Страсть к вещам небезопасна - Франциска Вудворт

— На звонки ты тоже специально не отвечала? — поинтересовался Кристоф нейтральным тоном.

— Звонки?! — Я полезла в карман пальто за телефоном и с удивлением обнаружила кучу пропущенных вызовов. Саша, но больше всего от Кристофа… — Извини, вчера во время урока отключила звук и забыла.

— Кристина, сядь. Мне нужно тебе кое-что сказать.

Впервые за сегодняшнюю встречу он прямо посмотрел на меня.

— Садиться обязательно? — напряглась я.

— Поверь, так будет лучше.

— Я лучше постою.

Верить ему не собиралась, и все внутри кричало: мне не понравится то, что он скажет.

— Как знаешь. Вчера поздно вечером умерла бабушка Алекс.

— Что?!

Его слова оглушили. По серьезному лицу поняла, что это не шутка. Растерянно посмотрела на телефон, зажатый в руке, и поняла, как виновата перед Сашкой за то, что она звонила, а я была недоступна. Судорожно начала щелкать по кнопкам, чтобы ей перезвонить. Пальцы дрожали. Неожиданно мой телефон забрали, и я непонимающе посмотрела на Кристофа.

— Не нужно ей звонить.

— Отдай!

— Кристина, Алекс не знает. Дозвонились Богдану, он оставлял в больнице свои контакты. Ей еще не сказал. Они едут в институт.

Саша не знает?! Мысли путались. Я не верила, что это правда!

— Ну как же…

— Сегодня прилетают родители Алекс, лучше сообщить, когда рядом с ней будут родные.

— Почему ей не сказали?

— Она уже спала, когда ему позвонили. Свой телефон не слышала. Он не стал ее будить. Тут ничем не поможешь, а ей понадобятся силы. Я сожалею…

Кристоф меня обнял, а я стояла окаменевшая. Горе оглушило. Не хотелось верить, но интуитивно чувствовала, что он, к сожалению, не врет.

Мне все же пришлось задержаться. Кристоф насильно усадил за стол и сварил в турке кофе. Я сидела за столом в прострации, а он говорил о всякой ерунде.

— Вижу, ты ее любила, — поставив передо мной чашку, заметил Кристоф, потеряв надежду разговорить.

— Я ее с детства знаю. Она строгая, но добрая. Была.

— Тяжело терять тех, кого любил.

Я вопросительно посмотрела на Кристофа. Он сел за стол, но так и не стал есть.

— У меня отец неожиданно умер. Прошло уже несколько нет, но его до сих пор не хватает.

— Мне жаль, — я накрыла его руку своей.

Даже не знаю, зачем это сделала. Горе потери объединило, что ли, ведь он до сих пор скорбел. Кристоф посмотрел на меня с удивлением и как-то задумчиво.

— Пей кофе, иначе опоздаешь.

— Да, — кивнула смущенно я и взяла чашку, а он принялся за завтрак.

Из дома мы вышли вместе. Предложила его подвезти, но Кристоф отказался и, засунув руки в карманы пальто, наблюдал, как уезжаю я. Известие о смерти Аделаиды Стефановны меня настолько оглушило, что я даже не озаботилась тем, что моя квартира была открыта. Я точно не помнила, закрывала ли дверь, уходя с Кириллом, ведь спешила. Но возможно, и мою квартиру обыскивали.

Помнится, бабушка Саши перед нападением говорила, что вещи лежат не на своих местах, но ничего не пропало. Даже если и так, дорогих картин у нас нет, как и большой наличности или драгоценностей, а платок с дневником у Кирилла. Так что я не волновалась об этом.

Сложнее всего было молчать. Переложив на мои плечи обязанность сообщить об утрате, Богдан поставил меня в трудное положение. Не знаю, что у них там было с Сашей, но, судя по ее счастливому виду, было все. Она вся светилась в этот день, и язык не поворачивался сказать ей, что бабушки уже нет. А когда мы встретили ее родителей, то подавно. Не хотелось портить радость встречи, и я трусливо молчала, не желая омрачать момент. Отвезла Лебедевых домой выгрузить вещи, а потом уже в больницу. Там-то они сами все узнали.

* * *

— Ты где? — Богдан не тратил время на приветствия.

Разговор с Савицким разозлил. Как его могли назначить на такую должность?! Прошли сутки, а до сих пор не ясно, чьи люди поработали в квартире Лебедевой. Пришлось нагнать страха, чтобы зашевелились.

— У себя в офисе.

— Не хочешь поужинать?

— Ты разве не со своей крошкой? — чуть насмешливо поинтересовался Кристоф.

— К ней родители прилетели. Сам знаешь, я не силен в утешениях, ей лучше с ними.

— Знакомство откладывается?

— Оно ни к чему.

— Она к тебе сегодня не приедет?

— Нет. Думаю, завтра встретимся. Алекс телефон у меня свой забыла. Если хочешь, сегодня можем посидеть у меня.

Кристоф заколебался. Вечером он планировал нанести визит Кристине. С другой стороны, та может утешать подругу или помогать в организации похорон, и ей будет не до него. Не хотелось давить на девушку. Кристоф не ожидал, что она так привязана к старушке. Утром ее неприкрытая скорбь напомнила о его собственной потере. И после всего, что было между ними, она сама дотронулась до него, выражая участие!

Искреннее сочувствие Крис поразило и что-то тронуло в душе. Теперь Морено был серьезно настроен завоевать ее. Надоели любовницы, которых интересовали только деньги. Да, с такими проще, но они приедаются, и Кристина выгодно отличалась от них.

— Кристоф?

— Да. Я подъеду, — отозвался он, решив сегодня больше Кристину не тревожить. Лучше ограничиться звонком перед сном. — Ты где?

— Уже в ресторане.

— Говори адрес и закажи мне, я голоден.

Закончив разговор, Богдан подозвал официанта. Он как раз делал заказ, когда позвонила сестра.

— Ирен, минуту…

— Ты занят?

— Нет, я в ресторане.

Ковальский кивком головы отпустил официанта.

— Я тоже. Мы можем поговорить?

— Да. Что случилось?

— Это насчет Хана.

— Ирен, он там работает. Войди в положение.

— Я знаю. Только время на Еву у него есть.

— Ирен…

Богдан выругался про себя, не зная, как объяснить сестре, что это лишь работа. Она ничего не знала об их двойной жизни и тайнах Ордена.

— Богдан, все в порядке. Она мне нравится и лучше всех тех, что у него были. Мне кажется, он к ней тоже относится по-особому.

— Ты с ней знакома? — нахмурился Богдан. Сразу захотелось позвонить Хану и спросить, чем он думал, знакомя их.

— Да, мы случайно познакомились в городе. Это неважно, я хотела поговорить о другом.

— Слушаю тебя.

— Понимаешь, эта помолвка с Ханом… все это неправильно.

— Только не говори, что ты его не любишь!