Кровь дракона. Держать строй - Дмитрий Христосенко

– Сотник Оноре.

– Сотник Сувор.

Потом, тот из них, который Оноре, сказал:

– Господин, капитан отряда ожидает вас в доме.

Тарох недовольно фыркнул, раздувая толстые щеки.

Ему не понравилось, что кто-то там его ожидает, когда должен был встречать такого человека на причале. С какой стати он – уважаемый купец – должен идти к какому-то капитанишке? Кто тут главный-то?

Тарох побагровел, щеки его затряслись, он собрался разразиться градом ругательств, но сотник его опередил. Почтительно поклонившись, он шагнул ближе к купцу и тихо сказал:

– Капитан хочет с вами наедине обсудить одно дельце. У него совершенно случайно, – тут сотник заговорщицки подмигнул Тароху, – образовалось полсотни пленников, и теперь он не знает, куда их деть.

Не знает он?! Как же! Тароха не проведешь!

– Что за пленные? Небось одни старики, старухи да бабы с детишками, – кислым голосом сказал купец, не желая показывать свою заинтересованность.

Сотник оскорбился:

– Как можно, ваша милость?! Только крепкие, здоровые мужчины! Это очень хороший… – говоривший сделал заминку, – товар.

Дело есть дело, и купец сменил гнев на милость. Да и обращение ему понравилось: «ваша милость». Так только к виконтам да баронам обращаются.

– Что ж, посмотрим, посмотрим.

– Идемте, ваша милость. Сейчас все покажем.

Тарох оглянулся на причал. Остальные баржи уже швартовались.

Купец, в сопровождении десятка охранников, важно последовал за вежливым сотником. Приказчики у него умелые – сами с разгрузкой справятся, – так что можно и отлучиться ненадолго. Второй сотник – хмурый, с резкими чертами лица, плотно сжатыми губами и неприятным взглядом – остался на причале.

Первым делом сотник подвел купца к длинному сараю и, распахнув дверь, предложил полюбоваться на товар. Любоваться Тарох не хотел – чай, не статуя и не картина! – но осмотреть собирался самым внимательным образом. Вошел в помещение. Действительно, товар оказался хорошим – не обманул сотник. Как Тарох ни старался, но никаких изъянов не нашел. Крепкие мужики в самом расцвете сил!

– Неплохо, неплохо, – покивал важно купец. – Сколько хотите?

– Это вам с капитаном нужно договариваться, – уклончиво ответил Оноре. – Я такие вопросы не решаю.

Тарох отреагировал спокойно. Он и сам предпочитал заключать сделки лично, не перепоручая их своим приказчикам. Видимо, и капитан принадлежал к той же породе людей.

– Ведите к капитану, – сказал он.

– Прошу в дом.

Вежливо придержав перед купцом дверь, сотник пропустил его вперед. Помимо Тароха в дом вошло шестеро охранников и сотник. Четверо купеческих бойцов остались на крыльце.

В доме за широким столом сидел молодой человек с красивым, аристократичным профилем, подперев голову кулаком. На голове у него был повязан яркий шелковый платок. На столе, рядом с левой рукой лежали два коротких меча. Услышав шаги, он поднял голову и пристальным взглядом посмотрел на вошедших. Помимо юноши, в комнате присутствовал еще один человек – молодой паренек возле окна, всецело занятый выковыриванием из-под ногтей грязи с помощью острия кинжала. Метнув короткий взгляд на пришедших, он вернулся к своему занятию.

Тарох в свою очередь внимательно посмотрел на сидящего за столом юношу, перевел взгляд на его товарища и удивленно цокнул языком – парень вовсе не оказался таким молодым, как показалось купцу. Ему было около двадцати пяти лет, не меньше. Ошибочное впечатление возникало из-за его худощавого телосложения и не слишком высокого роста. Тарох вернулся взглядом к сидящему за столом молодому человеку, снова посмотрел на его товарища. Ни один из них на капитана отряда не тянул. Растерянно посмотрел на сотника.

Сидящий за столом юнец улыбнулся, догадавшись о возникших у купца сомнениях, и сказал:

– Я капитан Глеб. Мы с моими дружками тезки, – он погладил лежащие на столе мечи, потом махнул рукой в сторону своего товарища: – Это Раон.

По первоначальному плану Волков должен был встречать прибывшего работорговца на причале, но Раон предположил, что купец может узнать в лицо наследника Фаросского престола, и тогда весь план пойдет насмарку. Вместо этого он предложил Глебу укрыться в одном из домов, а роль капитана доверить кому-то из них, например, Оноре. Тот ведь и вправду был капитаном.

Волков никогда не считал себя героем, уверенный, что герои долго не живут, но в этот раз запротестовал, не желая оставаться в стороне. Он хотел лично принять участие в намечающемся деле. Ну, что тут поделать – не любил он работорговцев, не любил! Вся его натура восставала против торговцев живым товаром. К тому же он подозревал, что высказанное Раоном опасение – не более чем предлог, чтобы удержать наследника престола подальше от места будущего боя. В самом деле, откуда какому-то работорговцу знать, как выглядит фаросский маркиз? В герцогстве их не любят и во дворец не приглашают. Вон, когда он гулял по столице в сопровождении Тханга, никто из горожан не узнал наследника престола. В том городе, где они резали с Сувором эльфов, тоже знатоков не нашлось. Почему сейчас все должно быть иначе? Дых и Миклос не в счет – случайность.

Глеб предложил заманить торговца в дом под предлогом встречи с капитаном. Спутники усомнились, что купец потащится на встречу с командиром отряда, а не потребует явиться самому, но Волков, хитро прищурившись, предложил воспользоваться идеей туронцев и сделать вид, что они собираются продать работорговцу захваченных пленников. Зная жадную натуру торговцев, он не сомневался, что прибывший купец согласится на встречу, а для большей реалистичности предложил вначале показать работорговцу товар, роль которого должны были сыграть выжившие крестьяне. Те, хоть и неохотно, но все же согласились.

Все получилось отлично. Представившийся сотником Оноре великолепно сыграл свою роль, так, что у купца не возникло ни малейших подозрений, и он сам поперся в заготовленную ловушку.

Волков хорошо подготовился к встрече. Голову он на всякий случай повязал платком, чтоб прикрыть светлые волосы, способные своим оттенком возбудить подозрения купца, мечи лежали рядом, так что он мог ими воспользоваться в любую секунду, крепкий стол можно было использовать в качестве заграждения, если придется туго, рядом находился Раон, согласившийся составить ему компанию, а в соседней комнате дожидались сигнала орки. На роль солдат они все равно не годились – было широко известно, что Альгерд Туронский терпеть не может их племя и уж тем более никогда не наймет их в качестве бойцов в свою армию.

Когда в комнату важно вошел осанистый, пухлощекий человек в сопровождении Оноре и шестерых угрюмых воинов в длинных кольчугах, то Волков сразу понял, кто к нему пожаловал. Забавляясь в душе над растерянностью купца, лицо которого выражало недоумение, Волков задавил ненужное сейчас веселье и, улыбнувшись открытой улыбкой, сказал: