Тайный Дозор - Николай Желунов

– Артур, трансформация.

Ответом было глухое рычание.

– Не заставляй меня снова включать звук, Артур!

В принципе в процессе превращения оборотня из волка в человека и наоборот для нас троих не было ничего удивительного. Куда больше удивляло то, что камера Артура была закрыта не только в физическом мире – если бы не это, он так или иначе нашел бы выход отсюда. По периметру камеры располагался сумеречный «барьер»: волшебство незамысловатое, но для слабой нежити непреодолимое.

В человеческом облике Артур выглядел печально. Голый и тощий мужчина средних лет, почти полностью облысевший – лишенный стоп на обеих ногах и левой руки ниже локтя. Артур отрешенно смотрел в пол, сидя на кровати. Похоже, его напичкали к нашему приходу какими-то препаратами.

– Впечатляет, – бесстрастным голосом произнес Скиф.

– И только? – Уязвленный нашей слабой реакцией ученый шагнул к стене и отдернул занавеску. – Что ж, вот вам более интересный образец – Рита.

Сердце мое сжалось. За большим прозрачным экраном на металлическом столе лежала женщина-оборотень. Тело ее было как будто измолото в мясорубке, кости волчицы вытянулись почти до размеров человеческих, лицо застыло в ужасной маске превращения – половина его была еще волчьей, другая принадлежала красивой темноволосой девушке. Она казалась спящей. Эту камеру также окружал по периметру «барьер».

– Как видите, – в тоне Серко появились нотки самодовольства, – мне удалось поймать момент трансформации. Ровно посередине между женщиной и зверем.

– Она жива? – спросил Скиф.

– Безусловно. Хотя мозг и пострадал во время эксперимента, но я нашел способ воздействовать на объект.

Только теперь я заметил сеть тонких проводков, опутавших череп женщины. Макушка была выбрита, и провода уходили под кожу.

– Здравствуй, Рита, – сказал Серко в микрофон, – как поживаешь?

И нажал на пульте одну из кнопок. По искалеченному телу пробежала судорога, один (человеческий) глаз открылся, и из динамиков донеслось едва различимое сдавленное хрипение.

Леонид не выдержал и отвернулся. Серко посмотрел на него с усмешкой.

Передние лапы-руки Риты конвульсивно двигались, словно пытались ухватиться за что-то.

…больно мне так больно больно пожалуйста не надо больно мы в аду помогите…

– Сегодня не очень, – прокомментировал ученый, – хотите взглянуть на ее энцефалограмму? Весьма любопытно. Наука не стоит на месте. Поверьте, если мы получим финансирование, я берусь расшифровать их геном.

Лично мне уже все было ясно с этим садистом и его подземным казенным учреждением. Я не сомневался, что все здесь будет сожжено и залито бетоном в ближайшие часы, а самого Серко ждет ужасное наказание. По дрожанию щек Леонида я понял, что он разделяет мои мысли. Лишь шеф по-прежнему оставался бесстрастным.

– Как же вы кормите их? – спросил он.

– Вы правы, это нелегко, – кивнул ученый, – обоим требуется свежее мясо. Рите приходится вводить пережеванную пищу в желудок через трубочку. Но интересно не это – для существования им нужна не только обычная энергия, о нет. Мы приводим им в камеры людей, чтобы они напитались от них некоей жизненной силой – энергией, природу которой еще предстоит изучить. Но давайте посмотрим следующего подопечного, его способ питания поразит вас по-настоящему.

Мы потянулись следом за Серко в коридор. Я медленно сжимал и разжимал кулаки за спиной.

– Объект одиннадцать, Фрол.

В следующей камере не было внутренних перегородок и пуленепробиваемых стекол. Вампира отделяла от нас только толстая решетка с пятнами ржавчины. Как и предыдущие «объекты», обитатель камеры был калекой и находился в легком трансе.

– Здравствуй, Фрол, – позвал Серко, – как настроение?

– Я убью тебя, – сипло отозвался вампир.

– Ничего, ничего, сейчас будет хорошо.

Серко извлек из холодильника бутылочку с кровью, и заключенный, прихрамывая, заспешил к решетке. Сквозь толстые прутья протиснулась тонкая и очень бледная, почти голубого оттенка рука с отросшими ногтями.

– Как видите, пациент питается чистой человеческой кровью, – с удовольствием сказал ученый, глядя на то, как Фрол жадно пьет из бутылочки.

– Да что вы говорите, – буркнул Скиф.

– Для поддержания жизни ему необходима человеческая кровь, – задетый его равнодушием, быстро заговорил Серко. – Я покажу вам запись, сделанную несколько месяцев назад, когда он в последний раз по-настоящему кормился.

Он расправил на стене белое полотнище экрана, извлек из шкафа проектор и приглушил свет.

– Натурный эксперимент Ф11-205, – произнес за кадром знакомый скрипучий голос Серко, – тринадцатое декабря 1997 года.

Проектор тихо гудел, втягивая в себя пленку из черной бобины. Мы увидели, как в камеру к Фролу два ассистента в белых халатах ввели молодую женщину в закрытом купальнике. Судя по ее помятому лицу, она не принадлежала к элите общества. Женщина заметно покачивалась на ходу и в камере сразу же опустилась на кровать, закатив глаза. Фрол, дрожа всем тощим телом, подобрался к ней и прильнул к яремной вене. Женщина слабо сопротивлялась. Камера наплыла, и мы увидели крупным планом заострившееся лицо вампира, раздутые ноздри и тонкие клыки. По шее жертвы скатилась тонкая красная струйка.

– Как давно ты здесь? – спросил Скиф.

– Я не знаю, – глухо пробормотал Фрол, – может быть, годы… Если я в чем-то виноват, простите меня.

– Ты ни в чем не виноват.

– Тогда отпустите меня, – тихо сказал Фрол, – или убейте.

– Скоро ты будешь свободен.

Серко медленно поднял голову.

– Кто вы такие, черт возьми? – прошипел он, отступая к стене.

– Инспекция, вы же знаете.

– Инспекция – откуда?!

– А вы еще не поняли? – ответил вопросом на вопрос шеф.

Серко выхватил из кармана халата пистолет, быстро взвел курок:

– Только без глупостей!

– Вы тупее, чем я думал, – зевнул Скиф.

Серко принялся стрелять – шеф вскинул перед собой Щит Мага, прикрывший и нас с Леонидом. Это выглядело эффектно: пули как будто застыли перед поднятой рукой Скифа, а затем осыпались сверкающим горохом на пол.

– Сколько у вас заключенных? – спросил Леонид.

– Четырнадцать, – поколебавшись, ответил ученый. – Прошу вас, я вовсе не хотел…

– Сколько уже умерло?

– Я не… Я не веду такой статистики… Товарищи, вы несколько превратно поняли…

– Брось пистолет, – остановил его Скиф, – и отведи нас к Иному, который тебе помогает.

За решеткой Фрол плакал, размазывая по щекам слезы.