– Нэт, нэт, госпожа, зачем, не надо порч, не надо сглас, не надо пираклятий! – суетился гоблин. – Зачем пираклятий? Ми шестний работник, ми никакой зла не делай, никто нэ обманывай, Давдор молись! Мы даже в храме Великая Богиня меняли это… как это по хьюмски? А, каналь меняли и эту… как яе… зация. Ми чесний работника, нас не надо сглас и пираклятий, нас не надо бить!

И, кланяясь, добавил:

– Яго Високапревосходительств гаспадина Великий везира запретиль работники бить!

– А я вот плевала на вашего «Великого везира» вместе со всем его Диваном! – торжественно захохотала Зубейда. – Мы, покойники, между прочим, вообще этим вашим людским правителям не подчиняемся! Тем более я при жизни была подданной Асланского султана, а не этих ваших… – она сплюнула, и плевок ее упал на плащ тролля, заставив материю задымиться, – худородных выскочек. Да я на них плевать хотела! Или думаешь, Великий везир защитит тебя от моего гнева? Кстати, – ехидно ухмыльнулась она гоблину, оскалив два ведьмовских длинных черных зуба, – а этому осьминогому поганцу вам Великий везир или Верховный муфтий разрешили поклоняться? – ткнула пальцем в найденное ремонтниками изображение. – Что там в «Карательном уложении Ханства» насчет темных культов сказано? Сама не читала, но слышала что-то насчет каторги с пожизненной ссылкой на Черепаший остров!..