Ведьма. Взрослые игры - Эми Мун

— Предсказания? — не сдержал скептического хмыка Руслан.

— Именно, — ни мало не смутилась Демидова. — Кстати, они же советовали помочь Милолике. Правда, все хорошо получилось?

Оборотень низко зарычал, но Верховная продолжила.

— Так вот, я с точностью на девяносто пять процентов могла утверждать, что вы связаны, и что ты, Даяна, не потеряешь свои Силы.

— А сумма договора — это компенсация за неудобства, если вдруг Влад не содержится и испортит драгоценную наживку? — едко заметил Руслан. Верховная не стала отпираться.

— Да. Но, кроме того, это стало искусственной трудностью, которую ты, Даяна, должна была преодолеть. Решить, насколько тебе дорог Владислав и на что ты готова ради него.

Вот тут почувствовать бы себя использованной, но Даяна мысленно согласилась с Верховной. Столкнувшись с трудностями, по-другому смотришь на чувства. И если бы она не любила, без зазрения совести согласилась на предложение Влада найти ей мужчину для инициации.

— Вяземский мог ее убить! — рявкнул Влад. Но Лара опять покачала головой.

— Нет, не мог. Он любит играть с жертвами. Растягивает момент получения удовольствия. Мы бы точно успели…

Ведьма опять помолчала. И под пристальным взглядом Даяна чувствовала себя глупенькой маленькой ведьмессой.

— Прости меня, девочка, — неожиданно произнесла Лара, — да, я использовала тебя как наживку, но только потому, что иного выхода не оставалось. Неизвестно, сколько еще ведьм пострадало бы от рук безумца. И если бы на его месте казался другой ведьмак, то так долго он бы не смог прятаться. Я не знаю, чем руководствовалась Эмилия, покрывая сына. Может, извращенная материнская любовь, или страх лишиться статуса образцовой ведьмы — ведь вылечить сына у нее не получилось… Но в итоге у Вяземского была очень сильная поддержка. Да, мой план был больше чем рискованным, но каждому в этой жизни приходится рисковать. И поверь, мне очень долго пришлось собирать информацию, и последние кусочки пазла нашлись не так давно. Но, не смотря на это, реальных доказательств так и не удалось найти, иначе я бы никогда не подвергла тебя опасности.

— И, тем не менее, в кафе вид у вас казался бледным, — усмехнулся Влад, — тоже все по плану шло?

— Нет. И поэтому я хочу объявить, что в скором времени уйду с поста Верховной.

Вот это был словно гром среди ясного неба. Уйдет?! Но как же Ковен…

— Я ошиблась трижды в деле, которое не терпело и одной ошибки. Первое — Даяна позвонила Эмилии, а не мне. Не критично, и всё-таки не неожиданно. Второе — Вяземский успел распустить руки, это уже хуже, и третье — Эмилия решила действовать на опережение. Она быстро поняла, что мой визит, всего лишь игра, но не могла не вызвать сына для объяснений. И, к счастью, не знала о догадках на счёт вашей пары, и тем более о лояльности оборотней. Иначе бы из того кафе мы так просто не выбрались.

— Любите пощекотать нервишки себе и окружающим, — прищурился Серов.

— Ах, уважаемый Руслан Александрович, посмотрите ещё раз на счета Стаи и выдохните. Я компенсировала ваши нервы сполна.

Но Серов опять зарычал.

— Брат мне дороже денег. Вся эта авантюра шита белыми нитками!

— И все-таки Вы тоже поняли, что Даяна — пара вашего брата. И уж тем более знали, что договор заключен не просто так.

— Руслан, — прорычал Влад, — ты реально знал?

— Догадывался, — не стал отрицать брат, — а ты предпочел бы жизнь без пары?

Влада тут же пот прошиб. Без Даяны — это не жизнь, а существование.

— Но с Ларой Васильевной я в одном согласен, — продолжил Руслан, — ты сам должен был понять свое отношение к девушке, и не только как оборотень.

Воцарилось молчание. Они с Даяной переваривали высыпанную им на головы информацию, а два мать их, всезнающих стратега опять менялись взглядами.

— Отдадите Ковен в руки Жанны? — поинтересовался Руслан.

— Скорее всего. Сразу после суда я начну готовить ее для передачи дел. Но, само собой, останусь рядом столько, сколько потребуется. Поэтому предлагаю сейчас обсудить некоторые детали…

Даяна встала из-за стола.

— Пойду свежего воздуха глотну. Кошмар какой-то…

Влад хотел было с ней, но неожиданно Руслан попросил остаться и его.

— Хочешь в Стаю? Вникай. Медовый месяц потерпит пару часов.

***

Дурдом на выезде! Даяна конечно подозревала, что Демидова интриганка та ещё, но чтобы так…

От метки по телу разливалось живительное тепло, и Силы откликались на него нежной песней. Тянулись к мужчине, но не пропадали, а возвращались обратно, ещё ярче и полней.

Да уж, вот так совпадение… С ней!

Даяна брела в свою «бывшую» комнату. Наотрез отказалась оставаться в Ковене — замучают. Вместе с Владом они быстро решили, что пока поселятся на нейтральной территории. Во всяком случае, до суда над Вяземским.

Из-за угла послышалась ругань, а спустя минуту навстречу ей выскочила разъярённая Жанна. Рыжие кудри дыбом, а глаза злые и обиженные. Пронеслась мимо, даже не кивнула. Следом показалась Анька. Брела с виноватым видом.

— Опять с Федором Григорьевичем поругалась? — участливо спросила Даяна.

— Да пипец… Не ожидала я такого.

Никто не ожидал. Вопреки всем предположениям в штыки новоявленного отца восприняла именно уравновешенная Жанна. За это короткое время только и делала, что грызлась с ним. Анька тоже настороженно себя вела, но не так враждебно.3f0411

— Ань, он… он ведь не виноват ни в чем, — робко заступилась за мужчину Даяна, — и маму вашу до сих пор любит. Жениться хочет.

— Да знаю я, роднуля, чё прикопалась. Это из-за Костика, сто пудов. Так-то они хоть раз в полгода пересекались, а теперь — кирдык. Южные совсем окрысятся. А мать Костяшки первый кандидат на Верховную. Эмилию сто процентов опустят ниже плинтуса.

Мать Костика… Даяна никак не могла вспомнить эту женщину.

— А она старая?

— Ну-у-у, — задумалась Анька, — не девочка уже, конечно…

— Фиг Южным, а не Белая Ведьма, если одно из ведьмаков, на мой вкус, нам не отдаст. У нас их и так мало.

На лице Аньки мелькнула растерянность, а потом ведьма расплылась в широкой улыбке.

— Правильно мыслишь, роднуля, — обняла ее крепко-крепко, — очень правильно.

И рыжая убежала вслед за сестрой. А Даяна все-таки добралась до лестницы, ведущей на третий этаж. Только вместо того, чтобы подняться в свою комнату, пошла вниз. В холле на одном из диванов сидел Федор Григорьевич. И вид у мужчины был не важный.

— Даяна, — встрепенулся, когда она обнаружила свое присутствие. Выпрямил спину и напустил на себя спокойный вид, но она-то видела — плохо ему до чёртиков.