Зеркало старой ведьмы - Михаил Бабкин

Что-то рыжее мелькнуло над Тимкой, легкий ветерок взлохматил ему волосы на затылке – чуть не задев мальчика хвостом, через головы друзей навстречу крысам прыгнул невесть откуда взявшийся Боня-тигр. Мягко приземлясь возле мальчика, он тут же застыл в грозной боевой стойке и оглушительно зарычал, зло размахивая хвостом. Передние ряды крыс в испуге остановились, но задние напирали и лезли на стоявших впереди: через миг перед тигром вырос живой копошащийся вал серых тел.

– Здрастье вам, – с облегчением выдохнул Ворча и опустил костяную дубину, – вернулся-таки! Молодца. Вот теперь потеха будет! Крысы, Тимыч, самое что ни на есть кошачье занятие, – карлик удобно оперся о дубинку и с интересом стал наблюдать за происходящим. Словно в цирк пришел.

Тим тоже опустил меч, но прятать его в ножны не стал – мало ли, вдруг потребуется. Однако тигр, повернув морду вполоборота к мальчику, пророкотал:

– Прячь меч и немедленно отступайте! Дальше по коридору есть выход на улицу. Я вас догоню, – и шагнул навстречу крысам.

– Раз тигра приказал нам отступать, значит – даем деру! – решил карлик и привычно ухватился за лямку рюкзака.

– Но… – Тим растерянно посмотрел на Ворчу.

– Никаких «но»! – карлик нахмурился. – Не боись, он справится. Вспомни, как такая зверюга змеечеловека уделала! Так тот в броне был. А здесь – тьфу, мышки поганые. Мелочь.

Тимыч молча ухватился за другую лямку, и они побежали. Позади раздался рев, одновременно взвизгнул хор тонких голосков, затем послышались звуки глухих ударов – словно кто-то быстро-быстро шлепал тяжелой лопатой по мокрой глине.

– Кровушку им пускает, – сообщил Ворча, оглянувшись на ходу, – там такое месиво началось! Ты лучше не смотри, а то муторно станет… Где же тот выход окаянный?

Тимка не ответил. Хотя он и передохнул немного в ожидании крысиной атаки, но усталость все еще давала о себе знать, на разговоры не хватало воздуха.

– Вот же он! – Ворча резко дернул лямку в сторону. – Мы оказывается, чуток до него не добежали, когда в первый раз от крыс улепетывали.

Тимка повернул голову – справа, за колоннами, в искристом сиянии стены чернело неровное пятно пролома. От него к центру тоннеля тянулся длинный язык пыли и песка, нанесенных за многие годы слабым сквозняком. Карлик, пробуксовывая на мусоре, торопливо направился к выходу, Тимка еле поспевал за ним.

– Славно, – сказал Ворча, останавливаясь возле дыры в стене, – чувствуешь, ветерком потянуло? Значит, точно выход есть, – и, сняв кепку, стал ей обмахиваться.

– Раз это выход, так чего мы стоим? – Тим нетерпеливо дернул рюкзак, – пошли.

– Тигру только подождем, – карлик нацепил кепку на голову, – после и пойдем. У нашего кошачьего величества зрение теперь – во! В любой темноте что хочешь увидит. Первым его и пустим, на разведку, стало быть. Не то я в потемках себе ноги-руки попереломаю. Зачем мне такие хлопоты?

– А фонарик на что? – Тимка похлопал себя по карману.

– Фонарик экономить будем, – рассудительно ответил карлик. – Тигров здесь небось много, а фонарик всего один. Надо поберечь.

Тимка усмехнулся, но спорить с Ворчей не стал, сел на измазанный грязью большой рюкзах и прислушался. Видимо, битва успела закончиться, пока они бежали к выходу, потому что уже с минуту не было слышно ни звука; тишина стояла абсолютная. До звона в ушах.

– Сейчас прибежит, – карлик уверенно потрепал Тимку по плечу, – куда он денется! Потому что мыши кошек не едят. А кошки не едят собак. А собаки…

– Боня! – Тимка вскочил с рюкзака: из-за ближних колонн показался тигр. Правда, на могучего зверя он походил теперь мало, скорее напоминал драную кошку: шерсть клочьями свисала с боков и головы, лапы и брюхо были коричневыми от запекшейся крови, уши порваны. Тигр шел, с трудом передвигая лапы и низко опустив голову.

– Ворча, за мной! – Тимка кинулся к Боне и, сунув руки под липкое брюхо, подхватил его с одного бока. Ворча таким же манером помог с другой стороны. Общими усилиями тигр доплелся до рюкзаков и рухнул на песок, как неживой.

– Эк его, – присвистнул Ворча, озабоченно разглядывая спящего тигра и одновременно оттирая песком кровь с рук, – досталось котику. Не ходок он нынче, да-с. Вон как крысюки его отделали!