Перехват - Вячеслав Васильев

Прежде чем закончились боеприпасы, молодой пилот успел сжечь девять десантных модулей. Больше сделать он уже ничего не мог. Пора было позаботиться и о себе.

Егор успел отдать команду на отстрел спаскапсулы раньше, чем это сделала автоматика, и почти сразу потерял сознание от навалившейся перегрузки.

* * *

- Бродяга-1, Бродяга-2, преследование Бродяги-3 прекратить. Следовать к терминалу шестого орбитального лифта. Действовать согласно тактическому плану номер семь.

- 'Прекратить преследование', - хмыкнул ведущий, отзывая почти вышедшие к этому моменту на дистанцию открытия огня дроны. Пилотируемые истребители безнадёжно отстали от машины Белецкого, так как, во-первых, позже начали разгоняться, а во-вторых, заблаговременно начали тормозить, дабы избежать встречи с атмосферой Сварога. - Спохватились... Там уже некого преследовать.

- Как думаешь, что это было? - поинтересовался ведомый, который тоже видел и бой одинокого 'Беркута' с невидимым противником, и финальную вспышку в атмосфере планеты, сопровождённую исчезновением метки 'Бродяги-3' с тактической схемы.

- Похоже, наш юный друг был не так уж и безумен.

- Надеюсь всё же, не 'был', а 'есть'.

- Да. Я тоже надеюсь. Хотя - на такой скорости... - ведущий сокрушённо покачал головой. Но развить свою мысль не успел. Вокруг начало твориться нечто невообразимое.

* * *

Как и тогда, в столичном парке, первым восстановилось обоняние. И донесло до мозга запах крови.

Следующим, тоже, как и в прошлый раз, подключился вкус. И вновь это оказался вкус крови. Дежавю...

А потом без очереди влезла боль...

Боль была глухая, но по всему телу. Ощущения были, как будто сверху уронили хорошую такую бетонную плиту. Осознав, что вверенный ей организм начал приходить в сознание, медсистема скафа поспешила отчитаться о проделанной работе.

Беглого взгляда на строки отчёта было достаточно, чтобы понять, почему боль не была нестерпимой. Судя по текущему состоянию картриджа аптечки, та впрыснула в организм подопечного лошадиную дозу коктейля из обезболивающих и противошоковых препаратов вперемешку со стимуляторами. Непрояснённым оставался только вопрос, а из-за чего вообще всё болит?

Егор глухо застонал (Ага, появился и слух!), и запросил отчёт у системы контроля повреждений скафа.

Отчёт не порадовал. Накрывшаяся система движков для передвижения в космосе? - да Бог с ней! На поверхности планеты она всё равно бесполезна. Пробитый в двух местах скаф? - пробоины затянуты аварийным герметиком. Но вот выход из строя системы дальней связи и системы регенерации воздуха - это серьёзно. Точнее, было бы серьёзно, если бы более мощные аналоги этих систем не имелись в спаскапсуле. А даже если бы отказали и там - с минуту на минуту должны прибыть спасатели. Сама-то спаскапсула никуда не делась, и с орбиты должна быть хорошо видна. Так что скоро их с Пантелеем доставят на ближайшую...

Пантелей! Что с Пантелеем?! До Егора наконец-то дошло, что он не слышит товарища ни по радио, ни в мыследиапазоне.

- Пантелей! Пантелей, котяра, ты меня слышишь?!

А в ответ - тишина...

Белецкий с трудом разлепил глаза. Однако... По сравнению с прошлым разом наблюдались явные отличия. Тогда картинка была чёрно-белая, сейчас - мутно-зелёная. Может, появление цвета и являлось шагом вперёд, но в прошлый раз картинка была именно картинкой - то есть было видно всё вокруг, а сейчас... Мутная клубящаяся зелень, и больше ничего.

Запрос. Контроль повреждений спаскапсулы? Хм... Нет связи. Плохо. Нет. Что же это такое всё же со зрением опять?

Егор медленно повернул голову вправо-влево. И снова застонал... Больно! Но зато выяснилось, что при повороте головы зелёный цвет сменяется каким-то буро-непонятным. А если задрать голову вверх... Что это? Сильно напоминает дым. Или туман? А туман бывает чёрным? Кажется, нет... Значит, всё-таки дым. Как говорится, дыма без огня не бывает. И что из этого следует? Что что-то горит. Логично. А противопожарная система почему-то не только не принимает мер по спасению экипажа, а и вообще не отзывается на запросы. С её стороны это нехорошо.

А ещё нехорошо то, что судя по вектору силы тяжести... Так... Зрение, похоже, постепенно приходит в норму. Поглядим... Что у нас справа?.. Слева?.. Внизу?.. Угу. Это уже интересно. Ввер... Ага! Вот и источник дыма!

Картинка нарисовалась безрадостная: Егор висел вниз лицом в кресле-ложементе, зацепившемся стропами парашютной системы за какой-то выступ на крутом, почти вертикальном склоне. Прямо под ним, метрах в пятидесяти внизу, раскинулась большая, и может быть, не только большая, но и глубокая лужа маслянисто поблёскивавшей зелёно-бурой жидкости. Чуть поодаль, 'на бережку' догорали разбросанные в радиусе порядка ста метров обломки спасательной капсулы.