Империя Крови - Ричард Кнаак

— Иначе Хотаку никогда не привлечь бы столько народа дляпереворота. Чот был слишком высокомерным... Что и доказала Ночь Крови. Нотеперь Арднор с леди Неферой правят именем Хотака, однако его идеи забыты. Раноили поздно эти двое разрушат империю своим безумием.

— Джубал не зря говорил, только племянник Чота можетобъединить всех, — вмешался Ботанос. — Ты не просто мстишь за семью, Фарос, тыновый Тремок, четырежды пересекший Ансалон, чтобы отомстить за подругу, тыМакел, уничтоживший кровавое царство людоедов, ты Митас, обманувшийпревосходящие силы врага!

— Да... ты доказал прекрасную способность к выживанию,—неохотно согласился седой, но еще мускулистый минотавр в зеленых одеждах.

Остальные каперы промолчали, а их лидер пристальноразглядывал Фароса.

— Хотак хотел восстановить старую империю, — продолжалкапитан «Драконьего Гребня», — но его жестоко обманули. Фарос, ты сможешьсделать это вместо него.

— Не все в этом уверены, — протянул другой купец.

— Мы не хотим терпеть у власти Дом Дрока, Эс-Келин, —прорычал татуированный морской бродяга. В дополнение к золотым сережкам в ушахон носил здоровенное кольцо в носу. — Нам не надо таких правителей, как Арднор!

Фарос посмотрел на спорящие партии. «Если я выиграю трон, —подумал он, — кто бросит мне вызов через несколько дней?»

Ботанос угадал его мысли.

— Никто не говорит о тебе, Фарос... Но если твои дочери илисыновья захотят трон, пусть сражаются на арене с другими претендентами.

Вокруг одобрительно зашумели, а предводитель мятежниковвздохнул — у него не было детей, и вряд ли они когда-нибудь появятся. Но дажеесли так... ему еще надо умереть самому.

— Тогда давайте обсудим наши планы!

— А безопасно ли тут? — спросила Тинза. — Ведь Леди Списков,без сомнения, подслушивает!

— Земли Керна усыпаны костями легионеров и Защитников, точнознавших, где я и что собираюсь делать!

Смелые слова Фароса заставили одобрительно зашуметь каперови колонистов, но торговцы побледнели.

— Не так быстро, мы еще не дали согласия следовать за тобой,— вскочил купец. — Откуда нам знать, может, ты просто жалкий раб и всевыдумал...

— Мне кажется, поступки Фароса говорят сами за себя, —вставил Напол. — Они — его лучшая рекомендация.

— А мне кажется, твои предпочтения давно всем известны,Напол! — парировал купец. — Только разделяют ли их остальные?

— Тогда давайте говорить открыто, — вскочил Фарос. — Ипокончим с этим!

Каперша хрипло расхохоталась и одобрительно ударила кулакомо ладонь:

— Да! Кинжал вверх или вниз!

— Вверх! — выкрикнул один.

Еще двое проголосовали «вверх», потом двое — «вниз».

Ботанос наклонился к уху Фароса и прошептал:

— Кинжал вверх означает ритуальный знак борьбы за лидера.Кинжал вниз переводит проголосовавшего в его соперники... Старый морскойритуал, я уже почти забыл его...

— Я не вынимаю кинжал из ножен, — пробормотал один капер.

— И я воздерживаюсь, — отвел глаза другой.

Потом пират выбрал «вниз», а следующие пятеро единогласно —«вверх».

Каперша торжественно приложила кулак к груди:

— Итак, большинство проголосовало. Мы с тобой, Лорд Фарос.

Лидер купцов насупился.

— А ты с кем? — посмотрела на него Тинза.

— Мы наблюдаем и ждем.

Колонисты не колебались:

— Ты избран Богом, Фарос. Кондор прикрывает тебе спину. Мыне забыли верности ему и потому пойдем за Домом Келинов.

Старший купец немедленно поднял руку:

— Так же, как и мы!

Каперша хихикнула, но Фарос решил не акцентировать вниманиена столь тонкой политике. Теперь абсолютное большинство командиров перешло наего сторону.

— Итак, решено. Фарос — наш лидер! — удовлетворенно объявилБотанос.

Уже несколько колонистов и каперов издевались над «внезапнопрозревшими» торговцами.

— Что нам делать, Фарос? Приказывай! — посмотрелпредводителю в глаза старый капитан.

— Сначала определимся. Все суда, окружающие этот жалкийклочок суши, надёжны? Будут ли еще присоединившиеся?

— Есть еще корабли, — прогрохотал широкоплечий минотавр изнезависимых. Его огромная, отполированная до зеркального блеска секирапокачивалась за спиной. — Они верят, что Нолхан сможет сотворить чудо.

Фарос повернулся к Тинзе:

— Нолхан прислушается к нам?

— У него есть сердце,— протянула бывший морской офицер, — ноя думаю... Нет, Нолхан не переступит через себя.

— Тогда обойдемся тем, что имеем, — решил Фарос. — Поднимаемпаруса завтра на рассвете.

— Завтра? — удивился такой срочности Напол.

— Большая часть имперских сил сейчас растянута в Куранскомокеане и Амбеоне. Если атаковать достаточно быстро, они не смогут полностьюподготовиться к отпору. — Фарос расстелил большую карту Кровавого моря и частиокеана. В центре находились острова Митас и Котас, которые минотавр обвелпальцем, и колония Мито. — На все три эти точки необходимо напастьодновременно. Торот, величайший император, завоевавший множество земель, сказалоднажды: «Кто владеет сердцем империи, тому подчиняется ее душа». Если все получится,Дом Дрока обречен, а с нашими воинами я в этом не сомневаюсь.

Все повстанцы удивленно посмотрели на Фароса.

— Если большинство легионов распылено к востоку и западу отсердца империи, — возразил минотавр с секирой, — то Защитники расположены накаждом острове.

— А если нам помогут местные жители, недовольные нынешнимипорядками?

Минотавры задумались — было много Защитников, много истинноверующих Предшественников... но основная масса народа никому не верила. Анедовольство среди минотавров росло с каждым месяцем. Это кровавый план... ноон может удаться.

— А как насчет Храма? — поинтересовался Напол. — Ты жеговоришь, что за жрецами стоит ужасный Моргион?