Кинжал убийцы - Джульет Э. Маккенна

— После чего спокойно поплывут на север вдоль побережья Залива с невинным грузом алдабрешских пряностей, шелков и драгоценных камней, — закончила Велиндра.

— А зачем этот Мьюрдарч подался на Сатайфер? — поинтересовалась я.

— У него большой зуб против Инглиза, — объяснила магиня. — Он взял письмо гильдии с объявлением награды за корабль Ден Ладжана. Сьеру удалось откупиться, но уже после того, как Мьюрдарч отплыл.

— Выходит, Мьюрдарчу не заплатили? — догадался Райшед.

— Хуже. Он захватил корабль и распродал товары в Черлите, затем приехал в Инглиз, рассчитывая получить выкуп за команду у Ден Ладжана. Главы гильдий отказались выплатить награду и велели ему возместить Ден Ладжану убытки из собственного кармана. Мьюрдарч отказался, и они объявили награду уже за его голову и корабль.

— Значит, каждый второй пират стремится прибить его шкуру к своей мачте? — предположил Райшед.

Велиндра покачала головой:

— Вовсе нет. Никто его не тронет. Мьюрдарч — умный человек, он умеет внушать и верность себе, и уважение. Даже если Инглиз поднимет награду, чтобы соблазнить какого-то отчаянного капитана, страх последствий взбунтовал бы его команду. На каждую историю о храбрости или дерзости Мьюрдарча приходятся две о его жестокости.

— Откуда он родом? — Я не раз находила ключи к слабостям человека в его происхождении.

— Рассказывают всякое. — Велиндра начала загибать пальцы с нелепо обкусанными ногтями. — Внебрачный сын какого-то знатного Дома. Один из двух сыновей главы инглизской гильдии, который держит в своих руках и легальную торговлю, и пиратство. Обездоленный вождь каких-то далазорских кочевников, бежавший к морю от своих врагов. Остальные легенды еще фантастичнее.

— Откуда он взялся — не так важно. Важнее, где он сейчас, — твердо сказал Темар. — Мадам маг, мы были бы рады…

— Сожалею, эсквайр, о, прошу прощения, мессир, но я остаюсь в Хадрумале. — Велиндра обратилась к Аллин: — Здесь открываются самые широкие возможности. Ты училась у мастера Калиона. Кажется, его влияние на подъеме. Они с Троанной склоняют Совет заняться назначениями. Возможно, скоро мы увидим и нового мастера Туч, и нового мастера Камней.

Мне почудилось, или в глазах блондинки действительно зажегся расчетливый огонек?

— Аллин, ты случайно не знаешь, куда делся Узара, а?

Сияние магического круга потускнело.

— Прости, — задохнулась девушка. — Я слишком устала. — Зеркало ярко вспыхнуло и тут же погасло, стирая пытливое лицо Велиндры.

— На самом деле я не устала. — Аллин виновато посмотрела на Темара. — Но я не хочу навлечь неприятности на Шива и Зара. Думаете, она мне поверила?

— Значит, Хадрумал не знает, что они затевают? — Райшед уставился на меня, и его взгляд обещал допрос вместо любовной болтовни в постели.

Я жизнерадостно улыбнулась.

— Думаю, Верховный маг знает, что происходит у него за спиной и что творится у него под носом. Раньше он всегда знал.

Мой возлюбленный недоуменно поднял брови.

— Если мы не вмешиваем Планира именем Темара, тот жирный ублюдок Калион не сможет использовать его интерес к Келларину в качестве палки для битья, — объяснила я со всей рассудительностью. Потом снова улыбнулась Райшеду и заслужила нейтральную усмешку, которая успокоила мою душу.

Зьютессела, Тормалин

20-е поствесны

Шив беспокойно посмотрел на Узару через стол, покрытый белоснежной льняной скатертью.

— Ты действительно хочешь привлечь эту парочку?

— У тебя есть другие предложения? — осведомился Узара. — Нам не повезло нанять корабль, имея дело с честными людьми.

— Поэтому мы будем иметь дело с двумя заведомо нечестными? — Шив скривился. — Которые могут исчезнуть с деньгами Райшеда быстрее, чем масло в пасти собаки?

— Я бы предпочел рискнуть деньгами, чем оказаться зарезанным в портовом переулке, — откровенно признался Узара. — Во всяком случае, они бы не предали ни Ливак, ни Хэлис.

— Поверю тебе на слово, ведь это ты с ними путешествовал. — Но Шива его слова не убедили.

— Мне они понравились, — заявил Перид из угла, набивая кожаную сумку бутылками и кистями из окованного медью сундука.

— Допустим, как гости дома они были очаровательны, но я слышал от Ливак истории, от которых у меня чуть волосы не завились. — Шив провел рукой по своим совершенно прямым волосам. — И эти братья, как она сама: никогда не делают ничего бескорыстно. А что мы можем предложить?

— Сорград утверждал, что не желает обучаться магии. Но Ливак как-то намекнула, что именно за этим он поехал в Солуру. — Взгляд Узары стал далеким. — Ты знаешь, что он обладает двойным родством?

Шив кивнул:

— Тем более жаль, что такой талант пропадает даром.

— Подумай, — нетерпеливо заговорил Узара, — Сорград созвучен огню и воздуху. Это дает нам четыре стихии на троих.

Шив взглянул на него недоверчиво.

— Думаешь, мы могли бы создать полную магическую связь с необученным горцем?

— Возможно, не полную, — допустил Узара. — Но это шанс, реальный шанс увидеть, на что мы способны, если объединим свои стихии. В Хадрумале о таком и мечтать не стоит. Там обязательно кто-нибудь наябедничает Калиону или Троанне.

— Возможно. — Шив забарабанил пальцами, потом решительно стукнул по столу. — Разговорами сыт не будешь. Тебе лучше связаться с Сорградом и узнать, что он думает.

Перид повесил сумку на плечо.

— Пойду заработаю вам на свечи. — Он поймал протянутую руку Шива. — Дай мне знать, как только назначите дату отплытия. Несколько портретов маслом принесли бы больше денег, чем чернильные и акварельные эскизы. — Он сжал пальцы мага и пружинистым шагом вышел за дверь.

Узара смущенно уставился вслед художнику.

— У нас хватает денег для таких вещей.

— Перид рисует и чертит не ради денег. — Шив засмеялся. — Это просто удобный предлог. Он бы потратил последний медяк на обрывки пергамента или уголь и даже не вспомнил бы про хлеб.

Узара оживленно потер ладони.

— Ну что, попробуем найти Сорграда? — Он потянулся к маленькому дорожному зеркалу. — Подашь мне свечку?

Но не успел Шив дойти до каминной полки, как дверь снова открылась.

— Смотрите, кого я встретил на лестнице, — объявил Перид.

— Ларисса, — невежливо буркнул Шив.

Узара разинул рот.

— Ты что здесь делаешь?

— Добрый день. — Ларисса села на стул Шива и застенчиво оправила лавандовые юбки, прикрывая ноги в сапожках. Потом расшнуровала короткий серый дорожный плащ. Упав с плеч девушки, он открыл застегнутый на все пуговки лиф платья с высоким воротом и длинными рукавами. Но несмотря на скромность наряда, магиня держалась с бессознательной чувственностью. Перид машинально извлек из сумки материалы для наброска.