Город Древних - Константин Муравьев

— Теперь хоть понятно, почему я все еще на ногах, — и усмехнувшись, он подошёл и похлопал меня по плечу, — еще раз спасибо тебе.

— Да как я и говорил, сочтемся, может, и ты мне жизнь спасешь, и, помолчав, добавил, — когда-нибудь.

А потом я улыбнулся ему в ответ.

И продолжил сборы. Нужно было все аккуратно уложить в рюкзак и ничего не забыть.

«Что интересно за хомячья натура во мне проснулась?» — подумал я, аккуратно сворачивая и убирая в одно из отделений сумки, повязки из кожи змеи.

Кстати, что меня удивило, никакой крови на них не было, чего я несколько опасался.

Тут мой взгляд наткнулся на бесхозно стоящий у входа лук одного из стрелков, что напали на нас, и я непроизвольно посмотрел на корнола.

Он как раз в этот момент разбирал свое оружие и пытался поместить в наспинный саадак свой лук.

Видимо почувствовав мой взгляд, он обернулся и спросил.

— Что-то не так?

— Да у меня тут завалялся неплохой бесхозный боевой лук, с парой полезных свойств, и я вот подумал, возможно, он понравиться тебе больше, чем тот, что у тебя есть сейчас.

Увидев, что он собирается мне возражать, я поднялся и подошёл к стене. После чего взял лук в руки, развернулся к корнолу и протянул его ему.

— Возьми, посмотри его. Я не очень разбираюсь, но, по-моему, он зачарованный. Похоже, для Лениавеса сегодня день сюрпризов, такими большими глазами смотрел он то на лук, то на меня.

— Ты понимаешь, что это очень ценное и дорогое оружие? — спросил он.

— А зачем мне два? — ответил я и показал на торчащий у меня за плечом конец моего лука, — у меня уже есть свой.

— Откуда? — удивленно спросил он.

— Подарок от наших неизвестных доброжелателей, — пошутил я, однако потом уже гораздо серьёзнее сказал, — бери, мне будет приятно, что он принадлежит моему другу и отличному лучнику.

Лениавес еще немного помялся, но потом все-таки протянул руку и взял у меня оружие.

— Спасибо, я этого не забуду, — искренне поблагодарил меня он, по-моему, вложив в свои слова даже гораздо больше чувств, чем когда узнал о своем излечении.

А потом уже вполне обычным и нормальным голосом, чем развеял возникшую неловкость, начавшую уже летать в воздухе, добавил.

— Нужно бы идентифицировать этот предмет, опасно пользоваться магическим оружием не зная всех его свойств, — и положил лук в саадак рядом со своим.

После чего проверил остальное свое вооружение и снаряжение и, поняв, что полностью готов к походу, стал наблюдать за мной.

Я как раз на тот момент заканчивал упаковывать в рюкзак мечи крыс. Потом посмотрел, как там устроился в сумке Рыкун, убедился, что у него все нормально и, поднявшись, повернулся к Лениавесу.

— Ну, я вроде тоже готов, — сказал я, и, увидев его ответный кивок, направился к выходу из здания.

«Сторожевой круг» не заметил никаких посторонних на подконтрольной территории и поэтому я со спокойным сердцем покинул стены этого гостеприимного домика. Выйдя на улицу, я практически сразу адаптировался к полумраку лесной чащи, которая скрывала развалины города. Хотя сам при этом думал, что придется недолго привыкать к более яркому освещению снаружи, но не пришлось.

Я сразу хотел пойти в нужном нам направлении, однако не услышал за собою шагов Лениавеса, а потому остановился и обернулся назад.

Корнол стоял посреди свободного пространства и смотрел то на меня, то в направлении дозорной башни, с которой мы предположительно спустились.

Заметив то, что я обратил на него внимание, он сказал.

— Так ты говоришь, что спустил меня оттуда? — и он кивнул в сторону вершины башни.

— Так и есть, — согласился с ним я.

— Но как мы туда попали? — недоверчиво спросил он, — я не вижу вокруг ни одной лианы, — и корнол обвел рукой окрестности за пределами города.

— Ты не туда смотришь, — немного напрягся я, — вон они, — и показал ему на зависшие в нескольких десятках метров над башней гигантские лианы.

Посмотрев туда, куда я показывал, он удивленно спросил.

— Это что?

— Как что, лианы, о которых, по-видимому, ты говорил. По ним я и спустился, — уже совершенно ничего не понимая ответил я.

— Но это что угодно, только не лианы, — возразил мне корнол, — и как ты по ним спускался?

Скептически уточнил он.

Поняв, что сделал действительно что-то не то, я все же ответил.

— Ну, сделал кошки из кинжалов тех демонов, что напали на нас, и с помощью них спустился по лиане сюда.

И предвидя его вопрос, сказал.

— Тебя нес на себе, для надежности привязав к себе веревкой, — и при этом похлопал по намотанному на пояс «змеиному стеблю».

— Мда, — протянул он, — не зря о вас, северянах, ходят слухи, что вы совершенно сумасшедшие и безбашенные. Теперь я в этом убедился. Ну а это не лианы, — пояснил корнол, — Те тонкие и длинные, доходят практически до самой земли, и находятся отсюда гораздо южнее. А вот это что, — и он указал на гигантскую лиану,

— я не знаю и первый раз вижу.

— Ну, по крайней мере, попасть в город нам это не помешало, сказал я, подумав при этом, что вопрос решён.

Однако, как оказалось, я несколько поторопился с выводами. Лениавес все так же стоял и смотрел на башню.

— Ладно, эти непонятные растения, но вопрос в другом, как ты оказался тут внизу? Ведь длины «змеиного стебля» вряд ли хватит, чтобы спуститься с них сюда.

И он для наглядности притопнул ногой.

Честно говоря, мне надоело отвечать на его вопросы, для которых у меня свершено не было ответа, да и сказать-то, по сути, мне было нечего.

Поэтому я ответил.

— С лиан спустился на башню, с башни по кинжалам на ее внешней поверхности на стену.

И я показал на них, вбитых в поверхность стены башни.

— А с нее по осыпи вниз, — и кивнул головой в направлении немного развалившегося фрагмента стены, — так мы и оказались тут.

Сначала Лениавес долго смотрел на вбитые в поверхность стены кинжалы.

«Блин, глупая идея была», — понял я, но исправить уже ничего не мог, — «лучше бы все как есть оставил, и то не так странно выглядело бы. Единственный плюс заклинание „ракета“ придумал».

Потом корнол покачал головой, будто что-то прикидывая, и все-таки спросил.

— Но как ты оказался на башне? — все еще не отставал Лениавес, видимо сопоставив то расстояние, что было необходимо для этого преодолеть, с моими возможностями.

Ответа на этот вопрос у меня не было в принципе, а поэтому, так как терять особо мне было уже нечего, я ответил.