Люди и призраки - Оксана Панкеева

– Вы как скажете! – фыркнул Кендар. – Его обидишь! Они сызмальства боятся с ним связываться. А сейчас и вовсе выросли и понимают, что им вместе жить и работать. А с младшеньким они и вовсе не разлей вода, дружки закадычные.

– А откуда он взялся, этот младшенький? Как вы и предполагали, бастарды потянулись в столицу? И его величество, щедрая душа, начал их признавать, не послушав ваших уговоров?

– Да нет, – вздохнул мэтр. – Тут случай особый…

– Накладка с ним вышла, – пояснил старый экс-король. – Когда Элмар ломился в ворота, туда как раз случайно подошел Шеллар. А он же дотошный как я не знаю что, мимо не пройдет, обязательно нос сунет. Выяснил все и стал требовать, чтобы Элмара впустили. Он на своих законах повернутый слегка, и раз, по его мнению, все законно, то нечего и препятствия чинить. Заговорил бедных стражников до полусмерти и потащил Элмара к его величеству. То, что дорогой кузен на чучело похож, его не остановило. А Деимар, верно вы сказали, душа широкая, вспомнил синеокую варварку Тарну, слезу пустил от умиления – да и признал сыночка. Тем более у парнишки больше никого на свете не осталось, не выгонять же сироту на улицу.

– Элмар хороший мальчик, – сказал мэтр Истран. – Его только воспитать правильно…

– Вас послушаешь, – улыбнулся мистралиец, – так все хорошие. Ни одного плохого. Непонятно только, откуда же сволочи берутся.

– Из неправильно воспитанных хороших мальчиков, – уверенно ответил маг.

– Что ж, дерзайте, – снова улыбнулся гость. – Будем надеяться, что вы окажетесь правы и эти милые мальчики не начнут через десяток лет делить власть…

– Какая там власть, – махнул рукой Кендар Завоеватель. – Бедный Элмар до сих пор пребывает в состоянии перманентного обалдения от того, что он принц. Пока что единственная выгода, которую он в этом усмотрел, – это возможность приобрести, как он выразился, «взаправдашний меч и справные доспехи», чтобы во всеоружии отправиться на подвиги. И где он подцепил эту дурацкую идею стать героем?

– Вы находите идею дурацкой?

– На мой взгляд, все эти герои – самоубийцы. Разве что к ним маг толковый прибьется, тогда еще у них есть шанс. А иначе… кто-нибудь когда-нибудь считал, сколько бесславно погибших кандидатов в герои приходится на одного, которому удалось выжить и прославиться?

– Принц Шеллар считал, – с готовностью отозвался мэтр Истран. – Даже называл точную цифру, только я не помню. Его, знаете ли, тоже беспокоит мечта принца-бастарда Элмара. Но приведенная цифра, насколько я знаю, не охладила пыл нашего героя. Он неисправимый романтик.

– Баллады надо меньше слушать, – проворчал дед будущего героя. – Жалко, если он из-за своей романтики где-нибудь шею свернет. Хороший мальчишка. Правильный. Отличный воин получится. Если поумерит свою романтику. А то он уж и сам начал баллады слагать.

– И как? – живо заинтересовался гость.

– Ох не спрашивайте… – вздохнул наставник. – Поэт из него еще тот. Особенно, если учесть, что он ухитряется сделать четыре ошибки в слове из трех рун… Впрочем, что мы все о наших. Расскажите хоть вкратце, что у вас сейчас происходит? Орландо действительно собираются короновать?

Мистралиец тяжело вздохнул:

– Ходят такие разговоры. Наше новое правительство пытается всех уверить, что они люди порядочные и желают стране только добра и порядка, для чего намерены реставрировать монархию. А на самом деле… Сами ведь понимаете, не мне вам объяснять. Если мальчишка согласится, сделают из него красивую декорацию, а править страной будет далеко не он. А если откажется, его просто убьют. И я даже не знаю, что хуже. Жаль его. Тоже, как вы говорите, хороший мальчик…

– Мэтр Максимильяно, – спросил вдруг Кендар, – а простите за нескромный вопрос, правду болтают, что Орландо– ваш сын?

– Нет, – чуть качнул головой молодой маг и опустил глаза.

– Почему тогда его покойная матушка так настаивала, чтобы вы были его воспитателем?

– Потому, что принцесса мне доверяла и только мне открыла, кто отец мальчика на самом деле. И я мог определить, что из этого может следовать. Что хорошего и что плохого он мог унаследовать. Как его надо воспитывать. Что нужно развивать, с чем бороться, а также с чем биться бесполезно… – Максимильяно снова вздохнул. – Я так радовался, что он только третий наследник и ему не придется править… И на тебе. Может, и лучше, что за него будут править другие? Не знаю…

– Вы полагаете, из Орландо выйдет плохой правитель? – поинтересовался мэтр Истран. – Почему?

– А вы сами не помните, что он за человек? Могу себе представить его правление. Первым делом он отдаст кусок побережья за банку варенья своему другу Шеллару, а потом сядет на диван и будет бренчать на гитаре, мечтательно глядя в потолок.

– Эльф? – кратко переспросил мэтр. Коллега печально кивнул.

– Именно. А ваш щедрый король, между прочим, намерен в будущем дать юному бастарду право наследования?

– Что вы, – вздохнул наставник, – какое там наследование. Пусть для начала научится толком читать и не копаться руками в тарелке. Должен сказать, мне последнее время везет на воспитанников… Одного Шеллара было достаточно, чтобы заболеть от переутомления. А ведь есть еще принцесса Нона – тоже, скажу вам, не подарок. Хоть и нехорошо так говорить о своих воспитанниках, мне иногда кажется, что она умственно отсталая. А теперь вот этот милый варвар, из которого нужно сделать принца.

Мистралиец улыбнулся:

– Благодарите небо, что вам не приходится иметь дело с эльфами. Если вдруг придется, вы меня еще вспомните…

Сглазил, наверное. Не зря же поговаривали, что у Максимильяно от природы дурной глаз… Во всяком случае, когда еще пять лет спустя мэтру Истрану привели нового воспитанника, робко прятавшего под шапочку свои заостренные ушки, мэтр именно так и подумал. Как есть сглазил мистралийский коллега.

– Так что же вы решили насчет Орландо? – повторил свой вопрос Шеллар, когда пауза затянулась. – Не слишком ли тяжело будет воспитывать сразу двух эльфов?

– Может, и тяжело, – ответил мэтр с печальной улыбкой, – но жаль, если такой дар пропадет зря. И тем более жаль, если столь талантливый молодой человек однажды станет жертвой своих попыток самостоятельно освоить магию. Что ж, отправляйтесь, ваше величество. Да, чуть не забыл вас поздравить с бракосочетанием.