Закат эпохи. Темный охотник - Антон Лисицын

– Хорошо вы укрепились.

– Горьким опытом научены, – монотонно отвечает гоблин.

– А если серьезно?

– Я и так серьезен, какие тут шутки? Это же один из форпостов на границе наших гор.

Тогда понятно, зачем такие оборонительные сооружения.

Дома двухэтажные в стиле, похожем на земную готику, из серого камня, крытые сланцем. Но город не серый и безликий – стены почти всех домов украшает цветная мозаика. Улочки узкие и извилистые – рельеф местности не дает развернуться, но в оборонительных целях это скорее плюс. Взрослых на улицах почти не видно. Детвора шумными стайками носится взад-вперед. И не только человеческая, но и гоблинская.

– Уютный городишко, – задумчиво произношу я.

– Да, конечно, с прежним не сравнится, но тоже ничего, – соглашается мой спутник.

Дом гоблина впечатляет низкими, приземистыми окнами, забранными слюдой и напоминающими бойницы.

– Великолепный дом, правда, похож на крепость…

– Так сейчас столько разной мерзости развелось, – объясняет он и, показывая рукой куда-то направо, добавляет: – Да вон сам посмотри.

И что там? Молодой парень с разукрашенным лицом, одет в какие-то обтягивающие тряпки и идет, виляя бедрами. Ешкин кот, точно мерзость.

– Это…

– Мужеложец, – перебивает он меня. – И они еще смеют везде орать, что ничем не отличаются от нас!

– А у вас…

– Да мы таких на кол сажаем, если они появляются! – разъяренно отвечает Ртух.

– Правильно, и так всякого добра хватает.

– Жаль, люди этого не понимают!

– Интересно, когда они появились?

– Совсем недавно, и откуда, понять не можем.

Хм, орден уничтожили три года назад, через полгода появились эти, странное совпадение.

– А как люди к ним относятся?

– Нормальные в бешенстве, но есть и уроды, которые их защищают.

– А больше ничего такого не появилось?

– Нет, хотя…

– Хотя что? – переспрашиваю Ртуха, видя, что он о чем-то задумался.

– Да менестрели появились, странные баллады они поют…

– В смысле?

– Вечером заглянем в кабак, послушаешь. Их сейчас много развелось.

Оставив фургон во внутреннем дворике, мы заходим в дом. Прохладно. Впечатляюще, такое чувство, что мы в уютной пещере. Бездымные факелы на стенах дают теплый свет – это только усиливает приятное ощущение.

– Пойдем, покажу твою комнату, – через пару минут предлагает Ртух.

– Пошли, только у меня есть один вопрос.

– Какой?

– Где можно помыться? А то я основательно пропылился…

– У меня купальня есть, – отвечает он, – так что это не проблема.

– Чудесно, показывай тогда комнату, а потом купальню.

Гоблин кивает и ведет за собой.

– Отлично!

Действительно, хорошо смыть дорожную пыль и сытно поесть, тем более не кашей.

– Да, и все-таки зачем ты идешь в империю?

– Я должен узнать, кто виноват в гибели ордена.

– Это понятно, – соглашается Ртух, – но почему именно туда?

– А куда еще? – отвечаю вопросом на вопрос.

– Хм, даже не знаю, – задумчиво произносит он.

– Если и в империи не смогу разузнать, тогда придется… – осекаюсь, не думаю, что гоблин одобрит мою идею с некромантией, с ней у него связаны не самые лучшие воспоминания.

– Ясно, – делая вид, что не заметил недосказанности, отвечает гоблин.

– Ты можешь свести меня с шаманами?

– Думаю, да, но нужно будет преподнести им дары, ты же их знаешь.

Вообще-то нет, но никогда не признаюсь в этом. Тем более тебе.

– Не проблема, золото и камни у меня есть, только мне понадобится твоя помощь.

– Хорошо, завтра пройдемся по лавкам.

– Вот и отлично. Ты там говорил про странных менестрелей. Сходим послушать?

– Давай, тут недалеко, – соглашается он, загадочно улыбаясь.

От дома Ртуха до центральной площади недалеко. Трактир, несмотря на достаточно раннее время, полон народа, большая часть посетителей девушки и женщины.

– Ртух, а почему здесь столько женщин?

– Из-за менестреля.

– В смысле?

– Посмотришь и послушаешь, тогда поймешь, – расплывчато говорит гоблин.

Ладно, подожду…

Мы пробиваемся к стойке, заказываем по кружке темного пива. Затем устраиваемся у стены и ждем.

Минут через десять на небольшую сцену в углу выходит менестрель. М-да, пестрая одежда, смазливое лицо, макияж… Такое чувство, что его из моего мира перенесли, привет, попса, называется. Интересно, что за репертуарчик?

Слегка настроив лютню, он запел приятным тембром, а вот текст… Мне больше про «пастушку младую в стогу ржаном» понравилось. А вот это «произведение» не очень, и это мягко говоря:

Была земля наша молодая,

И добрые эльфы ходили по ней,

Но потом появились люди,

И эльфы отнеслись к ним,

Как к братьям своим.

М-да, и когда они относились к людям, как к своим? Хотя вру, относились. Как к братьям нашим меньшим – зверям!

И полюбил эльфийский лорд простую

человеческую дочь,

Но злобный брат ее

Был коварен и завистлив,

И он предательски убил влюбленных,

А после этого всем рассказал,

Что злобный лорд над девой страшно надругался.

И, чтобы скрыть свою вину,

Убил он деву молодую,

А брат такого не стерпел и отомстил.

Оригинально, люди еще те сволочи, всегда готовы оклеветать «бедных и несчастных» эльфов.

– Ртух, у него все баллады такие? И эту чушь слушают?!

– Так про несчастную любовь же поет, сам красавец, вот женщины и пялятся, да и мужеложцы не отстают…

– И так во всех городах?

– Ага, через какие проезжал, такая же история.

Пропаганду напоминает. Женщины – это матери, и, значит, они будут пересказывать это «творчество» детям. А те будут верить в «белых и пушистых» эльфов…

– Почему вы их терпите?

– Так у него грамота, подписанная несколькими баронами, что-то вроде «по нашему указу занимается просвещением и развлечением, препятствий не чинить», – шепотом поясняет гоблин, – а нам ссориться с баронами не стоит…