Когда умолкает кукушка - Ольга Лисенкова

– Лиза, – попробовала она.

Всхлип.

– Лиза, ты не одна. Я пришла за тобой. Ты вернешься к жизни, и у тебя обязательно появятся люди, которым ты будешь очень, очень нужна. Сначала друзья, потом – любимый человек.

Всхлип.

– Я понимаю, ты так остро восприняла то, что родители как будто просто оставили тебя…

Молчание.

– Ты даже готова была надеяться, что они умерли. Это оказалось не так. Но, Лиза… ты же не знаешь, какие там были обстоятельства.

– А какие обстоятельства? Война давно кончилась, – угрюмо отозвалась девочка.

– Ну какие обстоятельства – откуда мы знаем. Твоя мама вполне могла быть выпускницей детдома. Почти такой же молодой, как ты сейчас. Может быть, мальчик, от которого она забеременела, не хотел больше иметь с нею дела. А может, он не знал. Ушел в армию. У нее не было ни опыта, ни денег, чтобы вырастить тебя. Такое случается. Она испугалась, растерялась. Это часто происходит, между прочим. И никого не было рядом.

– Это… вы откуда-то знаете про нее?

Алена покачала головой.

– Нет, Лиза, я не знаю про нее. Я просто знаю, что такое часто бывает. Нельзя винить твою маму в том, что она в придачу не умерла. Она и так была очень несчастна, когда забеременела и осталась без поддержки, когда родила тебя… и вынуждена была оставить.

– Зачем тогда было беременеть, – пробурчала насупленная Лиза.

– Незапланированная беременность иногда случается и у опытных женщин.

– Зачем тогда было рожать.

– Ну Лиза… чтобы родилась ты, чудесная девочка. Чтобы у тебя в жизни было много счастья.

– Много его, как же.

– Будет! – с воодушевлением обещала Алена. – Будут путешествия, интересная работа. Поедешь на море – и это тоже счастье. Классная музыка, захватывающая книга. Может, ты сама сочинишь песню или напишешь книжку, и они понравятся людям! А еще придет время, и ты станешь для кого-то единственной. Впрочем… это не обязательно. Счастье не в ком-то, а в тебе самой. Если ты сама себе нужна, если ты сама себе верна.

Лиза молчала, но, кажется, уже не плакала.

– Вы такая красивая, уверенная в себе, – сказала она потом.

– Это так кажется. Просто я взрослая. У тебя тоже пройдет этот период, когда все так трудно, так остро и болезненно. Станешь взрослой – будет проще, обещаю.

– А что если я полюблю кого-нибудь, а он меня нет? Или вдруг он меня разлюбит? Это же опять страх. А без страха так хорошо…

– Если у вас нету тети, то вам ее не потерять…

– Что?

– Песня такая. Из фильма. И если вы не живете, то вам и не умирать.

– Вы вернете меня назад? – спросила Лиза как-то жалобно.

Алена ответила не сразу.

– Я верну тебя назад, если смогу. Мы сейчас находимся в расщелине между мирами, миром живых, откуда мы с тобой пришли, и миром мертвых, куда все души улетают после смерти. Не знаю, куда они потом проследуют, но, в общем, улетают. А тут, как видишь, почти никого. Ты вызвала Пиковую Даму, кажется…

– Да.

– Я искала тебя. Другие, кого я тут нашла, то ли такие же заблудившиеся живые, то ли сбившиеся с пути мертвые. Необходимо всех направить туда, куда им надо.

– А мне и тут хорошо!

Алена подбросила хвороста в огонь.

– Лиза, тут нельзя находиться долго. Мне объяснили: примерно сорок дней, если по нашему счету времени, а потом все, тебя просто не станет, как если бы и не было никогда. Не как будто бы ты умерла, а как будто бы тебя и не было.

– Сорок дней? – ахнула девочка. – Но сколько же прошло?

– Этого мы не знаем. Время здесь течет по-другому. Могу сказать одно: когда я появилась здесь, было лето.

– Да… у меня тоже лето было…

– И за несколько часов наступила осень. Может быть, придет зима – и тогда наш срок кончится.

– Ну тогда… надо придумать, как нам вернуться?

– И разыскать остальных.

Только до утра они не могли никуда двинуться, так и сидели у костра.