Век золотых роз - Анна Клименко

– Уфф… – по шее скатилась холодная капля, и Дар-Теен безмолвно поблагодарил бога-покровителя за то, что сберег маленький мешочек от алчных кочевников.

Он улегся на бок, прислоняясь щекой к холодной и влажной земле, и сам не заметил, как задремал.

…Проснулся Дар-Теен от весьма чувствительного пинка под ребра. Брызнул в глаза мягкий сумеречный свет, затем в поле зрения появился отороченый мехом сапог.

– Поднимайся, северянин. Наш владыка хочет с тобой говорить, – прогудели с высоты.

Дар-Теен попытался сесть, но тело затекло окончательно, и все кончилось тем, что два дюжих кочевника подхватили его под руки и выволокли из шатра.

Над Эртинойсом и правда сгущались сумерки; на востоке, у горизонта, ухмылялась довольная собой круглая луна. Стойбище медленно отходило ко сну – лишь темными изваяниями стояли дозорные, да изредка порыкивали сытые щеры.

«А синха так и не привели», – мрачно подумал Дар-Теен, – «неужели – все?»

И воображение тут же услужливо нарисовало картину «выпотрошенный синх на жертвенном алтаре». Дар-Теену стало совсем грустно.

– Куда вы меня тащите? – вяло поинтересовался он у бодро шагающих ийлуров.

– Ты туп, как и все северяне, – последовал ответ, – мы уже известили тебя, что наш владыка будет с тобой говорить. Ты же хранишь новость так, как решето может хранить воду.

– А куда делся мой синх? – ийлур немного воспрял духом, – верните мне его! Это же ценный дар… Да мы не сделали ничего дурного, мы просто шли через ваши земли, шли с миром!

Кто-то из кочевников презрительно хмыкнул.

Дар-Теен хотел было еще раз хотя бы попытаься выспросить о судьбе Элхаджа, но не успел: его подтащили к большому шатру, отдернули полог и деловито швырнули внутрь. Как раз к ногам хозяина Ничейных степей.

– Я – Тхо-Ра, – не замедлил объявить последний, похрустывая шейными позвонками, – свободный народ избрал меня своим властелином.

– Безмерно рад твоему возвышению, – Дар-Теен перекатился набок, – может быть, владыка соизволит приказать, чтобы меня хотя бы развязали? Не привык валяться даже перед властелином Северного Берега…

Он сказал это – и сам испугался. Додумался, видите ли, язвить предводителю кочевников… Но, похоже, Тхо-Ра был настроен благодушно.

– А ты дерзок, северянин, – прогудел он, поправляя длинные усы, заплетенные в косы. Кивнул застывшему у выхода кочевнику, – освободите его. Не думаю, что он способен мне навредить, особенно после того, что предсказал синх.

«Предсказал?» – Дар-Теен молча принялся растирать черные полосы на запястьях, – «что там Элхадж предсказал?!!»

Под сердцем завозилась тревога. Ийлур поднялся и выжидающе уставился на Тхо-Ра. Тот, в свою очередь, не без любопытства рассматривал пленника.

– Твой синх и вправду бесценный дар для любого правителя, – наконец пробормотал властелин степей, – его предсказания помогли мне заглянуть за пелену грядущего.

– Что с ним? Что с этим синхом? – не выдержал Дар-Теен, – он жив?

– Жив, – Тхо-Ра пожал плечами, ширине которых мог позавидовать бы и владыка Северного Берега, – и будет жить еще четыре восхода, пока ты не принесешь мне то, что было предсказано этим чудным синхом.

Дар-Теен почувствовал, что брови его самовольно ползут все выше и выше, стараясь перебраться через весь лоб.

– Было… предсказано?..

Он еще не верил собственным ушам. Предсказатель-Элхадж, который в силу природы своей не был способен провидеть грядущее, ухитрился наговорить кочевнику какой-то чепухи, в которую тот уверовал! Дар-Теен скрипнул зубами и вновь ощутил желание придушить противную ящерицу. Жаль только, сейчас Элхадж был недосягаем.

Тхо-Ра кивнул, стараясь вложить в этот незамысловатый жест побольше величия.

– Да будет тебе известно, северянин, что жил много веков тому назад величайший воин Эммо-Ртар. И был у него меч, названный Черным Убийцей, от которого не спасали никакие доспехи, и который исторгал душу из тела даже на расстоянии пяти шагов. Твой синх предсказал мне великую победу, и в руках моих будет этот древний меч. И – сам Фэнтар даровал тебя на моем пути, потому что именно ты и принесешь мне Черного Убийцу.

Дар-Теен подумал, что, вероятно, кто-то из них сходит с ума. То ли сам он, то ли Тхо-Ра.

– Дети степей не должны ступать на землю мертвых, – принялся пояснять владыка, прохаживаясь туда-сюда по шатру, – тебе же твои обычаи не запрещают это. Мне не раз говорили, что северяне хоронят умерших в земле, чтобы потом навещать, и не отпирайся! Значит, ты и отправишься. А синх будет дожидаться тебя четыре дня и четыре ночи. Если не появишься, мне придется его убить – хотя, клянусь Фэнтаром, жаль будет…

– Погоди, погоди, владыка, – Дар-Теен замотал головой, – я не понимаю! Какая земля мертвых, какой меч? И почему ты полагаешь, что мой синх предсказал именно это?

Тхо-Ра укоризненно покачал головой. Затем, поддев с блюда кусок жареного мяса, отправил его в рот.

– Каждое слово предсказания отражается истиной в моем сердце, – пробормотал он, энергично двигая челюстями, – не может быть сомнений в том, что я понял речь синха подобающе. Эммо-Ртар погиб в Кар-Холоме, северянин, и где-то там лежат его кости, и его великий меч. Ты отправишься в Кар-Холом, добудешь Черного Убийцу и принесешь мне. Если сделаешь это за четыре дня, забирай своего синха, я не буду вас удерживать. Если же нет…

И только тут Дар-Теен начал понимать суть происходящего. Выходит, Элхадж молол-молол чепуху, но чепуха эта накрепко засела в мозгах Тхо-Ра. Колким кристалликом, занозой застряла в сознании мысль о том, что кого-то нужно отправить за мечом в город мертвых. А кого отправишь, как не чужака? Оставив при себе ценного синха?..

– Можешь сразу рубить голову предсказателю, – спокойно сказал Дар-Теен, глядя в темные глаза кочевника, – тебе ли не знать, что отсюда до Кар-Холома пути куда больше, чем четыре дня?

И тут владыка Ничейных степей сказал нечто любопытное. Очень.

– Я знаю дорогу, которая приведет тебя в Кар-Холом за два удара твоего сердца.

«Нет, кто-то из нас точно не в себе», – решил Дар-Теен. Но, дабы не злить лишний раз одержимого злыми духами, мягко поинтересовался:

– Меня понесут элеаны, взывая к своему отцу Санаулу?

Тхо-Ра молчал, перебирая куски мяса на блюде. Похоже, это было отличное мясо щеров, сочное, в меру жирное, и пахло оно тоже замечательно. Дар-Теен невольно сглотнул слюну: ел он давненько, да и то корешки и прочую несъедобную гадость.

«Издевается, гад», – подумал ийлур, когда кочевник неторопливо отправил в рот очередной кусок, – «не иначе, издевается…»

– Ты глуп, северянин, – задумчиво проговорил Тхо-Ра, – мой народ не водится с теми, чей род предпочитает Сумеречный хребет. Степи хранят свои тайны от таких чужаков, как ты… Но ради Черного Убийцы я готов кое-что рассказать.