Кровь богов - Стелла Так

– Б-богиня Афина! – выдавила она, явно сбитая с толку, и сделала чрезмерно глубокий реверанс. Выглядело это так, будто она собирается облизнуть ей ноги. Я опустила голову. И все же я смотрела в лицо богини, которая в свою очередь любопытно изучала меня. Ее глаза были такими же темными, как глаза птицы.

– У тебя все хорошо, дочь Афродиты? – спросила она наконец.

Я изумленно подняла взгляд:

– Д-да, богиня. Я просто испугалась.

Она продолжала разглядывать меня. Было практически слышно, как работает ее мозг. Ее взгляд был таким глубоким, будто скрывал в себе все тайны мира. Она была умна, пугающе умна. Поэтому вскоре ее бледные губы дрогнули в слабой улыбке.

– Больше похоже на то, что это ты испугала Эша. Очень необычно. Как правило, он очень послушный. – Она задумчиво погладила его по палящим крыльям свободной рукой. Кажется, ее не беспокоило то, что они были горячими. Феникс заворковал, и его перья распушились. Она с улыбкой отпустила его клюв. Эш встряхнулся, поворчал и снова направил взгляд на меня.

– М-м-м, как интересно, – снова задумалась богиня. – Обычно он атакует только тогда, когда видит опасность. Но ты ведь не опасна… не так ли, дочь Афродиты?

Я колебалась и чувствовала, как по моей спине стекает пот. Птица и близко не напугала меня так сильно, как богиня. Она сверлила меня взглядом. Я сглотнула.

– Думаю, нет, богиня, – выдавила я наконец.

– Думаешь, нет?

– Нельзя же знать все на свете, не так ли?

Ее смех эхом разнесся по залу. Все присутствующие уставились на нас.

– Разумеется, можно знать все на свете. Весь мир – не больше чем уравнение, которое можно решить.

– Для такой богини, как вы, разумеется. Боюсь, я недостаточно умна для этого. Математика никогда не была моей сильной стороной.

Богиня ухмыльнулась и с легким пренебрежением посмотрела на меня:

– Да, ты недостаточно умна для этого. И тем не менее в тихом омуте черти водятся, тебе так не кажется? Об этом никогда нельзя забывать. Твоя мать часто недооценивает многие вещи. Не уважаю этот выбор. Она слишком безрассудна. Поверхностна. А ты?

Я помедлила и посмотрела на Шугар. Она не выглядела похожей на человека, готового мне помочь. Казалось, что она была готова убежать в любое мгновение.

– Во мне нет ничего особенного, – ответила я наконец.

Богиня подняла брови:

– Нет, ничего нет. Но мой вопрос был не в этом, дочь Афродиты. Я думаю, нам всем стоит держать тебя в поле зрения. Даже если твоя мать так отчаянно пытается скрыть тебя под маской невидимки. – Ее улыбка была просто жуткой. Слава богу, она, кажется, потеряла ко мне интерес. Богиня перестала сверлить меня взглядом, и я снова смогла дышать свободно. – Можете идти! – мягко сказала она. – Бедный Эш все еще ужасно взволнован, а у меня мигрень. Попроси принести мне таблетку, Шугар.

– Р-разумеется, богиня! Сию минуту.

Господи! А можно ли кланяться еще чаще? Рука Шугар снова схватила меня и так быстро потащила прочь из отеля, что у меня закружилась голова. Стеклянные двери за нами закрылись, освобождая нас от давящего присутствия богов.

– Что это было? – спросила я немного растерянно.

– Я… я не знаю! – ответила Шугар. Она тут же отпустила мою руку и посмотрела на меня с очень странным выражением лица. Уголки ее губ опустились в легком отвращении. – С этого момента постарайся привлекать к себе как можно меньше внимания! Это ради нашего же блага. Поле для гольфа находится слева! – Ее худые наманикюренные пальцы указали на дорожку из гравия прямо перед нами. – Ты быстро ее найдешь. Боги дадут тебе сумку с клюшками. Я заберу тебя после игры.

– Погоди… Шугар! – Ее выражение лица заставило меня замереть. Но муза так быстро повернулась, что это было больше похоже на побег. Меня тут же осенило: она меня боялась. Но почему? Я смотрела на ее удаляющиеся прочь упругие ягодицы и снова перевела взгляд.

Рядом с отелем находился парк с цветущими розами. У меня под ногами хрустел белый гравий, а толстые каштаны отбрасывали прохладную тень на хрупкие парковые скамейки, стоящие под их ветвями. Здесь дорога разветвлялась на три тропинки. Шугар сказала, что я должна пойти налево, поэтому я так и сделала, продолжая удивляться цветной красоте Олимпа. Этот мир был похож на ослепительный рай. Над головой сияло безоблачное небо. Было приятно тепло, но не слишком жарко. По небу тянулись кучевые облака, пели птицы. Время от времени я слышала рев слона. В мой нос ударил сладкий запах роз. Я с наслаждением втянула воздух, закрыла глаза и радовалась теплому солнцу на моем лице. Однако я не могла забыть о неприятном чувстве, охватившем меня с момента происшествия с фениксом. Почему эта птица так кричала? Он меня испугался? С чего бы? Я видела свое собственное отражение в его глазах, и это было… пугающе. Если я посмотрю на свои руки сейчас…

Я отодвинула перчатку и осмотрела обнаженную кожу своего запястья. Нет, все в порядке. Хотя… Нахмурившись, я подняла руку. Возможно, она и правда немного светилась. Не так ярко, как в глазах феникса, но все же заметно. Я тяжело сглотнула, но ком все еще стоял у меня в горле. Я снова поправила перчатки. Что со мной не так? Может быть, мне действительно стоит попросить богов о помощи? Это ненормально, я была ненормальной. Если это что-то серьезное, мне следует поговорить с матерью, ради своей безопасности и безопасности всех остальных. Я решила. Когда я в следующий раз увижу Афродиту, то попрошу ее о помощи. Она все-таки моя мама. Хоть она и не показывала этого, я была уверена, что она любит меня. Где-то глубоко в душе, очень, очень глубоко. Суперглубоко.

Выдохнув, я отогнала мысли о матери прочь и сосредоточилась на поиске этого проклятого поля для гольфа. На лугу справа от меня находился белый павильон, где боги занимались йогой. Бог с яркими светлыми волосами, подозрительно похожий на Гермеса, ругаясь, стоял в позе собаки. Даже на таком отдалении я слышала хруст его костей. Но при этом он ни на секунду не упускал из виду задницу музы перед ним. Позабавленная этим зрелищем, я пошла дальше. Кроме йоги, богам также предлагалось заняться тай-чи и фитнесом. Несколько богов с мрачным выражением лица стояли на лугу и следовали указаниям музы. Почти все они были удивительно подтянутыми, хотя мне показалось, что все же видела пару божественных складок жира. Тропа описала дугу, и я увидела сине-зеленых павлинов, прогуливающихся рядом с богами. Интересно, они продавались? Трава здесь тоже была подстрижена идеально. Никаких сорняков, лишь избранные растения, привезенные из разных уголков мира. Тропинки и деревья складывались в единую аллею. Листья надо мной шелестели на мягком ветру, пока я не завернула за угол и не увидела то, что скорее всего было полем для гольфа. Тут не было деревьев. Земля была застлана травой ослепляющего светло-зеленого цвета. Тут и там виднелись песочные ямы и пологие холмы.

Олимпийцы в машинах для гольфа ездили по местности в хорошем расположении духа.