Пробудившийся любовник - Дж. Р. Уорд

Заметив удивленный взгляд копа, он пробормотал:

— Да ладно, хватит строить невинность. Ты ведь живешь с ним бок о бок.

— И готов поклясться, что ничего такого нет… Привет, Белла.

Вампир обернулся и потерял дар речи. Девушка в дверях светилась здоровьем. От синяков — ни следа. Красота стала просто… ослепительной.

— Привет, — сказала она. — Фури, мы можем поговорить? Когда вы доиграете?

— Буч, не возражаешь, если мы прервемся?

— Без проблем. Пока, Белла.

Когда коп ушел, Фури сосредоточенно засунул кий в стойку.

— Неплохо выглядишь. А как самочувствие?

— Намного лучше.

Конечно же — ведь она пила кровь братца.

— Ну, и… как дела? — спросил Фури, стараясь не думать, как Зет и Белла смотрелись вдвоем.

Девушка молча подошла к застекленной двери. Полы халата тенью скользнули по мраморному полу. Длинные волосы колыхались в такт шагам. Голод скрутил все внутри, и Фури взмолился о том, чтобы запах его не выдал.

— Смотри, луна почти полная.

Ее рука прижалась к стеклу.

— Жалко, что нельзя…

— Хочешь прогуляться? Я принесу куртку.

Белла улыбнулась через плечо.

— Я босая.

— Минутку.

Вернулся он быстро с парою меховых ботинок и старомодной бархатной накидкой, которую запасливый Фриц откопал где-то в шкафу.

— Вот это скорость, — сказала Белла, накидывая кроваво-красную пелеринку.

Фури опустился на колени.

— Давай помогу.

Девушка подняла ногу, он надел ботинок, стараясь не обращать внимания на нежную лодыжку. Игнорировать аромат тела было сложнее. Не думать о том, что достаточно откинуть халат, и…

— Другую ногу, — хрипло скомандовал воин.

Обув Беллу, Фури открыл дверь, и они вышли на хрустящий снег. На краю лужайки девушка закуталась плотнее и подняла глаза. Дыхание вырывалось изо рта белым паром. Ветер играл полами накидки.

— Скоро рассвет.

— Да, недолго осталось, — кивнул Фури, гадая, о чем пойдет речь.

Но когда ее лицо стало серьезным, понял. О Зетисте. Ясное дело.

— Я хочу спросить тебя о нем, — прошептала девушка. — О твоем близнеце.

— Что именно?

— Как он стал рабом?

Черт. Зачем ворошить прошлое?

— Расскажи, Фури. Я бы спросила его, но…

А, чего уж теперь скрывать…

— Когда Зету исполнилось семь месяцев, нянька утащила его из дома. Их так и не нашли; потом выяснилось, что она умерла, а его продали в рабство.

— Какое горе для вашей семьи.

— Если бы он умер, мы хотя бы могли похоронить тело…

— А когда… когда он был рабом крови… — Белла перевела дух. — Ты знаешь, что с ним происходило?

Фури почесал затылок. Не дождавшись ответа, она продолжила:

— Я не о шрамах и не о принудительном кормлении. Я хочу знать, что еще… делали с ним.

— Послушай, Белла…

— Мне нужно знать.

— Зачем?

Хотя Фури и так догадался. Она собиралась переспать с Зетом, а может быть, уже попыталась. Отсюда эти вопросы.

— Просто мне нужно знать.

— Спроси его самого.

— Зет не скажет, и ты это прекрасно знаешь.

Она коснулась его рукава.

— Пожалуйста, помоги мне понять твоего брата.

Фури продолжал молчать, уговаривая себя, что делает это из уважения к личной жизни близнеца. По большей части это было правдой. Но в глубине души он не хотел помогать Зету пробраться к Белле в постель.

Девушка сжала его руку.

— Он говорил, что был прикован. И что не может вынести женского тела, когда…

Она помолчала.

— Так что с ним делали?

«Твою мать… Зет рассказывал ей о жизни в плену?»

Фури выругался себе под нос.

— Его использовали не только ради крови… Все. Больше я ничего не скажу.

— Господи. — Она покачнулась. — Мне нужно было это услышать. Чтобы наверняка знать.

Налетел порыв холодного ветра, и Фури глубоко вздохнул. Казалось, что в легких не хватает кислорода.

— Возвращайся домой, а то простудишься.

Она кивнула и направилась к дверям.

— Ты не идешь?

— Сначала покурю. Ступай.

Он не проводил ее взглядом, но слышал, как закрылась дверь.

Сунув руки в карманы, Фури смотрел на засыпанный снегом газон. Потом смежил веки и перенесся в прошлое.

После превращения Фури начал разыскивать близнеца. Он прочесывал Старый Свет в поисках имений, где хозяева были достаточно богаты, чтобы держать слуг пока не услышал рассказы об аристократке, державшей раба, походившего, судя по размерам, на воина. Найти ее оказалось непросто.

Что неудивительно. В те времена, в начале девятнадцатого века, раса была относительно сплоченной, все соблюдали закон и уважали традиции. За пленение воина и превращение его в раба крови полагалась смертная казнь. Поэтому расследование пришлось вести очень осторожно.

Созвать Совет и потребовать выдачи брата значило вонзить в него нож. Тюремщик наверняка прикончил бы своего пленника и избавился от тела.

В конце столетия Фури уже утратил надежду. Родители к тому времени умерли. Племя вампиров в Старом Свете раскололось. Началась эмиграция в Америку. Он блуждал по Европе как потерянный, гоняясь за слухами и намеками… пока неожиданно не набрел на то, что искал.

Это случилось на английской земле. Он отправился на вечеринку соплеменников в замок на берегу Дувра. Стоя во время танцев в темном углу зала, он подслушал разговор двух мужчин. Они говорили, что хозяйка дома владеет на редкость одаренным природой рабом крови и так гордится им, что разрешает не только смотреть на свои плотские утехи, но и принимать в них участие.

С той самой ночи Фури начал за ней ухаживать.

Он не боялся выдать себя сходством с Зетистом, хотя они и были близнецами. Во-первых, его богатый наряд. Никому бы в голову не пришло, что такой достойный мужчина ищет раба, купленного еще ребенком. Во-вторых, он изменил внешность. Отрастил бородку, спрятал глаза за темными стеклами очков, жалуясь на слабое зрение.

Хозяйку дома звали Катронией. Аристократка из богатой семьи, замужем за купцом-полукровкой, ведущим бизнес в мире людей, из-за чего много времени проводившая в одиночестве: хеллрен был в постоянных разъездах. Но, судя по слухам, раба крови она завела еще до замужества.