Седьмой рыцарь - Екатерина Кариди

Когда девушка стремительно вышла, оставив его наедине с самим собой, мужчина так и остался сидеть за столом, отершись лицом на скрещенные руки. Гнетущее ощущение, словно огромные когти прошлись по его душе.

Ему было тяжело носить в себе это все. Тяжело знать и постоянно ощущать и тягу разделенного с ним дракона, и эту тесную связь с братьями. Но поменяться сейчас местами не хотели ни он, ни дракон. Тот спор вымотал обоих.

Застыв в одной позе, Хаториан думал. Не сразу, но девушка вышла, а он вдруг понял, что больше не слышит ее мыслей. Чувствовал присутствие, даже отголоски эмоций. Но так, словно она закрылась от стеной.

В какой момент это произошло, Хаториан не знал. Наверное, все-таки во время разговора. Всему виной та дикая смесь чувств, охватившая его тогда.

Так вот оно как бывает, когда чувствуешь себя человеком по-настоящему. Это когда боль в груди, а в голове пустота. Жалкие попытки понять, в чем была ошибка. А в сердце обрывки надежды.

Огромные. жгучие. Но обрывки.

Нет. Этого душевного раздрая не увидит и не почувствует никто.

Он встал, еще более холодный и замкнутый, чем обычно. Отошел к окну и застыл, глядя вдаль.

Вильгельмина не помнила, как вышла из той королевской столовой, ноги сами несли куда-то. А в голове билась мысль, что ее снова используют. Пусть не так жестоко, как это хотел сделать Филберт.

Но еще более жестоко! Еще более…

Нет ничего хуже, чем дать человеку поверить в то, что его любят, а потом…

— Довольно, — приказала она себе.

Остановилась где-то в коридоре. Прижалась лбом к стене, потрясла головой. Да что с ней такое? Откуда эта дурацкая чувствительность?

Надо вернуться и продолжить занятия. И вообще, вести себя так, словно ничего не произошло. С какой стати ей, спрашивается, подарки судьбы? Ей, нищей опальной принцессе с островов?

Смесь досады и стыда за собственную глупость ядом расползалась в душе, и от этого почему-то по-настоящему болело и жгло где-то в груди, там, где сердце. Надо дышать, просто глубоко дышать. И закрыть глаза. Так учила ее матушка, если больно.

И боль действительно отступила. Постояв немного, девушка пришла в себя и огляделась. Куда она попала? Эту часть дворца Виль еще не видела, впрочем, дворец велик как город, много ли она могла увидеть за день с небольшим?

Здесь потолки были чуть ниже, а коридоры просторнее, больше мебели, драпировки на окнах. Открытые арки вместо дверей. Здесь было все так и все же немного не так, словно…

Чувствовалась женская рука. Во всем. В неуловимой мягкости и легкой вычурности. Тонкий вкус, ничего лишнего. Но. По-женски.

Внезапно Вильгельмина поняла, что, кажется, забрела на пресловутую женскую половину. И напряженно застыла. Вовсе не хотелось встречаться с кем-то из многочисленных наложниц этого… Этих…

Однако поздно.

Из арки недалеко от нее вышли две женщины, и тоже на мгновение замерли, впившись в нее взглядом. Очень красивые, богато одетые женщины с холодными глазами. Но миг прошел, две красавицы, отвернулись и пошли в противоположную сторону, тихо переговариваясь между собой.

В эти пару секунд Виль казалось, что ноги приросли к полу, а горячая лава вливается в легкие вместо воздуха. А потом внезапно ударило холодом, словно обсыпало ледяной крошкой. Как зимние волны дома на островах.

Дома. Дома. Дома…

Она быстро развернулась и чуть не бегом побежала обратно. Несколько поворотов по коридору, развилка, которую она тогда не заметила — и вот уже обстановка вокруг стала казаться узнаваемой. Ноги немного дрожали, а сердце колотилось.

Выбралась.

Несколько секунд себе, чтобы успокоить сбитое дыхание.

Дальше она уже пошла спокойнее. За очередным поворотом бесконечных коридоров на нее чуть не налетел Рианат, девушка успела вовремя отскочить в сторону.

— Леди Виль! — озабоченно воскликнул он. — Где вы были? Время занятия началось, а вас все нет! Я уж думал, вы потерялись.

Взгляд его метался по ее лицу, рыцарь выглядел всерьез обеспокоенным. Виль нахмурилась, понимая, что у нее нет права на претензии. И очень-очень глупо, но претензии почему-то были. Затолкав их поглубже, проговорила:

— Спасибо, лорд Рианат. Со мной все в порядке, я тут, — она оглянулась назад. — Гуляла.

У мужчины проскользнул весьма озабоченный взгляд в сторону, куда указала Виль. Это только укрепило ее решимость, почему-то разозлив еще больше.

— Радужные шарики?! — пробормотала она про себя, чувствуя, что приподнятого утреннего настроения как не бывало.

Вслух сказала:

— Пойдемте, лорд Рианат, начнем занятие. Если вы не передумали, конечно.

Мужчина замер на секунду и нахмурился, скользнув по ней каким-то обиженным взглядом:

— Прошу вас, леди.