Герои былых времен - Юлия Федотова

– Интересно, с чего бы? – гадала Ильза. – Ест то же, что и мы, готовлю я чистенько…

Во времена их прежних походов пищей занимались все по очереди. Но теперь Ильза из любви к искусству почти полностью отстранила друзей от этого дела. Временами, когда ей бывало лень, Энка варила свой дежурный суп или Орвуд жарил мясо на вертеле (вернее, на мече, хотя его и убеждали, что оружие от такого обращения портится). Остальных к кухне не подпускали вовсе. Особенно Хельги и Меридит. Себе дороже. Амазонка же первое время питалась из собственных походных припасов. Когда же они иссякли, перешла на общий котел, но кулинарных услуг не предлагала. Только ела, причем с таким видом, будто делала большое одолжение. Потому и на пользу не шло, решила Ильза.

– Бедная, – загоревал Рагнар. – Аолен, ты бы ее исцелил! Мучается же!

Но тот отказался. Не стану, сказал, пока сама не попросит! Заносчивость южной особы раздражала даже эльфа. К тому же он вовсе не был уверен, что справится с такой прозаической хворью…

Уж теперь-то Энка сообразила, что это за хворь!

Позже, когда они тронулись в путь и амазонка, по своему обыкновению, ушла далеко вперед, сильфида заговорщицки окликнула рыцаря.

– Слушай, Рагнар, – сказала она, понизив голос почти до шепота, – у меня для тебя плохая новость! Твоя дама сердца ждет наследника, причем не от тебя!

– Понятно, не от меня! – кивнул тот спокойно. – Я ей еще даже не признался… Погоди! С чего ты взяла?!! Откуда ты знаешь?!!!

– Ну, – важно задрала нос сильфида, – не буду посвящать тебя в подробности, они тебе ни к чему. Скажу одно – я абсолютно уверена. Нет ни малейших сомнений!

Аолен ускорил шаг, стараясь незаметно приблизиться к амазонке. Потом дождался остальных и объявил:

– Все верно! Я вижу две жизни вместо одной! Как же я сразу не понял? Осел сехальский, а не целитель, вот кто я!

Новость вызвала общий ажиотаж. Пожалуй, в другое время мужская часть компании не проявила бы к известию подобного интереса, но в тот момент все были рады возможности отвлечься от тяжких дум.

– Что, правда?! – округлив глаза, спросила Ильза. – Боги Великие, как интересно! У нее младенец будет, да? А она сама знает?

Сильфида пожала плечами:

– Догадывается, наверное, если не совсем дура. А насчет младенца… Учитывая ситуацию, я на ее месте избавилась бы.

– Это большой грех! – уверенно возразил Рагнар. И добавил, секунду подумав: – В крайнем случае я его усыновлю. – Еще помолчал и добавил: – Хотя папаша даст мне по шее.

Гном не оценил благородный рыцарский порыв:

– Оно тебе надо? С престолонаследием путаница выйдет. И вообще. Если бы хоть знать, от кого ребенок…

– Может, у амазонок тоже партеногенез? Как у ди… – начал было Хельги, но взглянул на сестру по оружию и поправился: – Как у пчел.

Меридит фыркнула:

– Тогда она точно дура! Нашла время!

Голос ее прозвучал слишком громко. Дева… хотя нет, уже не дева, оглянулась. Все разом умолкли, подняв к небу невинные физиономии. Вроде бы они облачками любуются. Но стоило той отвернуться, разговор возобновился.

– Интересно, когда он родится? – любопытствовала Ильза. – Сколько амазонки вынашивают детей?

– Люди – девять месяцев! – сообщил Эдуард, гордый своей осведомленностью.

Но Ильзу он не впечатлил, про людей она тоже знала Ее интересовали другие народы.

– Гномы – восемь, – сказал Орвуд. – Я от сестры знаю.

– Сильфы – двенадцать.

– Ох как долго! – посочувствовала подруге Меридит. – Мы гораздо меньше!

– Сколько? – потребовала уточнений Энка.

– Пять.

– Ничего себе! Вы прямо как кошки!

– Нет, – поправил ученый магистр Ингрем. – Кошки – всего два!

– Тьфу на тебя! Это я образно выразилась!.. А почему так быстро?

Этого Меридит не знала.

– Может, потому что дисам опасно долго засиживаться дома, – предположила она.

– Скорее всего, – согласилась сильфида. – Иначе вы все давно стали бы троллихами… – И пристала к смущенному Аолену: – А эльфы? Что ты молчишь? Признавайся!

– Три… – прошептал тот, отворачиваясь.

– Месяца?! – удивилась девица.

– Года.

– !!!

– Теперь понятно, почему эльфов становится все меньше, – рассудила Меридит. – Кому в наше время захочется мучиться целых три года?

Тут Хельги поспешил вмешаться. Не то чтобы его интересовала данная тема, просто из сочувствия к Аолену.

– Пожалуй, амазонки по природе своей ближе всего к людям, – сказал он, чтобы отвлечь общее внимание от эльфийской физиологии. – И сроки должны совпадать.

– Поживем – увидим! – подытожил гном. – Надо же! Младенец будет! А сама недотрогой прикидывалась! – Ему вспомнился случай на драккаре. – Баба – она и есть баба, как бы ни рядилась воином!

– А вот я тебя сейчас тресну, тогда посмотрим, кто кем рядится! – пообещала обиженная Меридит.

– Дис это не касается! – пошел на мировую гном. – У вас же как у пчел!

Но Меридит только сильнее рассердилась.

– А куда мы, собственно, идем? – опомнился Хельги, после того как они в бодром темпе отмахали несколько часов пути. – Мы ведь потеряли след Странников!

– Точно! – Орвуд остановился и заорал маячившей впереди амазонке: – Эй! Как тебя там? Поворачивай оглобли! Мы не знаем, куда идти!

Ему нравилось обращаться с Эфиселией нарочито грубо. Отыгрывался за ее дурной нрав. Но теперь его даже Энка одернула:

– Ты бы повежливее! Как-никак дама в положении! – И потребовала: – Хельги! Представь себе, что ты Странник! Куда бы ты пошел?

Тот представил. Ответил уверенно:

– В Эскерольд!

– Почему?

– Таково общее направление их движения. Если прежде они шли все время прямо, логично предположить, что и дальше не свернут. А от Эйка в этом направлении одна прямая дорога – на Эскерольд.

– А почему не на Понит?

Хельги сунул под нос спорщице карту, подаренную Рю Велотом:

– Какой Понит? Его лет через пятьсот построят, не раньше! За рекой Венкелен сейчас нет поселений ни человеческих, ни других компактно проживающих народов. Только тролли, болотники и всякая нежить.

– Ладно, уговорил! – признала поражение девица. – Проверим это направление.

Проверили. Предположение Хельги нашло подтверждение в первой же деревне по Эскерольдскому тракту. Здесь тоже помнили благодетелей.