Белая тетрадь - Софья Ролдугина

– Приглашу, – неожиданно грустно отозвался князь. – Если доживу… – чуть слышный шепот.

– Что?!

– Ничего. Вставай, пора завтракать и отправляться, день будет трудным. – Он торопливо раскрыл полог и выскользнул наружу, подавая мне руку.

Вскоре «кокон» был свернут, а мы с Максимилианом стояли на твердой земле, честно разделив обязанности: он возился с костром и завтраком, я приводила себя в порядок. Правда, через некоторое время к общественно полезным делам пришлось подключиться и мне: пошел мелкий дождь, и я обеспечила магический «зонтик».

– Погода испортилась, – невнятно заметил князь. Его бесшабашная веселость уступила место глубокой задумчивости. На мои вопросы он отвечал односложно и путался в словах, а если заговаривал сам – замолкал на середине фразы или глотал окончания. Совесть мучит?

– Скоро еще больше испортится, – вздохнула я, глядя на хмурое небо. – Ливень гарантирую, а то и бурю с громом и молниями.

Максимилиан не ответил. Некоторое время он сидел, не двигаясь, а потом залпом допил травяной настой, заменявший нам чай, и начал собираться.

– Идем. Сегодня нам предстоит длинный путь.

И, похоже, не самый приятный, подумала я, но промолчала. Мой последний день явно не задался.

А спустя несколько часов разразилась обещанная буря.

– Держись ближе ко мне! – проорал Максимилиан через плечо. – Если ты сейчас отстанешь, то я тебя не найду при всем желании!

Я только стиснула зубы, оскальзываясь на размокшей глине. Такая забота… раздражала. Как же, боится потерять свой «билетик». Что он тогда Стражу оставит? Платочек на память?

У-у-у! Ненавижу!

И вообще, какая муха меня вчера укусила? Почему я решила так просто сдаться? Временное помутнение?

Не иначе.

Лило как из ведра, под ногами хлюпало, разряды молний и раскаты грома попеременно ослепляли и оглушали. Настроение ухудшалось в геометрической прогрессии, в настоящий момент являя собой гремучую смесь из раздражения, злости на себя и на него и мрачного отчаяния.

Причем второе превалировало.

Раскисшая земля поехала под ногами, и я кубарем покатилась по склону оврага, попутно сшибая с ног князя. Падая, он ухватился-таки одной рукой за клок травы, а другой умудрился в последнюю секунду цапнуть меня за шиворот.

– С ума сошла? Шею хочешь сломать? – рявкнул он мне прямо в лицо.

Это меня добило.

– От психа слышу! – вызверилась я не хуже шакаи-ар. – Тебе что, приспичило попасть туда именно сегодня?

– Представь себе, приспичило! И если бы кое-кто не отправился на познавательную экскурсию по подземельям, то мы были бы на месте уже позавчера!

– Если бы кое-кто внимательнее смотрел по сторонам, я бы обошлась и без «экскурсии»!

– Да что ты о себе возомнила, соплячка?! Не с мамочкой разговариваешь!

Я вспыхнула. Еще и Элен приплетать?

– А ты что, завидуешь, сиротинушка?! – вырвалось у меня прежде, чем я прикусила язык.

Узкие зрачки полыхнули багровым. Максимилиан со стоном дернулся ко мне… и мешком осел прямо в грязь, пряча лицо в коленях.

Я, не шевелясь, стояла под проливным дождем, постепенно осознавая, что наговорила. Он вчера доверился мне, рассказал то, что не рассказывал никому… А я при первом же удобном случае воспользовалась этим, чтобы ударить побольнее.

Что же со мной творится?

И что происходит с ним…

Я нерешительно протянула руку к мелко вздрагивающим плечам, но прежде чем я успела что-то сказать, Максимилиан резко выпрямился. Лицо было пустым и невыразительным. Стекающие по коже потоки ливня и синеватые отблески молний превращали его в застывшую маску, холодную и безразличную.

– В одном ты права, – отчеканил он. В голосе звенели металлические нотки. – Идти сейчас по такой погоде бессмысленно. Остановимся и разобьем лагерь.

Он быстро поднялся по размокшему склону оврага и направился к группе раскидистых сосен.

Я плелась следом, медленно закипая. Лучше бы он ударил. Я не должна чувствовать себя виноватой перед ним! Может, он себя просто накручивает перед убийством? Хотя вряд ли. Просто срывает злость. Гад! Гад!

Когда я добралась до дерева, князь уже вовсю пытался обустроить место для привала. Ветер трепал полотнище, Ксиль то и дело соскальзывал с мокрой ветки. «За каким это нужно, – с неожиданной злобой подумала я. – Все равно буря глушит любые магические и эмпатические излучения, а в таком ливне и в двух шагах ничего не видно. Сам же говорил, что если я отстану…»

Стоп.

Если я отстану…

Это шанс. Рано или поздно буря закончится, но я уже буду далеко. Останется только найти способ связаться с мамой или с моей звездой…

Кинув взгляд на сражающегося с полотном князя, я решительно шагнула к рюкзаку. Достала полог из аллийской ткани, повязала на манер плаща.

Отлично, теперь меня даже ищейка не найдет. Даже шакаи-ар. Даже когда кончится буря…

Осмотревшись по сторонам, я подняла подходящую по толщине ветку и оседлала ее, шепча заклинание. «Ну, теперь я – самая настоящая ведьма», – решила я с отчаянным, злым весельем. Пристроила рюкзачок за спину, под отрез аллийской ткани и, не оглядываясь, взмыла в грозовое небо.

Прощай, Ксиль. Приятно было познакомиться.

Но я выбираю жизнь.